Мертвые не лгут - Саймон Бекетт

– Что бы это давало? – спросил я.

– Ничего. Просто рассуждаю вслух. Я провожу вас до машины.

Мы прошли всего несколько шагов, когда зазвонил его телефон. Инспектор остановился, ответил, и я заметил, как изменилось выражение его лица.

– Уже здесь? – Его грузные плечи поникли. Что бы ему ни сообщили, это его не обрадовало. – Господи!

Он убрал телефон.

– У нас гости.

Сэр Стивен Уиллерс и на этот раз был не один. Хотя его не сопровождали высшие полицейские чины, зато приехали три адвоката: двое мужчин средних лет в дорогих, но консервативных костюмах и женщина, чьи матово-черные волосы выдавали ее неудавшиеся попытки их обесцветить. Троица держалась чуть позади хозяина, всем своим поведением бессознательно выражая почтение: старший – разворотом плеч, остальные, держась на полшага за ним. Впечатление было таким, будто утка вела свой выводок. Только гораздо более хищный.

Я решил, что Ланди предпочтет говорить с отцом Лео без свидетелей, и сказал, что отправляюсь обратно в морг. Он рассеянно кивнул, но затем позвал обратно.

– Пожалуй, задержитесь ненадолго. Если не возражаете, это может мне помочь. – Когда компания приблизилась, он изобразил на лице любезную улыбку. – Чем могу служить, сэр Стивен?

– Где ваше начальство?

Тон был холоднее льда. Отец Лео Уиллерса был, как всегда, безукоризненно одет: в серое кашемировое пальто поверх серого, но более темного оттенка костюма. Все в нем было точно подогнано – от коротко постриженных ногтей до пробора в слегка редеющих волосах. Но бриз с моря уже взъерошил волосы, и за выверенным поведением чувствовалась едва сдерживаемая ярость.

– Ее сейчас здесь нет, – ответил Ланди. – Она извещена о вашем приезде. Не сомневаюсь, если бы она знала, то непременно…

– Извольте покинуть мою собственность.

Брови полицейского удивленно поползли вверх.

– У меня сложилось впечатление, что это дом вашего сына. Возможно, я ошибался?

Немедленно вмешался старший из адвокатов:

– Дом и территория вокруг являются частью владений Уиллерсов. Предлагаю немедленно уйти, иначе вам будет предъявлено обвинение в незаконном проникновении и нанесении ущерба.

– Нам это было бы весьма неприятно, – спокойно ответил Ланди. – Но у нас есть ордер на обыск. Вы его, вероятно, видели. Но если вам угодно, я могу…

– Мы не признаем юридическую силу этого ордера. Мы считаем, что он выдан на фиктивных основаниях и не имеет никаких иных целей, кроме волнения убитого горем отца.

Адвокат говорил с большим пафосом, чем его работодатель, которой так же холодно смотрел на инспектора. Ланди это как будто нисколько не тронуло.

– По поводу «фиктивности» можно спорить, поскольку обнаружение трупа с развороченным ружейным выстрелом лицом можно считать достаточным основанием. Одежда Лео Уиллерса и все прочее. – Ланди повернулся к сэру Стивену. – Помните, вы сами ее опознали?

– Вы обвиняете меня во лжи? – взвился Уиллерс-старший.

– Боже упаси! – В устах кого-нибудь другого восклицание могло бы показаться неискренним. – Мы не ставим под сомнение, что одежда принадлежит вашему сыну, вопрос стоит о теле. И в качестве отца Лео вы, вполне естественно, хотите понять, что происходит.

– Тут нечего понимать. Мой сын стал жертвой трагического инцидента, и три дня назад найдено его тело. Я видел его своими глазами, и до сего момента полиция также не сомневалась, что это он. Должен ли я понимать это так, что ваши прежние утверждения ложны? Это сильно попахивает непрофессионализмом.

– Отнюдь. Речь идет о выявлении новых фактов. Перед вами судебный патологоанатом доктор Хантер. Он считает, что тело слишком долго пробыло в воде, чтобы принадлежать вашему сыну. Полагаю, старший следователь Кларк вас об этом проинформировала. Теперь мы обнаружили и другие свидетельства того, что это не ваш сын.

Сэр Стивен обратил ко мне ледяной взгляд. Так же поступили все трое юристов. «Ну, спасибо тебе, Ланди», – подумал я.

– Какие тому доказательства?

Я покосился на инспектора, но тот сохранял бесстрастное выражение лица. Ладно!

– Насколько могу судить, найденная в протоке ступня принадлежит телу из устья. Но ваш сын, играя в регби, сломал стопу. Таким образом, если бы это был он, мы бы заметили залеченные шрамы. Но таковых не оказалось. Но если ступня не его, то и тело не его.

Лицо сэра Стивена почти не изменилось.

– Вы сказали, что ступню нашли в протоке.

– Да.

– То есть далеко от моего сына, которого обнаружили в устье.

– Но…

– Так почему вы считаете, что ступня его? Ваши предположения подтверждаются результатами анализа ДНК?

Он прекрасно знал, что это не так. Мы только ожидали результатов анализа.

– Нет. Однако проделанные мною измерения демонстрируют…

– Измерения! – Сэр Стивен произнес это с нескрываемым презрением и повернулся к Ланди. – Это и есть ваши новые факты?

– Как только мы получим результаты анализа ДНК…

– Не сомневаюсь, они подтвердят, что мой сын мертв. Но вы их еще не получили. – Презрительный жест в сторону дома. – Таким образом, все ваши рассуждения базируются на мнении недобросовестного судебного эксперта, который славится тем, что мутит воду.

Не знаю, чем я был больше поражен: оскорблением или тем, что он взял на себя труд выяснить, кто я такой. Во время извлечения тела он едва меня заметил. Кровь бросилась мне в лицо. Я собрался ответить, но Ланди мне не позволил.

– Репутация доктора Хантера ни при чем. Он не выдумал перелома вашего сына, а лишь констатировал несоответствие останков с рентгеновскими снимками, которые вы же и предоставили. Но если вы хотите помочь установлению личности покойного, предоставьте следствию полную медицинскую карту сына. Это сильно нам поможет.

Голос Ланди звучал, как всегда дружелюбно, но это никого не обмануло, и старший из адвокатов поспешил прервать паузу:

– Сэр Стивен уже ясно обозначил свою точку зрения. Медицинская карта является и должна оставаться конфиденциальным документом. В целях сотрудничества исключение было сделано только рентгеновским снимкам, однако…

– В медицинской карте моего сына нет ничего такого, что помогло бы следствию. – Сэр Стивен говорил так, словно рядом не было адвоката. Если у вас есть основания придерживаться иной точки зрения, пожалуйста, изложите их. В противном случае я полагаю, полиция может использовать время с большей пользой, чем тратить его здесь. Я непременно скажу об этом вашему начальству.

– Не сомневаюсь, – вежливо кивнул инспектор. – Кстати, вот и начальство.

По лужайке мимо дома спешила с сосредоточенным лицом старший инспектор Кларк, и плащ в такт шагам колотил ее по ногам. Заметив ее выражение, Ланди поджал губы.