Амнезия - Федерико Аксат

Мой телефон перестал ловить сеть, а мобильник Мэгги был на последнем издыхании. Она остановилась на минутку и наговорила сообщение для Росса:

— Мы с Джонни в бермудском треугольнике. Я пришлю тебе координаты места, куда мы идем. Сама история долгая, но сейчас все как-то быстро завертелось; похоже, это связано сам знаешь с чем. Приезжать не надо, я просто хочу, чтобы ты знал, где мы; созвонимся вечером. Не говори моему отцу и вообще никому из Б-клуба. Возможно, они что-то скрывают. И вот еще что: Рэймонд Мэррел забрался в дом к Джонни; мы вызвали полицию. Не беспокойся о нас, Росс. Сейчас мы в безопасности.

Мэгги попыталась отправить послание:

— Черт… Сигнал ужасный. Сообщение не проходит. Наверное, надо немного вернуться назад… Я не сказала Россу, что Мэррел вооружен.

— И правильно сделала. Попробуй отправить еще раз.

Мэгги подержала телефон над головой, посмотрела на экран и победно подняла большой палец.

Вскоре мы вошли в бермудский треугольник. В детстве мы забирались сюда тысячи раз, и сейчас, уже взрослыми, снова ощутили давнее чувство витающей здесь опасности. Если не считать сбоя мобильной связи, ничего не изменилось, но воздух словно был пропитан тревогой.

— Официально заявляю: мобильник сдох, — сообщила Мэгги.

— Добро пожаловать в девяностые, — объявил я.

Мы дважды вздрагивали от непонятных звуков и дважды решали, что это зверь или птица. В первый раз мы затаились, ожидая, не повторится ли странный шум, но что это за шум, так и не поняли. Во второй раз звук был куда более опознаваемый — словно кто-то шлепал по воде. Минуту назад мы перебирались через ручей и потому насторожились, но Рэймонд Мэррел не мог так долго преследовать нас, оставаясь незамеченным, и мы сошлись на том, что это лесное животное или — что куда хуже — какой-то другой человек. Детьми мы крепко усвоили: если ты в лесу и тебе грозит опасность, худшее, что ты можешь сделать, — это пуститься наутек. В чаще легко заплутать. С появлением GPS потеряться стало сложнее, при условии, что твой гаджет хорошо заряжен. Как бы то ни было, мы с Мэгги хорошо помнили уроки юности. Чуешь беду — прячься. Прячься как следует.

Мы забрались в кусты.

— Что мы творим, Джонни? — вздохнула Мэгги. — Нам уже не двенадцать лет.

— Не знаю.

Мы сидели в своем укрытии минут двадцать, пока не заныли затекшие колени. Ничего подозрительного так и не заметили. Никто нас не искал. Мы вылезли из кустов, чувствуя себя полными идиотами.

Согласно GPS, до нашей цели оставалось четыре километра. Но это по прямой, а мы добирались окольными путями. К тому же, когда идешь пешком, точно определить время, которое придется затратить на дорогу, практически невозможно.

— Требуется привал, — заявила Мэгги, когда мы снова двинулись в путь.

— Всё к твоим услугам… — Я указал на ближайшие кусты.

— Очень смешно, деликатный ты мой. Знала бы, чем все кончится, не стала бы заказывать пиво.

Мы вышли к оврагу, протянувшемуся с севера на юг. Наш путь лежал на восток, и значит, овраг надо было либо обойти, либо пересечь.

— Как хочешь, но без привала я туда не полезу.

Мэгги вернулась назад и скрылась в кустах. Я спустился по склону на несколько метров и выбрал подходящее дерево, чтобы разобраться со своими делами. Когда я вернулся, Мэгги нигде не было.

Через пару минут я занервничал:

— Мэгги!

Куда она запропастилась?

Метрах в десяти от меня были заросли, как две капли воды похожие на те, в которых мы прятались: кусты и папоротники. Я кинулся туда. Продираясь сквозь колючие ветки, я ожидал увидеть Мэгги, сидящую на корточках, и услышать шутливо-возмущенное:

— Ты что тут забыл?

Передо мной стоял Рэймонд Мэррел.

Гигант ростом под метр девяносто держал ствол в паре дюймов от виска Мэгги.

— Стой на месте, Бреннер!

Я подчинился. А опомнившись от первого испуга, заметил, что Рэймонд и сам, похоже, нервничает; здоровяк переминался с ноги на ногу, его лицо было багровым, а взгляд растерянным.

— Ты убил мою дочь, а я убью твою подружку, — выкрикнул он дрожащим голосом.

Дуло револьвера ходило ходуном.

Я медленно поднял руки — любое резкое движение Мэррел мог принять за попытку нападения. Нельзя было выказывать ни страха, ни агрессии. Я решил вести себя так, будто передо мной не потерявший дочь клерк из страховой компании, а медведь.

— Успокойся, Рэймонд, — проговорил я, осторожно приближаясь к нему.

Это не слишком фамильярно — звать его по имени?

— Не подходи, я выстрелю!

Кажется, слишком. Я остановился.

Дуло револьвера уперлось Мэгги в лоб.

— Опусти ствол! — крикнул я. К черту медведей.

— Стой на месте, — приказал Рэймонд более спокойно, — или я ее убью.

— Ее зовут Мэгги, и она здесь совершенно ни при чем. Отпусти ее. Мы все выясним между собой.

— Моя дочь тоже была ни при чем! А ты ее убил!

— Смотри, Рэймонд, — начал я, — сейчас я сяду вот на тот камень. Не знаю, кто наплел тебе все это, но он солгал. Я не трогал твою дочь.

Мне показалось, что Мэррел начал сомневаться.

— Я сяду там, — продолжал я, отступая к камням, — и мы поговорим. Только отпусти Мэгги.

— Думаешь, я идиот?

— Нет, Рэймонд, не думаю. Я думаю, ты хочешь знать, что случилось с Полой. Тебе кто-то сказал, что я ее убил, но это неправда. Кто тебе сказал, Рэймонд?

Я сел на камень.

Здоровяк казался совсем потерянным. Он по-прежнему переминался с ноги на ногу и все больше волновался.

Мэгги, учитывая обстоятельства, держалась неплохо. Мы переглянулись, и она едва заметно кивнула.

— Ты убил Полу… — повторил Рэймонд. — Ты и твой брат.

— Рэймонд, выслушай меня. Ты заблуждаешься, и я могу тебе все объяснить. Но так мы ни к чему не придем. Отпусти Мэгги и сядь рядом со мной.

— Здесь я командую! Отвечай, что ты с ней сделал!

Об убийстве речь уже не идет… Продвигаемся потихоньку.

Рэймонд Мэррел не был психом, он был в отчаянии. Я с самого начала ошибался на его счет. Передо мной был несчастный человек, который сходил с ума от горя и страха. От неизвестности.

— У меня тоже есть дочь, — сказал я негромко. — Ее зовут Дженни, ей четыре года. Если бы с ней что-то случилось, я бы повел себя так же, как ты… Я перевернул бы мир, чтобы ее найти. Я сам отец, я рисую картинки для детских книжек, я не преступник и Полу не убивал. Садись рядом со мной, и мы поговорим.

Рэймонд опустил револьвер, но не ослабил бдительности: