Кресты у дороги - Джеффри Дивер

Вот было время, когда в доме жила полная семья. Дэнс глянула на свадебное фото. Билл Свенсон, преждевременно обзаведшийся сединой, стройный и улыбчивый, смотрит в камеру и обнимает супругу.

Покончив с делами на кухне, Дэнс отправилась в свою берлогу. Вышла в сеть и е-мейлом доложила Оверби о перебранке Чилтона с Брубейкером. Разговаривать с шефом по телефону настроения не было никакого.

Затем Дэнс просмотрела присланный Боулингом список из семнадцати пользователей, поддержавших в свое время Чилтона.

Семнадцать. Ну, могло быть и больше.

Следующий час агент потратила на поиск телефонных номеров пользователей, которые жили в радиусе сотни миль от округа. Предупреждая их о возможной опасности, Дэнс выслушивала критику — порой жесткую — в адрес КБР: мол, почему до сих пор не поймали Тревиса Бригэма?!

Обзвонив всех, она зашла на страничку Чилтона: http://www.thechiltonreport.com. Просмотрела все ветки: почти везде появились новые комментарии. Самые последние — в теме о преподобном Фиске и опреснительном заводе — звучали до жути серьезно и гневно. Однако по накалу страстей первое место удерживала тема крестов: пользователи ломали копья, не забывая и о Тревисе Бригэме.

Одни писали из любопытства, спрашивали, другие откровенно угрожали… Чутье говорило, что если покопаться в комментариях, то можно выяснить, где прячется Тревис, или даже выявить следующую жертву. Может, Тревис комментирует блог? Анонимно, под ложным ником? Дэнс еще раз внимательно просмотрела комментарии, но подсказки — если таковые имелись — от нее ускользнули. Кэтрин Дэнс, мастерски анализирующая устное слово, решительно не могла сделать вывод по «немым» крикам и бормотаниям в сети.

Ладно, шут с этим блогом.

Прибыл е-мейл от Майкла О’Нила: как ни печально, слушание о неподсудности Джона Доу перенесено на пятницу. Обвинитель, Эрни Сейболд, считает, что судья слишком уж охотно согласился с требованием защиты. Дэнс поморщилась. Почему, кстати, О’Нил не хочет сообщить новость по телефону? Он не сказал, придет ли с детьми на ужин.

Дэнс отправилась накрывать на стол. Готовит она неважно, зато знает, в каких магазинах продают лучшие готовые блюда. Ужин удастся на славу.

Из комнаты Уэса долетали приглушенные звуки видеоигры, Мэгги в своей комнате играла на синтезаторе. Дэнс посмотрела в окно на задний двор и вспомнила лицо матери — вчера, когда Дэнс умчалась из здания суда.

«За маму не бойся — она поймет…»

«Нет, не поймет. Ни за что не поймет».

Порхая над контейнерами с грудинкой, зелеными бобами, салатом «Цезарь», лососиной и картофелем двойной обжарки, Дэнс вспомнила, как три недели назад на этой самой кухне Иди сообщила трагическую весть о Хуане Милларе. Все еще переживая боль обожженного офицера, мать передала его слова: «Убейте меня…».

Звонок в дверь вырвал агента из тревожных воспоминаний.

Сразу стало ясно, кто прибыл: почти все друзья и родственники без стука проходят в кухню через заднюю дверь. Дэнс открыла Джону Боулингу: на лице у профессора была привычная улыбка, а в руках — пакетик с покупками и большой портфель с ноутбуком. Боулинг переоделся в черные джинсы и темную рубашку в полосочку.

— Здравствуйте.

Кивнув, Боулинг проследовал за хозяйкой на кухню.

Подбежали собаки, и профессор присел погладить их.

— Так, ладно, пошли отсюда! — скомандовала Дэнс. Она выманила питомцев на задний двор, бросив им по молочной печенюшке.

Утерев облизанное собаками лицо, Боулинг рассмеялся.

— Я, — полез он в пакетик, — решил принести в дар хозяйке сахар.

— Сахар?

— Двух разновидностей: сброженный… — Профессор извлек из пакетика бутылку белого вина.

— Мило.

— …И печеный. — Боулинг достал пачку печенья. — Когда ваша помощница пыталась подкормить меня, вы на них так смотрели…

— Заметили! — рассмеялась Дэнс. — Из вас получился бы хороший специалист по кинесике. В следующий раз буду аккуратнее.

Глаза у профессора заблестели.

— Хочу вам кое-что показать. Где у вас можно приземлиться?

Дэнс провела Боулинга в гостиную, где тот присел на диван и вытащил из портфеля большой ноутбук неизвестной марки.

— У Ирва наконец получилось, — сообщил профессор.

— Кто такой Ирв?

— Ирвинг Уэплер, тот самый товарищ, мой аспирант, о котором я рассказывал.

Значит, не Бэмби и не Тифф.

— Тут у меня содержимое ноутбука Тревиса.

Боулинг застучал по клавиатуре. Экран ожил моментально. Дэнс еще ни разу не видела таких быстрых компьютеров.

В этот момент Мэгги взяла фальшивую ноту.

— Простите, — поморщилась Дэнс.

— До-диез, — не отрываясь от монитора, сказал Боулинг.

— Вы музыкант? — поразилась агент.

— Нет, просто слух идеальный. Бесполезный талант; не знаю, куда с ним податься. К музыке способностей никаких. Не то что у вас.

— У меня? — Про хобби Дэнс вроде бы не рассказывала.

Боулинг пожал плечами.

— От нечего делать решил потрясти «гугл». Вот уж не думал, что ссылок на вас как на «ловца песен» окажется больше, чем на «копа»… э… я назвал вас копом. Ничего?

— Ну, термин вполне политкорректный.

Дэнс рассказала о незадавшейся карьере фолк-певицы и музыкальной отдушине, веб-сайте «Мелодии Америки». Название, объяснила Дэнс, навеяно гимном кантри 1970-х Пола Саймона. Веб-сайт для Дэнс — как спасательный круг, потому что порой по долгу службы приходится погружаться в такую тьму… Ничто не отвлекает от нее, возвращая к свету, так быстро и верно, как музыка.

Хоть «гугл» и определяет Дэнс как «ловца песен», она, по сути, «фольклорист». Алан Ломакс — настоящий монстр фольклоризма — в середине двадцатого века исколесил всю Америку, собирая традиционную музыку для Библиотеки конгресса. Дэнс, пока могла, тоже ездила по стране, собирая образцы блюзов и блюграс, хотя куда ей до Ломакса. Сегодня же доморощенная американская музыка — это музыка африканская, афро-поп, музыка каджунов, латиносов, карибские мелодии, мелодии Новой Шотландии, восточно-индийские и азиатские.

Веб-сайт «Мелодии Америки» помогал исполнителям защитить авторские права: посетители за плату скачивали треки, и деньги передавались авторам.

Боулинга рассказ захватил. Порой — раз или два в месяц — его обуревало настоящее безумие, и он скачивал из сети все подряд. Одно время он серьезно увлекался альпинизмом, правда, потом завязал.

— Гравитацию не переспоришь. — Кивнув в сторону комнаты, из которой доносились звуки музыки, он спросил: — Сын или дочь?

— Дочь. Мой сын знаком со струнами только благодаря теннисной ракетке.