Горничная с проживанием - Моника Арья

Оба уставились на мой палец, кожа на котором теперь напоминала старую потертую обивку.

Я неподвижно стояла посреди комнаты. По сравнению со всем остальным, что пришлось пережить в Айвори-хаусе, случай с кольцом казался полной ерундой. Подумаешь, жених устроил невесте ожог кислотой…

Конрад положил руку мне на талию, и мы вышли из зала. Я брела рядом с ним, не задумываясь, куда мы направляемся. Правда, втайне надеялась, что сейчас меня столкнут с крыши и тем самым положат конец страданиям.

– Ты теперь живешь не в комнате для прислуги. Несколько дней будешь спать здесь, а потом переедешь на мой этаж, – улыбнулся Конрад.

– Разве тебе не надо возвращаться в колледж?

– А, не забыла? Да-да, надо, любимая, но у нас будет достаточно времени и для свадьбы, и для медового месяца. Мы с тобой точно успеем сделать ребенка до моего отъезда.

Нахмурившись, он окинул меня похотливым взглядом. Мне отчаянно захотелось в душ, смыть этот взгляд с мылом, а может, даже с хлоркой.

В ослепительно-белом коридоре я внезапно остановилась. Выходит, мне предлагают пока пожить в комнате Брэдли?

– Новая домработница хорошенько здесь убралась и все продезинфицировала. Не желаю, чтобы к тебе прилипла грязь от Брэдли. А запах к завтрашнему утру уже выветрится. Обещаю тебе, моя королева.

Конрад прижал меня к стене и вытянул губы трубочкой. Я слегка повернула голову, чтобы не чувствовать его дыхание, театрально застонала и ловко всунула руку между нашими лицами.

– Ужасно болит палец…

– Прости, красавица. Ритуал есть ритуал. Иди, промой ожог и хорошенько поспи. Мать ждет не дождется, когда вы с девочками поедете по магазинам, – промурлыкал он.

– С девочками? – удивилась я.

– С подружками невесты, – пожал плечами Конрад.

Дверь открылась, и я, кивнув, прошла в комнату, хранящую самое прекрасное воспоминание моей жизни.

– Спокойной ночи, Демилион, – ухмыльнулся Конрад.

Я вскинула голову, собираясь спросить, откуда ему известно мое детское прозвище, которое знала лишь Лейла. Увы, дверь захлопнулась, и я сделала шаг назад, напуганная витающими вокруг тайнами.

В комнате было темно – хоть глаз выколи, но я почувствовала постороннее присутствие – словно кто-то дышал в затылок. Неужели они снова за мной наблюдают?

Нет, вряд ли: в конце концов, мы с Брэдли занимались здесь любовью и, будь в комнате камера, я уже давно лишилась бы головы.

Медленно развернувшись, я попыталась проникнуть взглядом в темноту. Мебель и торшер отбрасывали густые тени, картины на стенах выделялись черными пятнами.

Человек опасается темноты не из-за отсутствия света, а потому что боится, куда его заведет воображение.

Коснувшись стены, я с трудом нащупала выключатель, нажала на клавишу и отшатнулась, зажав рот рукой.

Посреди комнаты стояла совершенно лысая Бекка в запятнанном алыми пятнами белом платье.

– Привет, Деми, – широко улыбнулась она.

– Бекка…

Я тяжело сглотнула, вздрогнув от нервного озноба, и остановила взгляд на зажатом в кулаке гостьи ноже.

– Мне так его не хватает…

Бекка закружилась на месте, раскинув тонкие руки.

– Кого? Брэдли? – хрипло спросила я.

Она немедленно прекратила кружиться, а мрачная улыбка сменилась зловещей гримасой. Без густых светлых волос и яркого макияжа Бекка казалась совершенно другим человеком.

– Я была ему не нужна, Деми. Брэдли уехал и забрал с собой мое сердце. Знаешь, он ведь меня спас. Я когда-то была девочкой в клетке.

– Постой, так ты…

В комнате вдруг словно похолодало, когда Бекка прижала к ладони кончик ножа и начала медленно на него давить.

– Бекка…

Я шагнула к ней, однако она остановила меня пронзительным взглядом.

– Брэдли разрешили выбрать одну девушку, которую обещали выпустить. Мы все были красивыми птичками, но выбрал он именно меня. В любом случае Айвори нуждались в парикмахере и визажисте. Ты ведь знаешь, насколько тщеславна Дафна.

Бекка надавила на нож сильнее, и по ее руке потекла тонкая струйка крови.

– А как же Дейзи? – ошеломленно спросила я.

Его сестру удерживали в клетке, ставили над ней опыты, мучили…

– Освободить Дейзи ему, естественно, никто не позволил бы, глупышка, поэтому повезло мне. Хотя, скорее всего, он и так выбрал бы меня, потому что любил.

– Бекка, отдай мне нож, пожалуйста.

Я протянула к ней руку, однако девушка, казалось, полностью ушла в себя. Вонзив лезвие еще глубже, она вдруг заглянула мне в глаза и улыбнулась.

– Он меня бросил. Не сделал своей…

По ее щекам покатились слезы.

– Не сделал своей? – вопросительно повторила я, переводя взгляд с капающей на пол крови на безумное бледное лицо девушки.

– Не сделал своей избранницей, – закончила она.

– Не понимаю, – медленно покачала головой я.

– Он выбрал тебя. Но ты – избранница Конрада, поэтому Брэдли отослали прочь.

Бекка шагнула вперед, и у меня екнуло сердце. Я отпрянула и наткнулась на стену.

– Что в тебе такого особенного, Деми? – Она слегка склонила голову и, выдернув из ладони нож, постучала им по руке. – Ты не так красива, как я. На мой взгляд, ты даже неприятна. Темная кожа, кучерявые волосы, худоба…

Бекка прижала меня к стене и приставила нож к горлу.

– В сущности, ты страшненькая, Деми.

Она надавила на нож, и я закрыла глаза. Да, все же умирать грустно, как ни крути.

Кто бы мог подумать… Я ведь жила совершенно никчемной жизнью, о чем тут жалеть? А вот поди ж ты, все равно цеплялась за лучик надежды. Вдруг получу новый шанс? Опять же, Брэдли – встретила его, и в душе что-то шевельнулось.

– Забавно, что сперва Конрад выбрал вовсе не тебя. Ты – замена. Твоя развратная сестренка не умела держать ноги вместе, и, естественно, семья Айвори не могла считать ее непорочной, – насмешливо цокнула языком Бекка.

Я заледенела, перед глазами повисла серая пелена. Слова Бекки доходили до меня с трудом, словно та говорила на иностранном языке.

– Моя… сестра? Нет-нет, ты что-то путаешь. Лейла понятия не имела о семье Айвори. А Трент ее насиловал.

– Ты своими глазами видела, как ее насилуют? Или она тебе рассказывала?

Тонкие губы Бекки искривились в усмешке.

Я растерянно заморгала. А ведь правда не видела. Слышать слышала. Но что именно слышала? Как кто-то занимается с Лейлой сексом? Потом, возвращаясь в наш шкаф, она выглядела отрешенной и надломленной.

– Она влюбилась в Трента, и он тоже ее полюбил, но бизнес есть бизнес. Когда выяснилось, что Айвори не собираются платить за Лейлу обещанные два миллиона, Трент был в шоке. Он планировал совершить за счет твоей сестры самую выгодную свою сделку, благодаря которой выбрался бы из трущоб Нэшвилла, однако не удержался, вступил с