Никто не видел Мандей - Тиффани Д. Джексон

– Так… ты и с ней дружишь или как? – спросила Шеннон, дуя на ногти правой руки, чтобы лак скорее высох.

– На самом деле… нет. – Это не было ложью. Как и сказал Майкл, мы с Эйприл не были подругами.

– Хорошо. Потому что она шлюха. – Кит-Кат фыркнула.

– Потише, – со смехом произнесла Меган.

– А что? Я не сказала ничего такого, чего она не знала бы раньше. А если и не знала, пусть лучше услышит от нас. Правда?

Меган покачала головой и вздохнула.

– Она пытается сказать… ну, если тебя увидят с этой девкой, то подумают, что ты такая же. Типа как одного поля ягода.

– А тебе не понравится быть такой ягодой, – проворчала Кит-Кат.

Меган покачала головой.

– Полегче, Кит-Кат.

– Что? Шлюха есть шлюха. Я не собираюсь заворачивать это дерьмо в обертку от конфетки, чтобы ей было проще глотать!

– А мы все знаем, что глотать ты умеешь! – фыркнула Шеннон, показав ей язык.

Девушки засмеялись, и мой желудок сжался в комок. Мысли в голове наталкивались одна на другую. Правильно ли проводить время с девушками, которые говорят гадости о сестре лучшей подруги? Разве мне не следовало бы ее защитить? Ну, то есть что сделала бы Мандей, будь она здесь?

Но ее здесь не было.

Она вышла из нашего пузыря, бросила меня именно тогда, когда была нужна мне больше всего. Что, если папа был прав? Что, если она просто не захотела больше дружить со мной? Чего я добьюсь, защищая ее хамку-сестру?

Поэтому я последовала их примеру и нервно рассмеялась, притворившись, будто поняла их внутреннюю шутку – просто чтобы показать, будто принадлежу к тому же миру. Мне отчаянно не хватало принадлежности хоть к какой-нибудь компании.

Шеннон рассматривала свои ногти.

– Ничего себе… а у тебя отлично получается!

– Хочешь какой-нибудь дизайн на них?

– Серьезно? Черт, хочу!

Я достала свой дорожный набор для маникюра, который сунула в маленький карман своей сумки. Я всегда делала Мандей маникюр во время ночевок, так что мне показалось логичным взять его и сейчас. Все умолкли, глядя, как я делаю на каждом ногте золотистые точки при помощи специальной ручки.

– Вот, готово.

– Ух ты! – ахнула Шеннон. – Ого, как круто!

– Кто научил тебя так красить ногти? – спросила Пэрис, внимательно изучая одну руку Шеннон, пока Кит-Кат любовалась другой. – Лучше, чем в салоне.

– Я сама научилась. Это легко, если привыкнуть.

– О-о-о! Сделаешь теперь мне? – подскочила Кит-Кат.

– А потом мне, – сказала Меган.

Больше часа мы сплетничали о парнях, музыке и знаменитостях. Мы смеялись, пока газировка не пошла у нас носом. К тому времени я закончила красить всем ногти: для Меган сделала красные с черными точками, как божьи коровки; для Кит-Кат – розовые с серебристыми полосками, как на карамельной тросточке; для Пэрис – французский маникюр с кофейно-коричневой основой и черными кончиками.

Неожиданно на лестнице раздались быстрые шаги. Женщина, одетая во врачебную униформу, с коротким чернильно-черным каре – постаревшая копия Меган – пронеслась через гостиную.

– Девушки, я на смену. Утром чтобы на кухне было чисто, – сказала женщина, деловито роясь в потрепанной сумке.

– Да, мисс Форт, – в один голос отозвались девушки.

– И не играйте на моем… – Она наконец-то заметила меня и улыбнулась. – О! А кто эта прелестная девушка?

– Это Клодия с танцев, – улыбнулась Меган, вскидывая руку. – Смотри, как она накрасила мне ногти.

– Ну, здравствуй, Клодия с танцев. Приятно познакомиться, – поздоровалась женщина, изучая ногти Меган. – Очень красиво.

– Взаимно приятно, мэм.

– Боже, пожалуйста, не называй меня «мэм». От этого я кажусь себе старухой. – Она подмигнула мне, натягивая куртку. – Ладно, Мег, увидимся утром.

– О-о-о, мам! А ты можешь утром напечь нам блинчиков?

– Пожалуйста! – подхватили девушки, сидящие позади меня.

Женщина засмеялась.

– Посмотрю, что можно будет сделать, если я не очень устану. До свидания, девушки!

– Куда твоя мама идет? – шепотом спросила я.

– На ночную смену; она медсестра в Говардовской больнице, – объяснила Меган и помахала рукой в сторону двери. – Пока, мам!

– До свидания, мисс Форт! – в один голос произнесли девушки – словно хор колокольчиков.

– Хорошо вам повеселиться, – ответила та, закрывая за собой дверь.

В комнате наступила мертвая тишина, потом все вскочили и забегали.

– Ладно, у нас пятнадцать минут, – распорядилась Меган, упаковывая коробку из-под пиццы и стараясь не смазать лак на ногтях.

– На что? – спросила я.

Шеннон и Пэрис вылезли из джинсов и футболок, без стеснения оставшись в кружевных лифчиках с пушапом: у одной был красный, у другой – бирюзовый.

– Поверить не могу, что мне теперь подходит мамин лифчик, – обратилась Шеннон к Пэрис, обхватывая ладонями свою грудь. – С ума сойти, да?

Я отвернулась, чтобы не глазеть на них. Кит-Кат переоделась в короткий белый топик. В пупке у нее красовался пирсинг: серебряное колечко с подвеской-звездочкой с бриллиантом по центру.

– Я тебе говорила, что так и будет, – сказала Пэрис, облачаясь в черное платье с глубоким вырезом. – Но эти лифчики от «Викториаз сикрет» жутко дорогие, вот почему я покупаю только «Пинк»… О черт! Мег, можно у тебя помаду одолжить? Я свою забыла.

– Да, ты знаешь, где взять, – отозвалась та, влезая в облегающее платье на бретелях – бордового цвета в полосочку. Грудь Меган приподняла так, что она оказалась под самым вырезом.

– И принеси выпрямитель, – добавила Кит-Кат, улыбаясь в мою сторону. – Я хочу сделать ей прическу.

– Что… в чем дело? – спросила я у Мег.

– Мы не хотели говорить тебе заранее, потому что… просто хотели убедиться, что ты нормальная девчонка.

– Кит-Кат принесла кое-какие шмотки, чтобы одолжить тебе, у вас почти один размер, – добавила Пэрис.

Кит-Кат порылась в своем рюкзаке и протянула мне юбку и черный топик.

– Должно подойти.

– Я принесла выпрямитель, – сказала Пэрис, сбегая вниз по лестнице. Ее полные губы теперь были нежно-розового цвета.

– Быстрее, у нас осталось всего десять минут, потом приедет такси.

– Куда мы едем?

Меган плюхнулась на пол передо мной, широко улыбаясь, и достала свою косметичку.

– На тусовку.

* * *

Ветер резанул по моему голому животу, когда я вышла из такси перед двухэтажным кремово-кирпичным домом в Хайатсвилле^[24], недалеко от торгового центра «Принс-Джордж-каунти». Маршрут, по которому мы ехали, был мне знаком. Папа убил бы меня, если б узнал, что я шляюсь здесь без него.