Стена тишины - Трейси Бьюканан

— Я всегда поражалась, как ты со всем этим справляешься, — продолжала Дебби. — Помню, как я удивилась, когда Розмари сказала мне, что у тебя есть еще и близнецы. Я была в шоке!

На Мелиссу нахлынули воспоминания. Тогда она больше не хотела детей, ей по горло хватало заботы о Джоеле. Но Патрик отчаянно умолял ее еще об одном ребенке, нормальном ребенке, как он однажды выпалил, не сдержавшись. И она сдалась, но когда увидела УЗИ и услышала биение двух сердец, ее собственное сердце упало.

Могла ли она справиться с тем, чтобы заботиться и о двух малышах, и о Джоеле?

Ну, она и не справилась, что уж там. Пришлось вмешаться Патрику.

Обмакнув палец в крем, Дебби щедро смазала локти Патрика.

— Ужасно, что из всех людей такое горе постигло именно тебя.

— Несчастье идет за мной по пятам, верно? Я сейчас говорю не только о Джоеле, но и о маме. Может быть, это все гены Куэйлов.

Дебби строго посмотрела на нее:

— Не говори глупостей. Жизнь это американские горки, вымазанные в дерьме, и нам нужно удержаться. А все эти разговоры о генах — чушь собачья. Каждый раз, когда Розмари и Билл включали свою пластинку об идеальной родословной Байеттов, мне хотелось их ударить. Ирония заключается в том, что слабые именно Байетты. Патрик всегда был слишком… хрупким.

— Что вы имеете в виду?

— Ну ты же помнишь, как он сразу сдался, когда родился Джоел. Все заботы о мальчике легли на твои плечи.

— Но он заботился о нем, когда взял отгул.

Дебби вскинула бровь:

— Пока ты работала, он старался спихнуть Джоела на своих родителей.

— Нет!

— Да, милая, — сказала Дебби. — Я часто видела, как он отвозил его к ним, а потом ехал в паб.

Мелисса вспыхнула от смущения.

— Послушай, — вздохнула Дебби, — я слышала, о чем говорил Грэм Кейн.

— Это правда? — спросила Мелисса, уже сомневаясь, что хочет это знать.

Дебби посмотрела на Патрика:

— Выйдем ненадолго?

Мелисса проследила за ее взглядом. Дебби была права. Что если Патрик мог их слышать? Они вышли из палаты и сели на стулья в коридоре.

— Не могу сказать точно, но слухи ходили всегда, — тихо сказала Дебби. — И я всегда удивлялась, почему он так красиво одевался, когда отвозил Джоела к Розмари и Биллу.

Мелисса уронила голову на руки. Он позорил ее перед всем поселком — все это знали, но никто ничего ей не сказал!

— Он весь в отца, — сказала Дебби.

Мелисса нахмурилась:

— Что вы имеете в виду?

— Билл всегда питал слабость к прекрасному полу. Как ты думаешь, почему он с такой охотой взялся помогать твоей матери? Руби была красива, совсем как ты.

Мелисса изумленно посмотрела на нее:

— Билл и… и моя мама?

— Я не говорю, что у них был роман, — поспешно сказала Дебби. — Твоя мать была не такой. Она просто помогала ему, делилась лекарственными травами для собак, и они понемногу сдружились. Но для Билла это была не просто дружба. Всем известно, что у него блудливый глаз.

— Господи, я и понятия не имела! Чувствую себя такой идиоткой!

Дебби рассмеялась:

— Ты не идиотка, солнышко. Просто ты вела совсем другую жизнь, все эти годы живя в лесу. А потом появились Байетты, — добавила она горько, — с их блестящими шевелюрами и такими же блестящими перспективами, и по доброте душевной забрали тебя из этих ужасных условий. Во всяком случае, так это выглядело со стороны.

— Что вы имеете в виду?

Дебби наклонилась ближе.

— Я имею в виду, что Билл в те годы собирался стать членом совета, совсем как Патрик. Конечно, помощь обездоленной семье не повредила бы его рейтингам, верно? Думаю, твоя мама довольно быстро это поняла, и поэтому она не собиралась больше жить у них.

Мелисса моргнула. Ей наконец стало ясно, почему Билл и Розмари так явно выставляли ее напоказ. А когда им стало ясно, что их бесценный сын влюбился в дикую девочку из леса, они внезапно охладели к ней и с тех пор держались отстраненно.

— Я смеялась, когда узнала, что ты беременна от Патрика, — призналась Дебби. — В идеальную родословную Байеттов вплелись гены Куэйлов, — она нахмурилась. — И то, как они себя вели, когда Джоелу поставили диагноз… как будто их теория подтвердилась.

Мелисса сжала кулаки.

— Или не подтвердилась, — возразила она. — Джоел перенял самые лучшие качества Куэйлов и Байеттов.

Дебби кивнула и сжала руку Мелиссы:

— Совершенно верно, Мелисса, совершенно верно. Этот мальчик… мы все так его любили, — ее глаза наполнились слезами. — Когда я увидела, что он лежит здесь, такой холодный, слишком холодный, я… — она покачала головой. — Но что уж там, все это уже в прошлом. Мне только хотелось бы, чтобы я могла сделать для него чуточку больше.

— Вы и сделали! Вы были его ангелом-хранителем.

Дебби помрачнела:

— Где уж там!

Мелисса откинулась на стуле и сморгнула слезы.

— Мне кажется, я не смогу со всем этим справиться, Дебби.

— Ты прекрасно держишься, юная леди. Ты выдержишь и это, как выдержала гибель Джоела.

— Я не выдержала, — сказала Мелисса. — Вы же знаете, что я не выдержала.

Дебби с сочувствием посмотрела на нее:

— Но ты же все еще здесь, верно?

— И взгляните, во что я влипла, — Мелисса указала на дверь палаты Патрика и горько рассмеялась.

— Это не твоя вина, — сказала Дебби.

— Разве?

Дебби нахмурила брови:

— Я не позволю тебе постоянно винить себя. Что бы ни случилось с Патриком, я готова поставить все свои деньги на то, что он сам виноват в этом.

— Что вы хотите этим сказать?

— Привет! — позвал кто-то из коридора. Обе подняли головы и увидели, что по коридору идет Розмари. Она нахмурилась, увидев, что рядом с Мелиссой сидит Дебби. — Ого, и ты здесь!

Мелисса перевела взгляд с одной женщины на другую. Прежде они были подругами, но потом их пути отчего-то разошлись.

— Ладно, — сказала Дебби, — не буду тебя донимать. Тележку заберут медсестры.

Она обняла Мелиссу и побрела прочь по коридору, по пути натянуто улыбнувшись бывшей подруге. Мелисса и Розмари вошли в палату и сели по разные стороны кровати Патрика. Розмари влюбленно смотрела на сына.

— Могу я задать вам один вопрос, Розмари? — спросила Мелисса.

— Конечно.

Мелисса глубоко вздохнула:

— Патрик мне изменял?