Вселенная нелюдей - Влад Райбер

Сидящее тело полностью покрывали лишайники. На голове, плечах и спине росли жёлтые грибы с тонкими ножками и круглыми шляпками.

– Это человек? – я не мог поверить, что вижу сидячий труп посреди подвала в жилом доме.

Старик склонился над телом и осмотрел грибы на его плечах, выбирая покрупнее. В его левой руке сверкнул небольшой нож.

Ему были нужны эти грибы?! Те, что росли на трупе?!

– Ну, он был человеком, а теперь вот часть замкнутой экосистемы, так сказать, – ответил Евсей, осторожно срезав гриб с края плеча. – Это был сантехник. Наступил не туда, надышался спорами и остался в подвале.

– И никому нет дела, что здесь мёртвый человек? – мой голос эхом разносился по подвалу.

– Мёртвый? Почему мёртвый? Он живой! – высокий мужчина щёлкнул пальцами по щеке бедолаги, и он еле заметно дёрнулся. – Видите? Нас с вами переживёт!

Мой язык провалился в горло. Я опять оказался посреди кошмара наяву.

Евсей положил несколько грибов в пакет и сказал:

– Думаю, хватит. Можем идти.

Мы поднялись обратно. Я захлопнул железную дверь и навесил замки. Мои руки дрожали. Тот удивительный и ужасный мир снова был закрыт, но теперь я знал ещё одну тайну этого загадочного дома.

– А что это за грибы? – спросил я, когда ко мне вернулся дар речи.

– Лунный капельник[57], – ответил Евсей. – Редкий гриб! Растёт только на человеческом теле.

– Зачем они вам? – любопытствовал я.

– Вы не бойтесь, это я для себя! Сварю из них лечебный отвар. До свидания!

Старик ушёл к себе наверх. А я спрятал ключи обратно в нижний ящик тумбочки…

До окончания моей вахты оставалось всего пять дней. Сидя за стойкой на посту, я не мог думать ни о чём другом.

Рано утром передо мной возник, как мне показалось, незнакомый человек. Он был прямой, высокий и могучий.

– Теперь и вам спасибо! – сказал он.

– За что? – удивился я, но, присмотревшись, понял…

Это же был Евсей! Он так изменился! Не то чтобы стал моложе: просто казался сильнее, и морщины на лице разгладились. Определить возраст этого человека теперь стало трудно.

– Не узнали? Э-хе-хех! – рассмеялся он в своей обычной манере. – Только давайте мы нашу проделку оставим в секрете. Никому про это не рассказывайте. Хорошо?

Я не хотел ему ничего обещать и просто смотрел на него с укором.

Тогда он в своей деликатной манере перешёл на угрозы:

– А если расскажешь, я тебе язык узлом завяжу! До свидания!

Когда он вышел из подъезда, я взялся за телефон и набрал номер начальника, намереваясь во всём сознаться.

– Алло?

– Сергей Леонидович, – сказал я и замялся.

– Да, Женя. Слушаю! – ответил он.

– Сергей Леонидович, тут… ав-ав-ав…

Я говорил, а язык не слушался!

– Что? – озадаченно спросил начальник. – Женя, говори понятнее.

– Ав-ав-ав… – я пытался, но не мог сказать ничего о старике и о том, что видел в подвале.

Это было похоже на проклятие! И я сдался:

– Ничего! Просто хотел сказать, что у меня всё нормально.

– Вот и хорошо! Я уж подумал, что ты подвыпил, – ответил Сергей Леонидович.

Я взглянул на своё кольцо. Рия была права. Этот старик оказался тем ещё плутом. Уж не он ли обрушил все напасти на мою голову, чтобы потом избавить меня от них и получить желаемое?

Запись 5. Последние смены

Трое суток! Осталось трое суток! Три дня и три ночи. И можно будет уйти.

Я думал, чем бы заняться в это время. Развлекался игрой в телефоне, пил чай с половинкой ложки сахара и заедал безвкусными диетическими крекерами.

После завтрака в мой подъезд зашёл Николаич, облокотился на стойку и спросил:

– Всё в порядке?

– Не заставляйте меня иронизировать, – ответил я.

Следователь положил передо мной ключ, на брелоке значилось, что он от четвёртой комнаты:

– Ладно. По делу: к тебе в дом кого-то зарегистрировали. В ту квартиру, где жили сиамские перевёртыши. Помнишь?

– Помню ли?..

– Короче, вместо них сегодня заселятся некие Визаровы. А ты уже знаешь, каких людей сюда ссылают… Придут – отдай им ключ. Будь повнимательнее. И поосторожнее.

– Мне осталось доработать трое суток, – с радостью сообщил я.

Николаич криво улыбнулся.

– Решил не оставаться? Здесь редко консьержи задерживаются. Я тебя прекрасно понимаю.

Да ещё бы он не понимал. Сколько мне пришлось пережить тут за один только месяц.

– Я так и не понял, почему здесь всё такое странное…

– Тут ещё с момента строительства начало всякое твориться, – сказал Николаич. – Когда копали первый котлован – экскаватор с концами провалился под землю. Строители часто сбегали со стройки, потому что видели всякое. Место такое гадкое! Проклятое! Поэтому сюда стекаются разные гады. Прямо под нами – ад, а это нулевой круг – самое начало ада.

– Откуда вы это знаете? – спросил я.

– Просто верю в это! – ответил следователь. – Ладно, я пошёл. Счастливо тебе доработать.

Я ожидал увидеть людей с оплывшими от пьянства лицами или тех, что выделяются разными физическими особенностями. Каких было полно в этом доме. И как же я удивился, когда в подъезде появилась стройная молодая женщина с золотистыми волосами и похожая на неё маленькая девочка лет шести.

– Здравствуйте, мы новые жильцы, Визаровы наша фамилия, – голос женщины был тихим, а лицо печальным. – Где нам взять ключи?

Девочка смотрела на меня с любопытством, поглаживая золотистую косу на плече.

Я достал из ящика ключи от четвёртой комнаты и решил проводить их:

– Пойдёмте.

– Вы наш охранник? – спросила женщина по пути.

– Консьерж, – ответил я. – Меня зовут Женя.

– Очень приятно, – с грустью в голосе ответила женщина. – Я Марина, а это моя дочка – Лидия.

Остановившись у двери, я положил ключи в открытую ладонь молодой мамы. Она благодарно кивнула и улыбнулась одним уголком рта.

– Это не очень хорошее место для детей… – прошептал я, чтобы девочка не слышала.

Марина взглянула на меня большими серыми глазами и ответила:

– Для нашей семьи оно самое подходящее.

Я заметил, что у её дочери глаза совсем другие. Тоже большие, но ярко-зелёные, как два сверкающих изумруда. Женщина и девочка были во многом похожи, но также имели заметные отличия. У мамы впалые щёки – у дочки округлое лицо, у мамы вздёрнутый нос, а у дочки прямой. Но обе светлые-светлые и