Лес Самоубийц - Джереми Бейтс

Джон Скотт прикончил содержимое своего стаканчика.

— Мы решили, что Нил не обидится на то, что мы немного ограбили его, учитывая его состояние.

— А вы не подумали о своем состоянии завтра?

— Чувак, я себя контролирую.

— Это диуретик.

— Диу… что? — удивился Томо.

— Тебе от этого захочется отлить, — объяснил Джон Скотт.

— Ой!

— Да, Томо, ой! — продолжал я. — Мы посреди леса, без воды.

— Полиция придет сюда завтра.

— Мы надеемся на это. Но смогут ли они нас найти?

— Хватит разыгрывать трагедию, — поморщился Джон Скотт.

— Всякое возможно.

Он пожал плечами.

— Если они нас не найдут и не пойдет дождь, мы все равно умрем через пару дней.

Словно бы для того, чтобы подчеркнуть свой железобетонный фатализм или покрасоваться передо мной своей самоуверенностью, он схватил бутылку и наполнил свой стаканчик. Отхлебнув немного, Джон Скотт вернулся к чтению комиксов.

— Хочешь? — спросил Томо.

— Нет, спасибо. И я думаю, что тебе лучше завязывать.

— Хорошо. Это последний. Хочешь почитать комиксы?

— Нет.

— Большие сиськи.

— Нет.

— Они там. В моем рюкзаке.

Какое-то время я продолжал разглядывать эту парочку. Они лениво потягивали виски и листали комиксы, будто маясь от безделья в выходной день. На ум приходило одно слово — идиоты!

Поскольку идти было особо некуда, а стоя здесь, я чувствовал себя и вовсе дураком, я сел возле костра и занялся осмотром руки. Нарывы давно лопнули, так что боль уже не была такой сильной. Ночь выдалась удивительно тихой, слышался только треск костра. Даже Нил замолк. Казалось, его страдания наконец закончились и он смог заснуть.

Ароматный дымок от костра раздражал вкусовые рецепторы. Я представил себе, как в огне жарится сарделька, темнеет, источает капельки жира… Я безвольно перевел взгляд на полупустую бутылку виски. Стопка горячительного не заменит еды, но поможет побороть чувство голода. А еще алкоголь слегка успокоит нервы, поможет не думать о кругах ада, которые нас ожидают завтра, о Бене. Стаканчик или даже два. Они не повредят. Возможно, помогут заснуть…

— А как мы организуем вахту? — спросил я, чтобы отвлечься.

— Ты ведь это несерьезно, да, чувак? — недоверчиво взглянул на меня Джон Скотт.

— Это не помешает.

— Не будь идиотом. — Джон Скотт понизил голос. — Нет никаких гребаных привидений.

— Может, и нет. Но кому-то надо присматривать за Нилом. И Беном.

— Беном?

— Ну, могут прийти животные и все такое.

— Вот черт! — Томо оторвался от комиксов.

— Хорошо. — Джон Скотт пожал плечами. — Тогда я первый.

— И когда ты начнешь?

— Прямо сейчас.

— Пошел ты…

— Что?

На часах было восемь с небольшим. Если Джон Скотт заступит на пост сейчас, то пойдет спать в одиннадцать. Ровно тогда, когда он и так отправился бы спать.

— Первая смена начнется в десять, каждая продлится два часа. Таким образом, мы закончим в четыре утра, то есть незадолго до рассвета.

— И что тогда? Ты хочешь дежурить первым?

— Будем тянуть палочки. Кто вытянет самую длинную — будет выбирать первым.

Я взял из кучи дров хворостину и поломал ее на три неравные части. На всякий случай я отвернулся от ребят и сровнял кончики конечно, Джон Скотт взрослый человек, но я ему не доверял: он мог подсмотреть, какая палочка какой длины.

Сначала тянул Томо, потом Джон Скотт. У Томо оказалась самая длинная палочка, у меня — самая короткая.

— Я хочу первое, — сказал Томо.

— Первое дежурство?

— Ага.

— Я тогда перехвачу смену до двух, — сказал Джон Скотт.

Я кивнул:

— Хорошо, Томо, разбудишь Джона в полночь.

— Естественно.

Томо прикончил содержимое своего стаканчика и бросил его в костер.

— Эй! У нас мало стаканчиков, Томо! Они понадобятся нам, чтобы собирать дождевую воду!

— Чува-а-ак, — протянул Джон Скотт.

— Что?

— Не разводи мыльную оперу! Мы в порядке. Это не необитаемый остров!

— Ты представляешь, насколько велик лес?

— И что? В самом худшем случае нам придется забраться на дерево, запомнить, где Фудзи, и следовать дорогой из желтого кирпича.

— Надеюсь, у тебя получится забраться на дерево.

Он фыркнул и снова углубился в изучение комиксов.

— Вы знаете, кого вы мне напоминаете? — спросил Томо. — Женатую пару. Все время ссоритесь, ругаетесь, деретесь. А я ваш ребенок и постоянно вас слушаю. И это травмирует мою психику.

— Этому тебя учат в твоей психологической школе?

— Естественно.

— Что, у тебя новое коронное выражение?

— Естественно!

Томо снял кепку. У него были растрепанные волосы, которые придавали ему сходство с эльфом. Над верхней губой и на щеках появилась щетина. Сейчас он напоминал мне подозреваемого в ожидании допроса. Железное спокойствие на лице, но внутри буря эмоций. Как и Джон Скотт, он был уверен, что утром нас найдет полиция, и не боялся голодной смерти в лесу. Мне кажется, он больше опасался тех разборок, что начнутся после того, как нас вызволят. В скором будущем его ждала работа в клинике, где-то в Сибуе. Но что будет, когда выяснится, что он ночевал в Аокигахаре в компании иностранцев, один из которых совершил самоубийство? Такое поведение не было образцом здравомыслия, которого ожидаешь от психотерапевта. Если о нашей экспедиции напишут в газетах, то его карьера окажется под угрозой, даже не начавшись.

— Эй, чувак, — обратился Томо к Джону Скотту. — У тебя сиги есть?

— Ты куришь, что ли?

— Типа после секса. Но сейчас потянуло.

Джон Скотт вынул сигарету из пачки и отдал ее Томо, потом вытащил еще одну для себя. Он протянул зажигалку Томо, затем прикурил сам. Откинувшись, он положил голову на рюкзак и уставился на кроны деревьев, выдыхая дым. Джон Скотт запаниковал только один раз — в тот момент, когда мы обнаружили Бена и когда он понял, что ему светит. С тех пор он продолжал держать себя в руках. Сейчас он словно сидел на скучной вечеринке в баре. То ли Джону хорошо удается сохранять лицо, то ли он не знаком с понятием эмпатии. Я не знал, доводилось ли ему убивать. Он был в командировке в Ираке, значит, с высокой степенью вероятности ему приходилось это делать. Возможно, он прикончил большое количество людей. В любом случае Джон Скотт встречался со смертью в том или ином виде.

— Ты был в Ираке? — спросил я его.

— На каникулах?

Да, черт подери, на каникулах! И чего я полез в этот разговор?

— Один раз, — ответил он, чуть помедлив.

— И как оно?

— Райское место. — Он затушил сигарету и тут же прикурил следующую. — И да, я убивал людей.

Я взглянул на Джона.

— Ты же это хотел узнать, так? Все именно об этом спрашивают.

— И многих? — спросил Томо.

— Двоих.

— Ты стрелял?

— Мое отделение патрулировало