Когда красное становится черным - Цю Сяолун

– Есть что-нибудь новое?

– Да, я обедал с Лэем, по его настоятельной просьбе, из-за Инь. Это для меня нечто новое – обсуждать дела с бизнесменом, прямо как со старшим следователем Чэнем. Инь не ладила со многими соседями, но кому-то она могла помогать.

– Не стоит осуждать людей. Она столько пережила в прошлом, так же как Ян, так же как соседи, – сказала Пэйцинь, – но и нельзя просто «задернуть занавес» культурной революции.

– Что за жизнь! Я тоже прочел две страницы ее романа. Она пишет, что жизнь свела ее с Яном в кадровой школе, а сколько же они на самом деле были вместе? Их любовь длилась меньше года. А сейчас она могла умереть из-за него.

– Но все же только благодаря Яну к ней пришли и слава, и деньги, – вздохнула Пэйцинь. – И конечно же книга тоже.

Возможно, все так и было. Юй хотел как-то утешить ее, но не знал как.

– Ты слишком строга по отношению к ней, – сказал он. – Все-таки это была ее книга, и она заработала гонорар.

– Я ничего не имею против нее. Но на самом деле роман продавался хорошо только из-за него, из-за их отношений. А что думаешь по поводу сборника его стихов, который потом Инь сама редактировала? – добавила Пэйцинь.

– Как правильно сказал старший следователь, на этом она не заработала ни гроша.

– Но сборник Яна был распродан, – возразила Пэйцинь, – был большой тираж. В те годы многие читали стихи. Я тоже купила книжку.

Позднее, разговаривая по телефону с Чэнем, Юй упомянул мнение Пэйцинь.

– Многое поменялось, – сказал Чэнь. – Несколько лет назад издатель заплатил бы лишь разовую выплату примерно в пятнадцать юаней за роман с тысячей героев. Поэтому она в любом случае не могла получить много денег.

– Это и я понял.

– А если бы по контракту ей выплатили деньги в зависимости от того, сколько книг было продано, тогда это уже другая ситуация. Вы говорили с редактором об этом?

– Нет, а зачем?

– Ну, он мог знать величину гонорара, который она получила, – задумчиво сказал Чэнь. – Не знаю. Может, ему стоит позвонить.

Большая сумма могла быть мотивом для убийства, и Юю казалось, что с тех пор, как Чэнь стал писателем, а Пэйцинь страстной читательницей, они могли бы хорошо помочь следствию в части литературных аспектов. Юй все же позвонил Вэю, редактору романа «Смерть китайского профессора», в шанхайское издательство.

– Вы опять об Инь? – не совсем вежливо спросил Вэй.

– Извините, нам нужно выяснить у вас еще некоторые вопросы, – объяснил свой звонок Юй.

Юй понимал, почему так нервничает Вэй. У него из-за романа были проблемы. Если издавалось что-то политически некорректное, ответственность нес не только автор, но также и редактор. Если автор был известным, он порой легко отделывался, потому что редактор все брал на себя. Вэя критиковали за то, что он не сумел просчитать политических последствий публикации романа.

– Я рассказал вам все, что знаю об Инь, товарищ следователь. Что она нарушила даже после своей смерти?

– В прошлый раз мы говорили о романе Инь. Но Ян тоже издал книгу у вас. Сборник стихов.

– Верно, но я не редактировал стихи. Цзя Цзицзянь занимается этим. Сборник вышел до публикации романа.

– Цзя вам что-нибудь говорил насчет этого?

– Мы ничего не обсуждали. Стихи, как вам известно, читает не так уж много народа, и прибыль небольшая. Конечно, Инь помогала в издании книги. Она была своего рода героиней и не позволила бы ни единой капли удобрения упасть еще на чье-либо поле.

– Могу я поговорить с Цзя?

– Сегодня его нет в редакции. Перезвоните завтра.

Казалось, что разговор ни к чему не приведет. Вэй также был уверен, что сборник стихов не принес большого дохода. Однако после разговора Юй не мог избавиться от чувства, что он что-то упустил.

Этим утром Почтенный Лян в конторе не появился. Наверное, это был тихий протест. Для него дело было закончено, Вань признался, и дальнейшее расследование было бы только во вред репутации Ляна.

Так как разговор с Вэем не выходил у Юя из головы, он позвонил Пэйцинь.

– У Вэя лишь догадки, – сказала Пэйцинь, не веря тому, что сумма могла быть маленькой. – Поговори с редактором стихов.

– Не знаю, почему у Вэя такое негативное отношение к покойной? – спросил он.

– Это выше моего понимания. Почему у него такая неприязнь? – внезапно добавила Пэйцинь. – Он сказал, что она бы пожалела и каплю удобрения для другого. Кого он имел в виду?

– Кого-то еще, кто бы хотел редактировать сборник?

– Но никто бы не мог с ней соревноваться. Только у нее были многие подлинники стихов Яна. А пословица, которую процитировал Вэй, применима к жадному человеку или к тому, кто обманул при деловой сделке.

– Я перезвоню тебе позже.

Теперь следователю Юю надо было поторопиться. Он положил телефонную трубку и затем снова поднял и позвонил редактору.

– Товарищ Вэй, простите меня, еще один вопрос, – сказал он. – В нашем недавнем разговоре вы процитировали поговорку «не позволить ни единой капли удобрения упасть еще на чье-либо поле». Что вы имели в виду?

– Так сказал Цзя, это связано с родственником Яна, как я помню. – Вэй едва мог сдерживать раздражение. – Так что?

– Большое спасибо вам, товарищ Вэй. Это может быть очень важным для нашего следствия. Я очень ценю вашу помощь.

– Ну, я не очень в курсе. Вам лучше поговорить с Цзя. Он скоро вернется, – добавил Вэй. – Ах да, еще одна вещь. Около года назад кто-то позвонил и спрашивал дату выпуска второго издания стихов. Звонили мне, и у меня не было этой информации. Это мог быть просто читатель, интересовавшийся стихами, но у меня создалось впечатление, что он звонил по другой причине.

Юй решил зайти в издательство.

Шанхайское издательство располагалось на дороге Шаосинлу. Это был большой частный дом тридцатых годов. На первом этаже находились книжный магазин и кафе. Следователь Юй позвонил Цзя и ожидал его внизу.

Цзя оказался мужчиной далеко за сорок. В кафе он вошел широко ступая. Когда Юй начал свой рассказ, Цзя посмотрел на него с удивлением.

– Вас интересует второе издание, так?

– Не только, – ответил Юй и воспроизвел редактору свой разговор с Вэем.

– Тогда о чем вы спрашиваете, товарищ следователь? – Цзя вопросительно посмотрел на Юя. Он, очевидно, ничего не знал о расследовании убийства.

– Я ничего не знаю ни о первом издании, ни о втором, товарищ Цзя. Не могли бы вы мне рассказать с самого начала?

– Это было несколько лет назад, – начал Цзя. – Инь попросила меня организовать встречу здесь, в издательстве, чтобы объяснить внучатому племяннику суть контракта на издание сборника стихов Яна.