Джихад по-русски - Лев Пучков

Экран ожил. Лезвие пришло в движение. Плечи солдата дернулись в страшном рывке, ребристая подошва крепче вдавила голову в снег, тугой струёй ударила черная кровь, жирными каплями брызнув на объектив…

Ирина прохрипела «Мама!!!» и потеряла сознание…

— Ты сама виновата, — назидательно произнес Ибрагим, приведя в чувство несчастную женщину. — Тебе же сказали — веди себя хорошо, ничего не делай…

— Что вам нужно? — глухо спросила Ирина.

— Теперь условия изменились, — Ибрагим печально вздохнул. — Надо было просто сразу соглашаться, и все было бы нормально. А теперь этим людям платить надо. Они много берут.

— Сто тысяч? — несколько оживилась Ирина. — За того мужика они просили сто тысяч. Прямо сейчас выписываю чек, едем, обналичиваем…

— Сто тысяч! — презрительно скривился Ибрагим. — Они, прежде чем браться за дело, наводят справки о клиенте. Все знают. У того мужика все имущество и бабки его — как раз сто тысяч. Нет, тут так не будет.

— Сколько? Дадим, сколько просят, лишь бы побыстрее. Давай…

— Давать ничего не надо, — оборвал ее Ибрагим. — Слушай внимательно. Фиктивный брак со мной. Есть?

— Да-да, конечно…

— Дальше. Контрольный пакет и эти… э-э-э… корпоративные права — все на меня. Есть?

— Ты сразу говори все, я скажу — да, — покорно кивнула Ирина. — Давай не будем тратить время.

— Саша все на тебя переписал… Все твое имущество:

Квартира, дача, три машины, дом в Ялте, дача в Кисловодске — все перепишешь на меня. Все твои счета переоформишь на меня… Есть?

— Ты нас пускаешь по миру, — с каменным безразличием к судьбе своего состояния заметила Ирина. — Ничего не оставляешь?

— Родители у тебя не бедные, — пожал плечами Ибрагим. — У них огромная квартира — пять комнат на двоих, прокормят тебя с сыном. И Саша не дурак — выйдет с кичи, заработает. А хочешь — брак будет не фиктивный. Любить тебя буду, как королева будешь жить. Зачем тебе этот оболтус? Он же тебя предал!

— Хорошо, я на все согласна… Давай все сделаем сегодня, я тебя очень прошу, — тут в голову Ирины пришла абсурдная некоторое время назад идея, в настоящий момент весьма гармонично вписывающаяся в безысходность ситуации, — она сползла с кресла на пол и, на четвереньках приблизившись к Ибрагиму, обхватила его колени, взмолилась:

— Я знаю — я тебе всегда очень нравилась. Ты всегда меня хотел — я же видела… Хочешь, я буду принадлежать тебе в любое время, когда захочешь?! Ты только сделай все побыстрее, я тебя очень прошу! Хочешь — возьми меня прямо сейчас!

— Не надо мне таких одолжений, — смутился Ибрагим, отстраняя женщину. — Все у нас будет в свое время, не спеши. Это все будет… будет как минимум месяц, раньше не получится. Надо подождать, пока все утрясется со следствием. Развод — брак — оформление, вступление в права — и то придется всем подряд на лапу давать, чтобы сроки скосили…

— Я не переживу — месяц, — плаксиво скривив рот в некрасивой гримасе, прошептала Ирина. — Господи — целый месяц! Мой мальчик там, у этих… этих…

— Да не переживай ты так! — воскликнул Ибрагим, беря Ирину под руки и силком усаживая в кресло. — С Сергеем будет все нормально, я тебе отвечаю. Они так делают, только если клиент себя плохо ведет. Я тебе аллахом клянусь — будешь умницей, ни один волос с его головы не упадет. Его будут держать отдельно, в хорошем доме, с утра до вечера будет видяшник смотреть, шашлыки кушать, фрукты… Вот увидишь, он поправится, когда через месяц вернется. Я тебе отвечаю!

