Подснежник - Джейк Арнотт

– Ты случайно не знаешь, куда он мог отправиться?

– Он упомянул, что собирается на вечеринку за город. Ну знаешь – большой особняк, состоятельные люди…

– Куда именно?

– Я не знаю… Не помню. Странное название. Харя… Кот…

Джо начинает заговариваться. Я узнаю симптомы – это «колеса». Гарри терпеливо ждет, пока Джо прочухается.

– И ты больше его не видел? – повторяет он.

– Нет. Клянусь! И я ничего о нем не знал. Пока в газетах не появилось… Это настоящий кошмар, Гарри! Как ты думаешь, может, это они до него добрались?

– Кто?

– Сам знаешь. Они.

Гарри встает и с сожалением глядит на Джо.

– Я не знаю. Но мы постараемся узнать.

Он бросает на меня многозначительный взгляд. Пора уходить.

– Я знаю, кто может знать… – внезапно говорит Джо.

Гарри сразу настораживается.

– Кто?

– Бадди Холли. – Джо вскакивает с дивана и принимается расхаживать по комнате. – Нужно срочно позвонить Бадди, – говорит он, снова возбуждаясь. – Он-то точно знает!

Гарри незаметно кивает мне. Мы поворачиваемся к двери, а Джо все так же бормочет себе под нос под звуки своей космической симфонии.

– Это… это просто кошмар! – говорит он, когда мы выходим.

Внизу мы садимся в машину.

– Он болен, Джек, – говорит мне Гарри, хотя мне ничего не нужно объяснять. – Мы побеседуем с ним еще раз, когда он будет… не в таком ужасном состоянии. Джо нужна помощь. Я знаю одного психоаналитика. Не исключено даже… – Тут Гарри задумчиво замолкает.

«Не исключено, – думаю я, – что Джо могли бы помочь какие-то из твоих таблеток для психов. Таблеток, которые я видел в аптечке в твоей ванной комнате». Но я молчу. Гарри очень щепетилен на сей счет. Но Джо, по-моему, просто необходимо что-то сильнодействующее. Что-то, что вывело бы его из его нынешнего состояния. «Колеса», да еще в больших количествах, – это чистый яд. И в конце концов они до тебя добираются.

Спустя неделю я везу Бердсли в своем «зодиаке». Мы едем в аэропорт. Нужно убедиться, что с деньгами не будет никаких заминок. Для конспирации Бердсли вырядился отдыхающим. Если бы он был в своем обычном костюме юного хулигана, это могло бы привлечь внимание. Во всяком случае, полицейских из спецотряда по охране аэропорта Хитроу он мог бы напугать до полусмерти одним своим видом, а нам очень хотелось этого избежать. Именно поэтому сегодня Бердсли нахлобучил шляпу-«пирог» из соломки и темные очки. На нем по-прежнему брюки «Ста-пресс», но вместо окованных железом башмаков – мягкие туфли, а также бутылочно-зеленая рубашка «Фред Перри» и куртка-ветровка. Небольшая сумка с затягивающейся горловиной выглядит одновременно и как ручная кладь, и как мешок для воровской добычи.

Деньги Бердсли забирает в сувенирном магазинчике в зале прилета. Дерек входит первым и прячет сверток на стеллаже, где выставлены в ряд куклы в национальных костюмах, каждая из которых заключена в прозрачный пластиковый футляр-цилиндр. Затем наступает черед Бердсли, который незаметно перекладывает деньги в свою котомку. Чтобы избежать подозрений, он выбирает одну куклу-сувенир и оплачивает ее в кассе. Элементарно.

Сопровождаемые жестяными щелчками прилетного табло, мы выходим на автостоянку. Бердсли на ходу размахивает куклой, держа пластиковый цилиндр за специальный шнурок.

– Что ты собираешься делать с этой штукой? – спрашиваю я. – Выбросишь?

Бердсли слегка приподнимает игрушку и внимательно рассматривает. Кукла одета в голландский национальный костюм. Бердсли ухмыляется.

– Не-а. Отдам младшей сеструхе.

Остается еще парковка. На шлагбауме мы предъявляем парковочную квитанцию. Дежурный в будке передает нам толстый конверт, и мы уезжаем. Что может быть проще?

Деньги мы отвозим Гарри и тут же получаем свою долю. Все идет как по маслу, но Гарри задумчив, почти мрачен. Несомненно, он с головой погрузился в это свое второе дело. Я боюсь, как бы на него не «нашло». Меньше всего мне хочется, чтобы это случилось именно сейчас, когда все наладилось и мы получаем очень неплохие деньги, не прикладывая к этому никаких усилий. Но поскольку поделать здесь все равно ничего нельзя, мы оставляем Гарри наедине с его заботами.

Я соглашаюсь подвезти Бердсли.

На обратном пути через город Бердсли рассуждает о нашем собственном маленьком предприятии. О наркотиках. О «колесах» и тому подобном. Он считает, что негоже бросать это дело, поскольку аэропортовский бизнес еще может развалиться. У Бердсли, впрочем, проблемы с поставками. Кое-кто хочет иметь свою долю буквально со всего. Большая Двойка, жлобы несчастные… Это обстоятельство несколько портит общую картину, но мы с Бердсли не слишком расстраиваемся. Нам пока везет, и это добавляет нам куража. Поэтому мы решаем в самое ближайшее время нанести визит нашему поставщику Марта.

– Но сначала мне нужно побывать дома и кое-что забрать, – говорю я Бердсли.

Мы заезжаем ко мне, поднимаемся в квартиру, и я принимаюсь рыться в горах мусора, до которого у меня еще не дошли руки.

– Господи, Джек! – не удерживается Бердсли. – Как ты только живешь в этом хлеву?

– Пусть тебя это не беспокоит, – откликаюсь я. – Иди лучше сюда, я хочу кое-что тебе показать.

Я веду его в спальню, лезу в дымоход и достаю «пушку». Развертываю тряпицу и подношу оружие к самому его лицу. Бердсли негромко ахает от восхищения.

– Гляди, сынок. Настоящий кольт сорок пятого калибра.

Я кручу барабан. Фиксатор тихонько щелкает: щелк-щелк-щелк.

– Вот это я понимаю! С помощью этой штуки можно отстрелить человеку голову напрочь!

От волнения Бердсли раскраснелся, как мальчишка. Я вкладываю в барабан патроны и протягиваю револьвер ему.

– На, – говорю, – пальни. Голову даю на отсечение, тебе до смерти хочется во что-нибудь пальнуть.

Бердсли благоговейно взвешивает оружие в руке.

– Вот хотя бы вот сюда, в трубу.

Бердсли судорожно стискивает рукоятку, прищуривается и скрипит зубами.

– Рука должна быть прямая. И нажимай на спусковой крючок, а не дергай за него.

Б-БАХ!.. Комната наполняется грохотом. В воздухе плывут облачка сизого порохового дыма и клубы пыли от раздробленной штукатурки. Отдача заставляет Бердсли попятиться на пару шагов, и он нервно хихикает.

– Мощная штука, правда, сынок?

Я забираю у него револьвер и ставлю на предохранитель. Сую оружие за пояс и оправляю куртку.

– Порядок, – говорю я. – Вот теперь можно навестить и нашего друга Марти.

Марти вовсе не рад нас видеть. Я понимаю это, как только он открывает дверь. Он, впрочем, тотчас принимается глупо улыбаться, пытаясь убедить меня в обратном.