Зеркальная страна - Кэрол Джонстон

Я стараюсь быстро пройти мимо «Колкохуна», но тут дверь распахивается, и Анна кричит:

– Погодите!

Я замираю и невольно оглядываюсь. Анна плачет, громкие уродливые всхлипы мешают ей говорить.

– Поверить не могу! Неужели она погибла?! Мне очень, очень жаль…

Продавщица порывисто лезет обниматься, и я обнимаю ее в ответ, надеясь, что она отвяжется. Сейчас мне трудно общаться с людьми, принимать соболезнования, отвечать на вопросы. Наконец Анна меня отпускает, шмыгает носом, делает пару глубоких вдохов и утирает залитое слезами лицо. От левого глаза к виску тянутся черные полосы.

– Вчера я была сама не своя от горя, – признается Анна, понизив голос и пристально глядя мне в глаза. – Зато теперь… теперь я знаю, что должна пойти прямиком в полицию!

– Анна…

– Послушайте, я должна! Я обязана сообщить им, как она боялась. Я обязана сообщить им про синяки! Мари сказала, что Эл собиралась уйти от Росса. – Я начинаю протестовать, и она поднимает руки. – Ведь именно так и бывает, понимаете? Жена хочет уйти, и муж ее убивает!

– Анна, я не могу…

Она хватает меня за локти.

– Надо было проявить настойчивость и помочь ей! – Хватка Анны становится невыносимой. – Кэт, Эл хотела бы, чтобы я помогла вам! Бегите, спасайтесь!

Я отшатываюсь, впиваясь ногтями в ее пальцы, пока те не разжимаются.

– Делайте, что считаете нужным, Анна. – Мой голос дрожит, ноги покалывает от панического желания пуститься бегом. Вместо этого я отворачиваюсь и ухожу. – Мне некогда.

Я заставляю себя идти вперед, не обращая внимания ни на ее крики, ни на желание пуститься бегом.

* * *

В парке совершенно пусто, но по телу бегут мурашки от знакомого ощущения, что за мной следят. Я оборачиваюсь, оглядываю пустую парковку. Ни Анны, ни вообще никого.

Надеваю капюшон и продолжаю идти мимо все тех же деревьев, кренящихся от ветра, как и много лет назад: яворов и вязов, в которых прячутся черные, распухшие призраки жертв чумы. Мимо каменных домов, где притаились убийцы детей, следившие за нами из всех углов.

Дедушка намеренно расставлял эти мины-ловушки, чтобы нам никогда не захотелось уйти из дома. Как и все насильники, он переусердствовал: к тому времени, как мы с Эл пересекли Линкс, то давно устали бояться и поняли, что он – лжец. Уэстерик-роуд, тридцать шесть, был местом не менее пугающим и опасным, чем прочие места, но мы его любили, несмотря на страх и ложь, несмотря на горячий, металлический запах крови на нашей коже. Я всегда отделяла дедушку от Синей Бороды, это казалось таким естественным и необходимым! Гораздо труднее и болезненнее – соединить их воедино, принять, что худший кошмар детства когда-то был моим самым дорогим и любимым человеком, не считая, конечно, Эл. Сейчас я горюю о нем с новой силой; такое чувство, словно я потеряла дедушку дважды, или хуже того – словно он вообще никогда не существовал.

Перед тем как свернуть на Лохинвар-драйв, я оглядываюсь. Лодок на берегу стало еще больше, и я едва протискиваюсь к воде. Ветер с залива Форт ледяной, как всегда, зато сегодня не очень сильный: толкотня и грохот причаленных яхт звучат приглушенно. Наконец я останавливаюсь, делаю глубокий вдох и выдох и смотрю на каменистый склон, на грантонский волнолом, на крошечный, приземистый островок Инчкит на северо-востоке, на желтое пятно маяка, на темную воду за ним, на фарватер, по которому проплывают большие суда. Смотрю долго-долго, пока на Бернтайленд не опускаются тучи и ливень не начинает хлестать по моей больной голове.

Раздается звуковой сигнал – пришло сообщение от Росса.

«Мне нужно появиться на работе, потом заеду купить чего-нибудь к ужину. Есть пожелания? Целую».

Я не отвечаю, хотя ничего плохого Росс не написал. У него есть работа. Нам нужно питаться. Мы не умерли. Впрочем, услышав очередной сигнал, я недовольно морщусь.

[email protected]

18 апреля 2018 в 14:55

Кому: Мне

Re: ОН ЗНАЕТ

Входящие

У ТЕБЯ МАЛО ВРЕМЕНИ.

ВСПОМНИ, ЧТО ПРОИЗОШЛО 4 СЕНТЯБРЯ, ТОГДА ВСЕ ПОЙМЕШЬ.

ТЫ УЗНАЕШЬ, ЧТО НУЖНО СДЕЛАТЬ.

Отправлено с iPhone

Не узнаю! Я и так вспомнила все – каждую чертову подробность, – и до сих пор понятия не имею, что я должна понять и что мне делать.

«Хватит загадок! Это не игра, мы не в Зеркальной стране! Выкладывай, что знаешь – встреться со мной и все расскажи! Или оставь меня в покое!»

Я отправляю свой ответ и иду к дороге. Дождь усиливается. Небо так потемнело, словно уже сумерки. Я с трудом пробираюсь мимо лодок на берегу. Ржавые корпуса покрыты ракушками. Они пахнут морем, его обитателями, которые там жили и умерли. По телу пробегает дрожь. Позади раздается шум, я оборачиваюсь и бью наотмашь по ближайшей яхте, сбивая костяшки. Поскальзываюсь на мокром бетоне и падаю на землю, раскинув руки и ноги. Поворачиваю голову, стараясь расслышать хоть что-нибудь сквозь шум дождя, и вдруг в узком проходе между лодками вижу кожаные ботинки с металлическими вставками. Над ними – синие джинсы.

Я отползаю, пытаясь найти опору на скользкой земле. Наконец мне удается встать. Я тяжело дышу, едва переводя дух, но бежать не собираюсь. Хватит, я и так всегда убегала от опасности! Осторожно обхожу яхту, прячась в черной тени, потом с криком бросаюсь на противника, молочу его руками и ногами.

Меня хватают в охапку, я царапаюсь и вырываюсь. Наваливается тяжесть, но я не чувствую ни злости, ни агрессии противника. Я вонзаю в него ногти, бью коленом снова и снова.

– Хватит! Хватит!

Вик, пошатываясь, пятится к свету и успокаивающе поднимает ладони.