Инстинкт хищника - Джозеф Файндер

Электронные цифровые табло широко распространены по всему миру. Небольшой экскурс в Интернет, и я узнал, что самое крупное находится в центре Берлина, на Курфюрстендам. На Таймс-сквер в Нью-Йорке есть огромная реклама Coca-Cola и логотип NASDAQ, а еще есть огромное табло на здании Reuters в Лондоне и на площади Пикадилли и, конечно же, масса экранов установлена в Лас-Вегасе.

Что в этих экранах действительно здорово, так это то, что вы можете полностью изменить изображение на экране, просто нажав несколько клавиш на клавиатуре компьютера. Технологии далеко шагнули вперед с тех дней, когда для того чтобы повесить новое сообщение, нужно было лезть наверх, срывать старое и клеить новое. Теперь все было делом нескольких секунд.

Технология действительно интересная, но ее основной недостаток заключается в том, что изображение получается зернистым, грубым. Зрителю видно, что оно состоит из отдельных цветных точек. Как ни крути, а этой технологии уже больше десяти лет. Entronics никогда не производил эти огромные дисплеи для наружного использования – диоды имели свою специфику. Кроме того, наши жидкокристаллические и плазменные панели никогда не обладали достаточной яркостью, чтобы успешно работать на улице.

Но теперь все изменилось. Теперь у нас было кое-что поярче светодиодных экранов. Наш новый прототип гибкого экрана OLED PictureScreen, один из которых висел на окне в офисе Горди, обладал высоким разрешением, низким уровнем излучения, был приспособлен к работе в любых погодных условиях – словом, он был на порядок лучше всего, что сейчас представлено на рынке.

Стадион «Фенвей» мог стать лишь началом, первым пробным шаром. Установив PictureScreen от Entronics над лучшей бейсбольной площадкой в Бостоне, я мог начать установку на всех остальных бейсбольных стадионах страны, а потом перенести опыт и на футбольные стадионы. Потом настала бы очередь Таймс-сквер и площади Пикадилли, а затем – Курфюрстендама и Лас-Вегаса. Динамические рекламные щиты. Рок-концерты. Тур де Франс. Формула один. Каннский кинофестиваль. Ватикан. Они использовали огромные телеэкраны вокруг площади Святого Петра для трансляции торжественной мессы, которую служил сам Папа, или для трансляции похорон Папы, и бог знает для чего еще. Разве Ватикан, с его бесконечными финансовыми ресурсами, не должен использовать лучшие технологии?

Я удивлялся, почему до сих пор никто в руководстве Entronics в Токио не подумал об этом? Это же так просто. И это огромный бизнес.

И ведь экраны нужны не только на улицах. Почему бы не подумать об информационных экранах внутри помещений – в аэропортах, в торговых центрах, в больших универмагах, в фойе компаний…

Иногда я сам себе удивляюсь.

Пребывая практически в состоянии аффекта, я набросал бизнес-план, в котором изложил свое видение того, как PictureScreen производства Entronics может завоевать весь мир. Я быстро пробежался по недостаткам технологий, представленных на сегодняшний момент на рынке. Нашел две компании, которые поставляли электронные цифровые табло по всему миру – нам бы пришлось с ними работать, потому что у нас не было необходимой инфраструктуры, чтобы полностью создавать табло самостоятельно. Это было настоящей бомбой.

К девяти часам утра я закончил черновик служебной записки, которая, по моему мнению, должна была перевернуть Entronics с ног на голову, спасти наше подразделение и вознести меня на вершины менеджмента. Ну, не на самый верх, но почти. Не до Токио, конечно, – я же не японец.

И что же теперь? Что мне с этим делать? Отдать Горди, чтобы он украл у меня идею и присвоил себе все почести? Но не мог же я просто отправить ее по электронной почте в Токио. В нашей компании так дела не делались.

Я заметил, как мимо моего кабинета проходит сухопарый японец в больших очках. Йоши Танака. Шпион, посол, проводник в мир недоступных снежных вершин Токио.

Йоши был моим счастливым билетом. Мне следовало поговорить именно с ним. Я взмахнул рукой, приглашая его в свой кабинет.

– Джейсон-сан, – сказал он, – привет.

– Йоши, предположим, у меня есть одна потрясающая идея, и я хочу поделиться ею с тобой, чтобы услышать твое мнение.

Он нахмурил брови. Я рассказал ему о бизнес-плане, который только что составил. Сколько дохода, по моему мнению, эта концепция может принести компании. Мы уже разработали технологию – это затраты прошлого периода, которые мы уже все равно понесли. В дополнительных исследованиях нет необходимости.

– Понимаешь, нам больше не нужно стыковать вместе маленькие панели, чтобы получить большую, – сказал я, – наш PictureScreen сделает сегодняшние диодные дисплеи устаревшими, как ламповые телевизоры. Потенциал для получения прибыли просто огромен!

Чем больше я говорил, тем убедительнее все звучало. Но потом я увидел, что Йоши смотрит на меня с непониманием. Он не понял ни слова из того, что я ему говорил. Пять минут я просто сотрясал воздух.

После обеда я спустился в отдел безопасности и в течение тридцати секунд прикладывал указательный палец к биометрическому сенсору, чтобы машина запомнила мои отпечатки. Вернувшись, зашел в кабинет Горди и сказал, что мне нужно несколько минут на то, чтобы рассказать ему об одной идее.

Я осознал, что, хочется мне того или нет, но придется поделиться своим открытием насчет электронных табло с Горди. Без его поддержки идея так и останется нереализованной идеей.

Он откинулся назад в своем кресле, сложил руки за спиной, приняв любимую самодовольную позу «давай-ка, удиви меня».

Я рассказал ему. Передал распечатку бизнес-плана.

– О, теперь ты решил заняться маркетингом, – сказал он, – ты не забыл, что работаешь в отделе продаж? Хочешь перебраться в Санта-Клару? Или в Токио?

– Мы имеем право подавать свои идеи.

– Не трать зря время.

Я был обескуражен:

– Почему это потеря времени?

– Поверь мне, эта идея так стара, что у нее выросла уже длинная борода. Ее уже обсуждали на последней встрече по планированию производства в Токио, и японские инженеры сказали, что ничего не получится.

– Почему?

– Недостаточно яркости или чего-то там еще, чтобы использовать на открытом воздухе.

– Я проверил технические спецификации PictureScreen – он такой же яркий, как диодный экран.

– И еще что-то с излучением.

– Никакого излучения нет. В этом-то и прелесть.

– Послушай, Джейсон. Забудь об этом, хорошо? Я не инженер. Но это не сработает.

– Вам не кажется, что стоит написать об этом в Токио?

– Джейсон, – терпеливо повторил Горди. Побарабанил пальцами по обложке бизнес-плана. – Я – эксперт по переменам. По контролю качества. Я специально изучал технологию внедрения инноваций в компании, понимаешь? Но я знаю, когда нужно сдаться, а тебе этому еще только предстоит научиться.

Я колебался. Почувствовал себя разбитым.