Свадебное платье жениха - Пьер Леметр

[email protected] — Соединение установлено.

— Папа? Я здесь.

— Уф!

— ПРОШУ, не забудь: ты должен следить за своими движениями, сверяться с бумагами, короче, все делать как профи…

— Я и есть профи!

— Ты папа-профи.

— Как себя чувствуешь???

— Не волнуйся.

— Шутишь?

— Я хочу сказать: больше не волнуйся. Я оправлюсь.

— Ты меня пугаешь.

— Себя тоже, я сама себя пугаю. Но перестань волноваться, теперь все будет хорошо. Прочел мой мейл?

— Читаю. Я открыл его в другом окне. Но главное: я люблю тебя. И очень по тебе скучаю. ОЧЕНЬ. Люблю тебя.

— Я тоже тебя люблю. Так хорошо было тебя повидать, но НЕ ЗАСТАВЛЯЙ МЕНЯ ПЛАКАТЬ, ПРОШУ!!!

— О’кей. Оставим это на потом. На потом… Скажи, ты уверена, что все эти фортели так уж необходимы, а то мы оба выглядим как полные дебилы…

— Прочти внимательно мой мейл: клянусь, если он здесь, то он и СЕЙЧАС за тобой следит.

— У меня ощущение, что я играю перед пустым залом.

— Тогда успокойся: ОДИН зритель у тебя есть! И даже ОЧЕНЬ внимательный!

— Если он здесь…

— Я ЗНАЮ, что он здесь.

— И ты думаешь, что НИЧЕГО от него не ускользнет?

— Я живое доказательство, что от него ничего не ускользает.

— Это наводит на размышления…

— Что?

— Ничего…

— Ку-ку?

— …

— Папа, ты здесь?

— Да.

— Ты закончил свои размышления?

— Не совсем…

— Что ты делаешь?

— В данный момент лишние движения. Как ты велишь в своем мейле.

— О’кей.

— С ума сойти можно, и в то же время это так хорошо…

— Что именно?

— Все. Увидеть тебя, знать, что ты здесь. Живая.

— И знать, что я ничего этого не делала, признайся!

— Да, и это тоже.

— Ведь ты сомневался, а?

— …

— Ку-ку?

— Ну, было дело.

— Я не сержусь на тебя, папа, знаешь, я и сама поверила. А уж ты…

— …

— Алло?

— Я заканчивал читать твой мейл.

— …

— Ну вот, закончил. Слов нет.

— Вопросы?

— Куча.

— Сомнения?

— Трудно так сразу…

— СОМНЕНИЯ???

— Да, черт!

— Вот таким я тебя и люблю. Начни с вопросов.

— История с ключами…

— Ты прав: с этого все началось. В начале июля двухтысячного года какой-то тип на мотоцикле вырвал у меня сумку, когда я сидела в своей машине. Сумку мне вернули в комиссариате через два дня: этого времени ему вполне хватило, чтобы сделать все дубликаты. И от нашей квартиры, и от машины… Он мог заходить к нам, брать вещи, перекладывать, просматривать мои мейлы, короче: он мог ВСЕ, абсолютно ВСЕ.

— Твои… проблемы начались именно тогда?

— Приблизительно. Я в то время принимала таблетки для сна, что-то на основе трав. Не знаю, что он туда подмешивал, но думаю, он мне до сих пор это дает. После смерти Венсана я поступила на работу к Жерве. Домработница потеряла свою связку ключей через несколько дней после того, как меня наняли. Она их повсюду искала, в панике была и боялась сказать хозяевам. А потом они чудесным образом нашлись в выходные. Та же схема… Думаю, он воспользовался этой связкой, чтобы прийти задушить малыша. Именно ПОЭТОМУ я подумала, что дверь была заперта изнутри.

— Возможно… А тот тип на мотоцикле?

— Таких типов на мотоцикле полным-полно, но я знаю, что он был тот самый! Тот, кто украл мои ключи, кто украл связку у домработницы, кто следил за нами, за мной и Венсаном, кого Венсан сбил и кто потом скрылся, кому я подстроила ловушку, спрятав свой мобильник в туалете кафе в Вильфранше…

— Ладно, понял, в таком порядке все действительно выглядит логично. Чего ты ждешь, чтобы обратиться в полицию?

— …

— У тебя же все факты на руках, разве нет?

— Я не собираюсь этого делать.

— ??? Чего ты еще хочешь?

— Этого недостаточно.

— ???

— Скажем, для меня этого недостаточно.

— Это чистый идиотизм!

— Это моя жизнь.

— Тогда я сам туда обращусь!

— Папа! Я Софи Дюге! Меня разыскивают по обвинению ПО МЕНЬШЕЙ МЕРЕ в трех убийствах! Если полиция меня сейчас найдет, то немедленно посадит. Пожизненно! Думаешь, полиция всерьез отнесется к моим домыслам, если у меня нет твердых ДОКАЗАТЕЛЬСТВ?

— Но… они же у тебя есть!..

— Нет! Все, что у меня есть, — это набор обстоятельств, которые связываются воедино совершенно неубедительным предположением, и это предположение немногого стоит по сравнению с тремя убийствами, одно из которых — шестилетнего ребенка!

— Ладно. По крайней мере на данный момент… Теперь о другом: почему ты так уверена, что тот тип — это именно ТВОЙ Франц?

— Он познакомился со мной через брачное агентство, где я значилась под именем Марианны Леблан — оно было в свидетельстве о рождении, которое я купила. Он никогда не знал меня под другим именем.

— И что?..

— Тогда объясни мне, почему, когда я вскрыла себе вены и он начал кричать, то называл меня «Софи»???

— Действительно… Но… ЗАЧЕМ ты вскрыла себе вены???

— Папа! Мне единственный раз удалось убежать, и он поймал меня на вокзале. С того дня он все время оставался рядом. Когда выходил, то запирал дверь на ключ. Много дней мне удавалось не принимать ничего, что он мне давал: мои мигрени и страхи начали проходить… Между прочим, у меня просто не было другого выхода. Мне нужно было как-то выбраться, а в больнице он не мог следить за мной двадцать четыре часа в сутки.

— Это могло плохо кончиться…

— Не могло! То, что я сделала, впечатляло, но не представляло опасности. От этого не умирают… И потом, он никогда не дал бы мне умереть. Он хочет убить меня сам. Именно этого он и хочет.

— …

— Ты здесь?

— Да-да, я здесь… На самом деле я пытаюсь думать, но меня одолевает ярость, ангел мой! Я чувствую, как во мне поднимается такая ярость, просто ужас.

— Во мне тоже, но с ним ярость не поможет. С ним нужно другое.