Голубое Нигде - Джеффри Дивер

— Эми, иди сюда.

Женщина в ярко-красном костюме и с папкой с надписью «План урока», подошла к столу. Секретарь прошептала:

— Джойс и Дон Вингейты попали в аварию.

— Нет!

— Ужасно, — кивнула секретарь. — Это брат Дона, Ирв.

Они кивнули друг другу, и пораженная Эми спросила:

— Как они?

— Будут жить. По крайней мере, так пока говорят врачи. Но оба все еще без сознания. Брат сломал спину.

Он не дал слезам вырваться на волю.

Секретарь тоже промокнула глаза.

— Джойс так активно участвовала в жизни школы. Все любят ее. Что мы можем сделать?

— Пока не знаю, — покачал головой Ирв. — Я еще не совсем ясно соображаю.

— О да, да, конечно.

Эми добавила:

— Но все в школе будут к вашим услугам в любое время.

Эми позвала высокую женщину лет пятидесяти.

— О, миссис Нейглер!

Женщина в сером костюме подошла и взглянула на кивнувшего ей Ирва.

— Миссис Нейглер, — обратился он к ней. — Вы ведь директор здесь?

— Да.

— Я Ирв Вингейт, дядя Саманты. Мы встречались на весеннем концерте в прошлом году.

Она кивнула и пожала ему руку.

Вингейт пересказал историю об аварии.

— О Боже, нет! — прошептала миссис Нейглер. — Мне так жаль.

Ирв продолжил:

— Кэти, моя жена, она сейчас с ними. Я приехал за Самантой.

— Конечно.

Но сочувствие, однако, не дало миссис Нейглер забыть, что она жесткий руководитель, не собирающийся отходить от правил. Она наклонилась над клавиатурой компьютера и застучала по клавишам квадратными ненакрашенными ногтями. Прочитала с экрана и сказала:

— Вы входите в список родственников, которым допускается забирать Саманту.

Она нажала еще одну кнопку, и выскочила картинка — фотография с водительских прав Ирвинга Вингейта. Она взглянула на мужчину. Похожи как две капли воды. Потом проговорила:

— Но боюсь, нам следует проверить еще две вещи. Первое, не могу ли я взглянуть на ваши права?

— Конечно.

Он протянул карточку. Фотография походила и на его внешность, и на картинку на компьютере.

— И еще кое-что. Простите. Вы же знаете, ваш брат очень заботился о безопасности.

— О да, — ответил Вингейт. — Пароль. — И прошептал ей: — Шеп.

Миссис Нейглер кивнула в подтверждение. Ирв взглянул в окно на жидкий солнечный свет, льющийся на заросли самшита.

— Первый эрдельтерьер Дональда, Шеп. Нам подарили его, когда брату исполнилось двенадцать. Замечательная была собака. Знаете, он до сих пор таких заводит.

Миссис Нейглер печально кивнула:

— Знаю. Мы иногда обмениваемся фотографиями своих собак. У меня два веймарца.

Ее голос сошел на нет, директор отбросила горестные мысли. Позвонила, поговорила с учительницей девочки и попросила привести ученицу в главную приемную.

Ирв сказал:

— Не говорите ничего Сэмми, пожалуйста. Я сообщу ей новости по дороге.

— Конечно.

— Мы остановимся позавтракать. Ей очень нравится «Эгг Макмаффин».

Эми задохнулась при этом тривиальном замечании.

— Именно там она ела в путешествии с классом в Йосемит…

Она закрыла глаза и несколько минут беззвучно плакала. Азиатка — предположительно учительница девочки — привела худощавую, рыжеволосую девочку в офис. Миссис Нейглер улыбнулась и сказала:

— Здесь твой дядя Ирвинг.

— Ирв, — поправил он. — Она зовет меня дядя Ирв. Привет, Сэмми.

— Ух ты, ты так быстро отрастил усы.

Вингейт рассмеялся.

— Твоя тетя Кэти сказала, что так я выгляжу более представительно.

Он нагнулся.

— Послушай, твои мама с папой решили, что ты можешь устроить себе небольшие каникулы. Мы проведем день вместе с ними в Напе.

— Они поехали на виноградники?

— Да.

Веснушчатое лицо девчонки сморщилось в недоумении.

— Папа сказал, они не могут туда поехать до следующей недели. Из-за маляров.

— Они передумали. И ты поедешь туда вместе со мной.

— Здорово!

Учительница повернулась к Саманте:

— Теперь иди, собери свою сумку с книгами, ладно?

Девочка убежала, и миссис Нейглер рассказала учительнице, что произошло.

— О нет! — прошептала женщина.

Через пару минут появилась Саманта, с плеча свешивалась тяжелая сумка с книгами. Они с дядей Ирвом двинулись к двери. Секретарь прошептала миссис Нейглер:

— Слава Богу, теперь она в надежных руках.

И наверное, Ирв Вингейт услышал ее, потому что обернулся и кивнул. Однако секретарь подметила, его улыбка, немного натянутая, выражала какое-то жуткое злорадство. Но женщина решила, что ошиблась, и отнесла выражение лица дяди Саманты на счет ужасного стресса, который он переживал.

* * *

— Проснись и пой, — прозвучал резкий голос.

Джилет открыл глаза и взглянул на Фрэнка Бишопа, выбритого и умытого, рассеянно заправляющего непокорную рубашку в штаны.

— Восемь тридцать, — объявил Бишоп. — В тюрьме позволяют спать допоздна?

— Я уснул в четыре утра, — заворчал хакер. — Не мог устроиться. Но это и неудивительно, не так ли?

Он кивнул на большой железный стул, к которому его пристегнул наручниками Бишоп.

— Твоя идея: стул и наручники.

— Я не думал, что ты воспримешь все в прямом смысле слова.

— А в каком еще смысле? — спросил Бишоп. — Или приковывать наручниками к стулу, или нет.

Детектив отстегнул Джилета, хакер встал на затекшие ноги, потирая кисть. Пошел на кухню, взял кофе и вчерашний рогалик.

— Может, у вас тут когда-нибудь появляются воздушные тартинки? — поинтересовался Джилет, вернувшись в основной офис ОРКП.

— Не знаю, — ответил Бишоп. — Здесь не мое управление, забыл? В любом случае я не слишком уважаю сладости. На завтрак должна быть яичница с беконом. Понимаешь, здоровая пища.

Он отхлебнул кофе.

— Я наблюдал за тобой, пока ты спал.

Джилет не знал, как реагировать на подобное замечание. Он поднял бровь.

— Ты печатал во сне.

— Теперь говорят «набирал», а не «печатал».