Последний шанс - Федерико Аксат

Лора увела девочек, пообещав, что перед уходом они еще попрощаются с папой. И только тогда вошла Холли. Она избегала встречаться с Тедом взглядом. Волосы она коротко подстригла, и они были темнее, чем обычно.

– Холли, Холли! – Тед все еще сидел на диване. Видя, что жена остановилась, он встал и подошел к столу.

– Здравствуй, Тед. Рада, что с тобой все хорошо. – Холли слабо улыбнулась и села на стул, осторожно положив на стол перед собой сумочку.

– Ты говорила с доктором Хилл? – Тед сел так, что между ними остался пустой стул.

– Да, несколько раз за эти месяцы. И сегодня тоже. Она сказала, что в последнее время тебе стало намного лучше.

– Это правда. Еще несколько недель назад… Я плохо помню те дни… Я был не в себе. Но с помощью доктора Хилл начинаю кое-что вспоминать.

Холли кивнула.

– Она надеется, если мы с тобой поговорим, возможно, это тебе поможет. – Холли потерла лоб. – Не хочу выглядеть жертвой, но, честно говоря, мне пришлось нелегко. Девочки постоянно спрашивали о тебе, а я не знала, что им ответить.

– Могу себе представить. Я знаю, что виноват. Я в ответе за свои неправильные решения. Потому я и здесь. Но я выйду, Холли, и займу свое место в жизни девочек. У тебя были трудности с деньгами?

– Нет, нет. – Судя по выражению лица Холли, деньги казались ей сейчас самым несущественным предметом на свете. – Трэвис все уладил.

Холли посмотрела на Теда, ожидая его реакции.

– Да, Трэвиса я помню, – сказал он.

Холли кивнула.

Они помолчали. Кто-то должен был заговорить о главном, и Тед решил, что это надо сделать ему.

– Как там Линч?

– Невероятно, что ты не помнишь Джастина. Раньше ты никогда не называл его по фамилии.

Тед пожал плечами.

– Его состояние не меняется, – сказала она.

– Ты не представляешь, как мне жаль. Я… не знаю, что в тот день произошло. Все начисто стерлось из памяти.

– Да, доктор мне так и сказала.

– Хочу, чтобы ты знала. В том, что касается ваших отношений…

– Тед, не надо. В конце концов, мне твое разрешение не требуется.

– Извини.

– Доктор Хилл просила, чтобы мы с тобой поговорили о… о том, что происходило между нами. Ты это помнишь?

Тед опустил голову.

– Очень плохо, – прошептал он. – Кажется, я… отдалялся от тебя.

– Хотя бы это ты помнишь. – В голосе Холли не слышалось упрека, но он знал ее достаточно хорошо, чтобы понять: она очень рассержена. – Тед, ты запирался в кабинете, почти все время пропадал в доме на озере, избегал меня. Когда я пыталась поговорить с тобой, то разговор превращался в мой монолог. Короткий, потому что я не любительница мусолить одно и то же. Мое присутствие стало помехой в твоей жизни. Я заметила это, ты сам заметил, даже девочки начали замечать.

– К несчастью, это я помню.

– Буду откровенна, в тот момент я думала, что у тебя другая женщина, что твои деловые поездки, твое пристрастие к дому у озера – все это связано с любовной интрижкой. Согласись, со стороны именно так это и выглядело. Но знаешь что? Мне, как это ни смешно, даже хотелось, чтобы это оказалось правдой. Я знала, что ты меня больше не любишь.

– Холли, я…

– Дай мне, пожалуйста, договорить. Сначала я несколько раз звонила тебе в офис, когда ты был в отъезде, поговорила с Трэвисом, с твоей секретаршей и сопоставила полученную от них информацию с тем, что рассказывал мне ты. Города, график встреч, имена клиентов – все сходилось. Мне было противно всем этим заниматься. Как будто я частный детектив… Вроде того, которого ты потом нанял следить за мной.

Холли помолчала.

– Я не знала, что делать, Тед. Когда я пыталась говорить с тобой, казалось, что тебе все равно. Я понимала, что придется подавать на развод, привыкала к этой мысли, набиралась смелости. Тогда я решила поговорить с Джастином. Не потому, что думала, будто он знает о твоих похождениях с другой женщиной и если знает, то непременно мне об этом расскажет. Но он был знаком с тобой даже дольше, чем я, и мне хотелось, чтобы он подтвердил, что я ничего не выдумываю и ты действительно изменился. Что с тобой произошло что-то такое, о чем я даже не догадывалась. Потому что иначе выходило… что я…

– Что ты сходишь с ума, – с улыбкой договорил за нее Тед. – Не волнуйся, твой случай не такой тяжелый.

Холли кивнула, но не улыбнулась.

– Я поговорила с Джастином, и он сказал мне, что вы с ним почти перестали видеться, что ты отдалился от него, как и от меня. Мы встретились еще несколько раз, говорили о тебе, о том, что с тобой происходит, и постепенно между нами возникла симпатия. Я не считаю его идеальным мужчиной, нет, конечно. Но когда я поняла, что наши с ним отношения далеко зашли, с тобой мы уже почти не разговаривали. Ты даже с девочками был мрачным и угрюмым. В конце концов я набралась храбрости и попросила у тебя развод.

– Это я помню. В гостиной. С того момента напряжение немного спало.

– Я тогда не знала, что ты ходишь к врачу, что просил старого школьного товарища помочь тебе оформить завещание. Тем более что у тебя в сейфе заперты наши с Джастином фотографии. Они лежали там почти месяц, Тед! Ты все знал и не сказал мне ни слова, даже когда я заговорила о разводе.

Тед развел руками.

– Не знаю, почему я тебе ничего не сказал, Холли, правда не знаю.

Она кивнула:

– Хочется верить.

– Я не знаю, по какой причине избил Линча… то есть Джастина, но клянусь, к тебе это не имеет никакого отношения… Вернее, к вашему роману. Это я знаю точно. Я хочу, чтобы ты была счастлива, Холли, ты и девочки.

Холли опять кивнула.

– Доктор Хилл держала меня в курсе все эти месяцы. Я знаю, что тебе пришлось нелегко. Она сказала, что ты жил… в ирреальном мире или что-то в этом духе.

– Да, что-то в этом духе. Это было ужасно. Как будто кто-то взял мои воспоминания и перемешал их. Больше всего это похоже на сон. Там была одна фамилия, Уэнделл… Тебе она что-то говорит?

– Нет. Доктор Хилл меня об этом тоже спрашивала. Кто такой Уэнделл?

– Вроде бы часть меня. У меня в голове образовалось что-то вроде чулана, в котором заперты некоторые воспоминания, а ключ пропал. Этот чулан – Уэнделл. Я все время общался с этим человеком, а оказалось, что это я сам… Понимаю, звучит нелепо. Сначала я попал в некие циклы, которые все повторялись и повторялись, но благодаря доктору Хилл мне удалось из них вырваться. Я чувствую, что вот-вот доберусь до правды, сумею наконец сорвать маску с Уэнделла.