Средство убеждения - Ли Чайлд

Привернув ручку отопителя, я постарался держать глаза открытыми. «За кровавые войны», – мысленно произнес тост я.

Мы обогнули по большой дуге Бостон, после чего Бек приказал повернуть на юго-запад и проехать через Масс-Пайк до И-84. Мы сделали еще шестьдесят миль, что заняло около часа. Бек не хотел, чтобы я гнал слишком быстро. Не хотел привлекать внимание. Фальшивые номера, на заднем сиденье сумка с автоматическим оружием – дорожная полиция была бы совсем некстати. Тут я был с ним согласен. Я вел машину как автомат. Я не спал уже в течение сорока часов. Но я не жалел о том, что отказался от возможности вздремнуть в мотеле у Даффи. Я был рад тому, как провел там время, хотя Даффи и не разделяла мои чувства.

– Сворачивай на следующей развязке, – бросил Бек.

Как раз здесь И-84 проходила прямо через Хартфорд. Огни города окрашивали в оранжевый цвет низкие тучи. Свернув с шоссе, мы очутились на широкой дороге, которая через милю сузилась и углубилась в безлюдные поля. Повсюду вокруг была сплошная темнота. Кое-где встречались закрытые магазинчики, заправки, – а потом не осталось ничего, кроме темных силуэтов деревьев.

– Следующий поворот направо, – через восемь минут сказал Бек.

Я свернул на проселочную дорогу. Покрытие было ужасное, дорога то и дело петляла. Темнота повсюду. Я был вынужден сосредоточиться. Меня совсем не радовала мысль о том, что еще предстоит возвращаться назад.

– Езжай прямо, – сказал Бек.

Мы проехали еще восемь или девять миль. Я понятия не имел, куда мы направляемся.

– Отлично, – наконец бросил Бек. – Скоро мы увидим впереди Дьюка. Он нас ждет.

Через полторы мили мои фары высветили задний номер машины Дьюка. Она стояла на обочине, наклонившись в кювет.

– Остановись за ним.

Я подъехал вплотную к «линкольну» и перевел рукоятку коробки передач на парковку. Ужасно хотелось спать. Пять минут сна стали бы огромным облегчением. Но Дьюк выскочил из машины, как только узнал нас, и поспешил к окну Бека. Бек опустил стекло, и Дьюк, присев на корточки, просунул голову в салон.

– Их хибара в двух милях впереди, – сказал он. – Грунтовая дорога плавно поворачивает налево. Половину можно будет проехать на машине, если не шуметь и не зажигать свет. Остальное придется идти пешком.

Бек промолчал. Поднял свое стекло. Дьюк вернулся к своей машине. «Линкольн» выехал из кювета и выпрямился. Я поехал следом за ним. За сто ярдов до грунтовой дороги мы погасили фары. Дальше поехали очень медленно. Светила луна. «Линкольн» впереди вздрагивал и раскачивался, наезжая на рытвины. «Кадиллак» повторял его движения в противофазе: поднимался, когда «линкольн» нырял вниз, крутился вправо, когда «линкольн» извивался влево. Мы ползли с черепашьей скоростью. Сократили разделявшее нас расстояние. Вдруг ярко вспыхнули стоп-сигналы «линкольна», и машина застыла на месте. Я остановился позади. Развернувшись, Бек схватил спортивную сумку и расстегнул молнию. Протянул мне один из МП-5К и два запасных магазина по тридцать патронов.

– Сделайте все как надо.

– Вы остаетесь ждать здесь?

Бек кивнул. Я открыл крышку ствольной коробки и осмотрел пистолет-пулемет. Собрал его, дослал патрон в патронник и поставил оружие на предохранитель. Затем очень осторожно убрал запасные магазины в карманы, чтобы они не звякнули о «глок» и ПСМ. Выбрался из машины. Выпрямился и вдохнул холодный ночной воздух. Испытал огромное облегчение. Это меня взбодрило. Я уловил запах расположенного неподалеку озера, деревьев, прелой листвы на земле. Откуда-то доносился шум водопада, тихо капал конденсат с остывающего глушителя. Легкий ветерок шевелил деревья. Больше слушать было нечего. Абсолютная тишина.

Дьюк меня ждал. Я почувствовал напряжение и нетерпение в том, как он держал себя. Ему уже приходилось заниматься этим раньше. Нет сомнений. Дьюк выглядел именно так, как должен был выглядеть полицейский-ветеран перед серьезной стычкой. Значительная доля ощущения рутинности, смешанная с острым сознанием того, что двух абсолютно похожих ситуаций не бывает. Дьюк держал в руках «штейр» с длинным магазином на тридцать патронов. С таким магазином автомат казался еще больше и страшнее, чем обычно.

– Пошли, осел, – прошептал Дьюк.

Держась в пяти футах за ним, я пошел по противоположной стороне дорожки, как должен был поступить на моем месте опытный пехотинец. Мне нужно было действовать убедительно, изображать, будто я стараюсь не создавать групповую цель. Я знал, что в домике никого не окажется, но Дьюку это было неизвестно.

Описав дугу, мы увидели перед собой дом. В окне горел свет. Вероятно, дежурное освещение. Дьюк замедлил шаг, остановился.

– Видишь дверь? – шепнул он.

Я всмотрелся в темноту. Различил небольшое крыльцо. Указал на него.

– Ты жди у входа, – прошептал я в ответ. – Я загляну в освещенное окно.

Дьюк с радостью согласился. Мы прокрались к крыльцу. Дьюк остался стоять там, а я пригнувшись пошел к окну. Распластался на земле и прополз последние десять футов. Приподнялся и заглянул в окно. На столе горела тусклая лампочка, закрытая желтым пластмассовым абажуром. Вдоль стен стояли старые диваны и кресла. В камине серела зола от давно потухшего огня. Стены и потолок обшиты сосновыми досками. Людей нет.

Я отполз назад в полоску света, чтобы Дьюк меня видел, и поднес к глазам растопыренные указательный и средний пальцы. Стандартный сигнал наблюдателя: «Вижу». Затем поднял руку, разогнув все пять пальцев. «Вижу пятерых». После этого затеял оживленную жестикуляцию, которая должна была изображать местонахождение каждого из мнимых врагов и его оружие. Я знал, что Дьюк не поймет мои знаки. Я сам их не понимал. С моей точки зрения, они были совершенно бессмысленные. Мне никогда не приходилось работать наблюдателем. Но со стороны выглядело весьма неплохо. Профессионально, скрытно и настойчиво.

Я прополз еще десять футов, поднялся с земли и бесшумно присоединился к ждавшему у крыльца Дьюку.

– Они отключились, – прошептал я. – Напились или наширялись. Нам повезло. Обделаем все в два счета и поедем домой.

– Оружие?

– Полно, но все далеко. – Я указал на крыльцо. – Похоже, за прихожей короткий коридор. Наружная дверь, внутренняя дверь. Ты идешь налево, я иду направо. Ждем в коридоре. Будем их валить, когда они выйдут из комнаты, чтобы узнать, что за шум.

– Ты уже отдаешь мне приказы?

– Я провел разведку.

– Смотри, не наломай дров, осел.

– И ты тоже.

– За меня не беспокойся.

– Посмотрим.

– Ты со мной не шути, – строго произнес Дьюк. – Встанешь поперек пути – я с радостью уложу тебя вместе с остальными. Без колебаний.

– Мы ведь на одной стороне.

– Да? По-моему, это еще предстоит выяснить.

– Успокойся, – сказал я.