— Точно? — с какой-то идиотской надеждой переспросила Ирина. — Ты обещаешь?

— Ну, конечно, я же сказал! — сверкнув глазами, воскликнул Ибрагим. — Слово мужчины — закон. Ты лучше послушай, что надо делать.

— Слушаю, — с готовностью выдохнула Ирина, вытирая слезы. — Я все сделаю…

…На следующий день позвонил отец.

— Петров просил тебя заехать, — сообщил он. — Прямо сейчас езжай, он все время на даче.

— Что-нибудь… есть? — с затаенной надеждой спросила Ирина. Петров — давний друг отца, генерал КГБ в отставке, папаня того самого оболтуса Васи Петрова, начальника СБ «Иры». Некогда один из сильных мира сего.

Правда, более десяти лет на пенсии — на даче цветы разводит, и тем не менее…

— Ничего нету, — не стал обнадеживать отец. — Но человек бывалый, знает много. Может, чего присоветует. Ты съезди, все равно бездельничаешь…

— Влипли вы — по самую маковку, — резюмировал генерал, выслушав сбивчивый рассказ Ирины и виновато отводя взгляд. Это он — один из резервных номеров, по его просьбе был организован тщательный досмотр фур, который так и не дал результата.

— Надо было не выкобениваться, сразу идти под «Концерн», когда предлагали. Теперь сожрут и косточек не выплюнут. Ты даже не представляешь себе, какие большие люди завязаны на этом бензиновом деле!

— Чего уж теперь, — уныло сказала Ирина. — Посоветуй чего-нибудь, дядь Коль. Ей-богу, с ума сойду…

— Конечно, посоветую — не без этого, — обнадежил генерал. — Значит, в школе сказала, что на месяц в Англию отправляешь. Так?

— Он сказал — сделать так, — пожала плечами Ирина. — Я все делаю, как он сказал. В Англию, к другу по Интернету. Мы можем себе позволить…

— Можете, можете, — недовольно пробурчал Петров. — Заявление на развод подала?

— Подала. Теперь нужно ждать, когда слушание будет. Лева сказал, что можно быстрее оформить, дать кому следует — и без суда…

— Да не суетись, не загромождай деталями! — нахмурился генерал. — Ты по сути, по сути… Пару недель у тебя есть?

— У меня больше есть. Там все сделают без меня, надо будет только сроки выдержать да подписи поставить. Господи, побыстрее бы! С ума сойду…

— Не надо с ума — так ходи, — разрешил генерал и вдруг поинтересовался:

— Он тебя трахнул?

— Ты что, дядь Коль, что за вопрос? — покраснела Ирина. — Тебя это касается?!

— Отвечать! — рявкнул старик, ахнув кулаком по столу — пепельница подпрыгнула. — По существу!

— Нет… нет-нет, ничего такого не было, — нервно прошептала Ирина, съеживаясь под пристальным взглядом сурового собеседника. — Хотя в тот момент я была готова на все, что угодно, лишь бы…

— Значит, какое-то подобие совести у этого козла все же имеется, — удовлетворенно буркнул генерал и доверительно подмигнул:

— Дрянь ваше дело. Стирать вас будут. Всем семейством. Как бы родителей еще не прихватили.

— Что ты имеешь в виду? — вскинулась Ирина. — Что значит — «стирать»?

— Вы все — нежелательные носители закрытой информации, — простенько объяснил генерал, не вдаваясь в подробности. — Когда такой кусок хапают, всех ненужных обычно стирают. Не хочу тебя пугать — очень может быть, что в вашем случае будет исключение. Очень хотелось бы… Но давай лучше уповать на стандартную схему — стандарты-то чаще происходят. Ингуш обещал тебя любить, жениться по-настоящему… а трахать не стал. Странно это — судя по тому, как ты его описала. Он же от тебя балдеет! По логике событий он должен был тебя прижать к груди, успокоить, осыпать поцелуями и тут же вдуть по самые помидоры. И с остервенением драть прямо на ковре, изнемогая от страсти. Сбылась мечта идиота! А ведь не стал… Значит — что?