Отель - Олег Андреев

С 3 до 4 часов дня

Пришлось включить печку, но до отделения милиции Чарли доехала уже сухой.

Чарли знала два стиля поведения в милиции. Первый – русский. Это просто – привет, козлы, ну чего вы тут наваляли? Вань, сгоняй за виски. Сейчас мы все наши проблемы в градусах утопим.

Второй – американский. Добрый день, прошу вызвать консула, адвоката, предоставить моим подопечным переводчика, нормальные условия проживания и отменное питание. Вы не согласны – я обращусь в гаагский Международный суд.

Чарли были доступны оба стиля, более того, она оба уже испробовала. И надо сказать, что первый действовал куда эффективнее второго.

Однако – противно было. Поэтому Чарли изобрела свой стиль. И назвала его – «Союз» – «Аполлон». Некий гибрид американского и русского.

– Добрый день, будьте любезны, мне бы полковника Сычева.

– А че надо?

– Если ты поднимешь свою задницу от табурета, он тебе объяснит… Господин Сычев, рада вас снова видеть.

– А, заходи, заходи, Чарли. Быстро ты прискакала.

– Дела, дела…

– Все ты в делах, надо же когда-то и отдохнуть.

– Это на том свете.

– Тьфу, типун тебе на язык.

– И что там натворили эти янки?

– Да вот подрались. В номере твоем бардак устроили, мебель поломали.

– Вот придурки. Ну да ладно, простим их на первый раз. А, полковник?

– Это… как его… Тут проблема. Они, понимаешь, телегу накатали на чеченов твоих. Надо разобраться. Кто там виноват – черт поймет.

– И надолго это разбирательство?

– По закону – три дня имею право держать.

– Три дня? Прошлый раз было – сутки.

– Так то прошлый.

– Ну если оптом – по пятьдесят долларов сутки, идет?

– Это… как его… Тут не так просто. Чечены тоже телегу накатали. Мол, напали эти на них, избивали цинично, издевались и оскорбляли национальное достоинство.

– Покажи.

– Не положено. Материалы следствия.

– Хорошо. Семьдесят долларов сутки. Идет?

– Это… как его… Ты не торопись. Ваш Карченко сказал, что предоставит список убытков, а вот с кого их стребовать?

– Сто.

– Это… как его…

– Слушай меня, полкан, больше ста я не дам, как ты ни вертись. Если мало, я тебе добавлю. Кассетка, где ты в нашем баре долларами швыряешься и девочек поливаешь вином, у нас хранится, помнишь? Я почему тебе вообще бабки предлагала? Из уважения. Но ты не стоишь уважения. Поэтому я тебе вообще ничего не заплачу. Гуд-бай.

– Да постой ты! Сразу – гуд-бай. Я тебе просто проблему очертил.

– Где они?

– Они отдельно у меня содержатся.

– Ну и веди их сюда. Только быстро – у меня времени в обрез.

Сычев выскочил из кабинета.

Чарли вынула сто долларов и положила ему в палку на столе.

Через минуту Пэт и Рэт стояли перед ней, глядя побитыми щенками.

– Там твоим детишкам на игрушки, – небрежно кинула полковнику Чарли.

– Спасибо, спасибо, мисс Пайпс. С тобой приятно иметь дело.

– С тобой тоже.

Чарли шагнула к выходу, но дверь распахнулась сама – на пороге стоял Шакир.

Увидев Чарли, он на секунду замер, а потом – это было для Пайпс шоком – отступил в сторону, пропуская ее.

Это увидел и Сычев.

Когда Чарли уже торопилась по коридору к выходу, она слышала, как полковник орал в своем кабинете:

– Понаехали тут, черножопые, свои порядки устраиваете?! Ни хрена! Отсидят твои джигиты, как положено. Телега на них имеется. И нечего мне тут деньгами перед носом махать. За взятку должностному лицу отдельно ответишь!…

Чарли даже приостановилась.

Нет, что-то случилось.

Сычев тоже больше не боялся чеченцев…

Выручив контролеров, Пайпс оставила их до обеда, взяв торжественное обещание, что к шести они будут в своем номере.

Благодарные Пэт и Рэт чуть ли не руки ей целовали, но она посоветовала им сначала хорошенько вымыться или, еще лучше, попариться в бане.

– А зачем?

– Вам там не встречались такие маленькие насекомые, пахнущие бренди?

– Да. Нам про них теперь все известно.

– А вот мне они не нужны.

Пэт и Рэт решили, что бани с них сегодня достаточно. Обойдутся и простым душем. Впрочем, одежду они тут же сдали в прачечную, а сами надраивались на совесть.