Что ты натворил - Мэттью Фаррелл

Лиам сгорбился за кухонным столом и рассеянно водил ложкой по краям миски с хлопьями. По маленькому телевизору на столешнице рядом с плитой повторяли лучшие моменты вчерашней игры «Филлис».

— Сегодня твой первый день в старшей школе. Тебе лучше вытащить голову из задницы и доесть эти хлопья, чтобы не упасть в голодный обморок на втором уроке.

Лиам уронил ложку и обернулся. На лице моментально появилась улыбка, а глаза загорелись.

— Шон! Что ты здесь делаешь? У тебя же занятия.

Шон закрыл за собой входную дверь, пересек прихожую и вошел в кухню. Он обнял младшего брата, взъерошил его волосы и сел рядом.

— Не переживай за мои занятия, — сказал он. — Сегодня у моего брата первый день в старшей школе. Это важный момент. Ни за что его не пропущу.

Лиама охватило облегчение. Его плечи расслабились, а лоб разгладился. Он съел ложку хлопьев, потом еще одну.

— Как дела? — спросил Шон.

— Без тебя непривычно. Даже после двух лет. Просто непривычно.

— Ты же знаешь, что стоит только позвонить. Темпл всего лишь на северном конце города. Не так уж далеко.

— Знаю. Просто без тебя пусто.

Шон кивнул и оглядел кухню. В раковине лежала грязная посуда.

— Как бабушка с дедушкой?

— Хорошо. Бабушка еще спит. Вчера вечером она плохо себя чувствовала. Дедушка пошел к парикмахеру. Я скажу им, что ты заходил.

— Да, скажи. — Шон встал и подошел к раковине. Включил воду, взял губку и принялся мыть посуду. — Так ты нервничаешь по поводу сегодняшнего дня?

— А то.

— Я понял. Из-за чего нервничаешь? Ты будешь учиться с теми же детьми, которые ходили с тобой в среднюю школу. В коридорах будут все те же дети из нашего района. Ничего особенного.

Лиам отнес свою миску к раковине.

— Тебе легко говорить. Ты был популярным. У тебя была куча друзей.

— У тебя тоже.

— У меня горстка друзей, и я не популярный. Люди не знают меня так, как знали тебя. И если они знают меня, то это благодаря тебе.

— Это все еще не отвечает на мой вопрос, из-за чего ты нервничаешь.

Лиам прислонился к столешнице.

— Просто это… старшая школа. Что, если я не найду свой шкафчик? Или не смогу его открыть? Что, если я не найду свой класс или опоздаю, потому что потерялся? Что, если я войду не в тот класс? Это будет катастрофа.

Шон не удержался от смеха. Он поставил чистые тарелки в пластиковую сушилку на столешнице и насухо вытер раковину.

— Слушай, не стану врать. Подобное может произойти, но со стопроцентной уверенностью могу сказать, что всех остальных девятиклассников беспокоит то же самое. С тобой все будет в порядке. Какая вообще проблема в том, что ты потеряешься или не сможешь открыть шкафчик? К следующей неделе ты станешь профи.

— Надеюсь, ты прав.

— Я сам прожил эти четыре года. Я определенно прав. Верь мне.

Лиам обошел кухонный стол и взял свой рюкзак. Дойдя до коридора, он остановился.

— Не хочешь пройтись со мной до школы? — спросил он. — Я имею в виду, за компанию.

Шон сложил полотенце и повесил его на край раковины.

— А зачем, по-твоему, я здесь?

— Серьезно?

— Серьезно.

Без лишних слов братья вышли из дома бабушки с дедушкой на улицу, старший вел младшего, положив руку на плечо Лиама для дополнительной поддержки. Его скала. Его все.

* * *

Вечер тянулся бесконечно. Шон сидел на краю кровати, ожидая, пока за ним заедет Дон. Почти пора. Тело оцепенело, пока воспоминания о брате и их детстве просачивались в разум, который начали одолевать сомнения. Он задумался, пройдена ли точка невозврата. Может быть, еще не поздно изменить курс действий? Он может сдаться, спасти брата и покончить с этим безумием. Но реальность быстро прогнала подобные мысли: все идет как должно. И так было всегда. Теперь пути назад нет. И сегодняшняя ночь вернет все на свои места.

Рядом, завернувшись в простыни, лежала Ванесса. На лице и груди блестели капельки пота. Она выглядела удовлетворенной. Спокойной. Дрожащими руками Шон потянулся к пузырьку «Ксанакса» рядом с телефоном на тумбочке.

— Я смогу, — шептал он себе, закидывая в рот две таблетки и запивая их водой из стакана. — Я смогу.

Это было странное ощущение. Шон чувствовал, как его перегруженный и уставший разум разрушается. Он понимал, что события выходят из-под контроля, но не знал, как это остановить. Проститутки. Керри. Рокко. А теперь…