Аниматор - Станислав Гимадеев

– Не кричи на всю деревню, – сказал Павел, озираясь. – Папа был фанатик.

– Для кого он все это делал? – не унимался Андрей. – Или у него был заказчик?!

– А может, и был! И заказчик, и спонсор, и кто захочешь! А тебе должно быть виднее, с чего бы на старости лет его так переклинило.

– Ни фига мне не виднее… – Андрей вздохнул и добавил задумчиво: – А ведь он, стопудово, маму мечтал воссоздать. Я не удивлюсь, Паша. Он же ее так любил.

– Ты еще раз посмотри входящие, а?

Однако Андрей не успел проверить почту. Зазвонил телефон, он вытаращился на вызов в оцепенении. Это был Володин. Его звонок сейчас – это был ход, которого он ожидал меньше всего.

– Ты где?! – Тон Володина был очень озабоченный.

– А… что? – спросил Андрей, замирая.

– Ты в центре? – спросил Володин чуть нервно. – Срочно ко мне!

Он бросил трубку, Андрей вопросительно поглядел на Павла.

– Это что? – тихо произнес он. – Маски сброшены, типа?

Павел молча ерзал на скамье.

– Ну что ж… Вызов принят, – процедил Андрей. – Настала пора поторговаться с Фобосом.

Они поднялись на лифте на последний этаж. По пути Андрей все время озирался, пытаясь понять, нет ли за ними слежки, но ничего подозрительного не заметил.

В кабинет Володина они не попали. Все пространство офиса было набито полицией и массой неизвестных людей с деловыми лицами, где-то бубнила Алла и щелкал затвор фотоаппарата. Едва Андрей и Павел вступили в приемную, как на них из толпы вывалился Володин. Он был без пиджака, в рубашке с закатанными по локоть рукавами.

– Они тебя допрашивать будут, но сначала ты мне объяснишь… – пробормотал Володин, выталкивая обоих в коридор.

Он увлек их в самый тупик – к маленькому окошку.

– Что это за хрень?! – выпалил Володин Андрею в лицо. – Этот твой маньяк уже ко мне подбирается? Уже и в моем кабинете трупаки?

Андрей молчал, лишь желваки перекатывались у него на скулах. Лицо Володина было непроницаемо, но к этому выражению Андрей давно привык. Володин умел держать любой удар и не показывать эмоций.

– Самвойского застрелили, ты в курсе? – Володин сверлил Андрея взглядом. – В той самой комнате, что они под офис снимали. Это что за дерьмо сюда стеклось, спрашиваю?!

Андрей молчал, не сводя с Володина глаз. Тот непонимающе нахмурился.

– Брательник твой? – Володин кивнул на Павла, вжавшегося в стену, и снова набросился на Андрея: – Ты чего, язык, мать твою, проглотил?!

«Врезать ему по роже, – мелькнула мысль у Андрея, глядя на это уверенное бронированное лицо. – Вцепиться мертвой хваткой в кадык и душить, душить, сколько смогу… Или глаза выдавить… Если бы это был выход, но… это же не выход, не выход!..»

– Андрейка, ты здесь? – Володин помахал ладонью перед лицом Андрея, потом вдруг встряхнул его: – Тебе затрещину, что ли, влепить?! Очнись, ну-ка!

– Я вот все думаю… – выдавил наконец Андрей, вырываясь из рук Володина. – Зачем тебе этот маскарад? Сейчас-то зачем?

Володин на миг остолбенел, но удивление быстро исчезло с его лица. «Ай, красавец, – подумал Андрей. – Тебе бы в театре играть».

– Давно ты мне «тыкаешь», парень? – спросил Володин, сдвинув брови.

– Лучше поговорим о деле.

– Ты не проспался, что ли? – Володин снова посмотрел на Павла. – Что с ним, Павлик? Давно он не в себе?

Павел не ответил, лицо его было вытянутым, он лишь косился на руки Володина с закатанными рукавами.

– Да вас обоих стукнуло чем-то! – Володин всплеснул руками. – Что за фуфло, а?!

«А ведь он избрал правильную тактику, – вдруг понял Андрей. – Фактов против него нет. С чего бы ему все признавать и открывать карты? Конечно, куда удобнее корчить из себя непонимающего клоуна. А может, это вообще новая фаза игры? Типа, один на один. Стоим тут друг друга прощупываем, ищем бреши в обороне… кто кого переблефует…»

– Андрей Сергеевич, объяснись, твою мать! – рявкнул Володин. – Терпению моему – кранты!

– Хватит указывать, – процедил Андрей.

– Тьфу ты…

Володин вздохнул, глянул в сторону кабинета, где в дверях суетились люди. Затем пригладил седину рукой, скрестил на груди руки и сказал спокойно:

– Зайдем с другой стороны. Ты чего добиваешься?

– То-то же, – осклабился Андрей. – Я тебе все скажу, но ты не перебивай.

– «Тыкает», и все тут!.. – рыкнул Володин.

Павел словно прилип к стене и не сводил взгляд с рук Володина.

– Чего он на меня так смотрит? – буркнул Володин, развел руки и посмотрел на грудь и живот. – Нет у меня тут ничего… Павлик, але!

Павел не издал ни звука, лишь опустил взгляд в пол.

– Он, кажись, вообще немой, – сказал Володин.

– Слушай меня, – с напором произнес Андрей. – Внимательно.

Володин хотел что-то рявкнуть, но передумал, окинул Андрея взглядом с ног до головы. Снова скрестил руки на груди.

– Ладно, черт с тобой, – процедил он озадаченно. – Валяй.

– Так вот, – сказал Андрей. – Я нашел и бункер, и ученого с ключом и кодом доступа.

Он сделал большую паузу, следя за Володиным. Тот новость выдержал достойно, лишь легкая тень на секунду мелькнула на его лице.

– Бункер, значит? – переспросил Володин. – Нашел? Ну-ну.

– Но тебе его не видать, пока ты не вернешь Ольгу.

Новая пауза. Володин переступил с ноги на ногу. На каменной поверхности его лица пробежали легкие волны.

– Ольгу, значит? Вернуть, значит, тебе?

– Слушай, Игорь Ефимович, – сказал Андрей. – Хочешь корчить из себя клоуна – корчи, мне все равно. Но условия такие… Сначала Ольга, потом лаборатория. Или я обнародую факт ее существования! И вся твоя игра – коту под хвост!

– Лаборатория? – повторил Володин. – Значит, ты мне – лабораторию, а я тебе – Ольгу?

– Да, – сказал Андрей. – И еще правду расскажешь.

– Ага… Правду… Это еще какую?

– Всю.

Взгляд Володина был холодный, колючий. Он молчал, думал, просчитывал.

– Например, для чего был балаган с рестораном? – сказал Андрей. – Что тебе «Альба» в твоих активах? Капля в море… Признайся, отжим ресторана – это для отвода глаз?

Володин хмыкнул и ничего не ответил. Андрей продолжил:

– Если тебе нужен был человек из института, чего сразу меня туда не направил? Где ты взял ключевые слова? Зачем тебе лаборатория?

Володин крякнул задумчиво и растер ладонями щеки.

– Слушай… я, кажется, понимаю, о чем ты… – проговорил он медленно, не переставая при этом лихорадочно соображать. – Ты, часом, не под кайфом?