Несчастный случай - Лиза Гарднер

— Звучит интересно. Рейни рассмеялась:

— Интересно? Это же скукотища! Сидеть целый день в информационной сети судебного ведомства штата Орегон. А уж если удается получить доступ к уголовным досье орегонской полиции, так можно вообще считать себя счастливчиком. Немного ума, конечно, требуется, но ничего такого, чтобы разогнать кровь адреналином.

— Мне тоже приходится читать много отчетов, — словно оправдываясь, проговорил Куинси.

— Ты летаешь в разные места. Разговариваешь с людьми. Бываешь там, где кровь еще свежа.

— Тебе этого так сильно не хватает?

Рейни отвела взгляд, чтобы не отвечать на вопрос, и, пожалев о том, что так и не заказала «Будвайзер», сменила тему:

— Как дела у Кимберли?

— Не знаю. Рейни вскинула бровь:

— Мне казалось, что ей-то ты нравишься.

Куинси поморщился:

— Такт, Рейни. Такт.

— Я лишь пытаюсь быть последовательной.

— Кимберли нужно какое-то время, чтобы прийти в себя. Думаю, случившееся с сестрой ударило по ней сильнее, чем по всем остальным. Она злится, и от этого ей не по себе.

— Злится на Аманду или на тебя и Бетти?

— Честно говоря, не уверен, что знаю. Рейни кивнула.

— Мне всегда хотелось иметь брата или сестру. Казалось, это замечательно, когда у тебя есть, так сказать, генетический союзник. Тот, с кем можно поиграть. С кем можно подраться. С кем у тебя одни родители, так что он точно может сказать, действительно ли ваша мамочка сошла с катушек или тебе это только кажется. Но насколько я могу судить, Мэнди была не очень близка с Кимберли. Так получилось, что главным источником стресса в семье стала как раз она.

— Мятежная старшая сестра, привлекающая к себе все внимание, — согласился Куинси.

— Тогда как Кимберли ведет себя как примерный ребенок, прирожденный дипломат.

— Бетти страшно не нравится, когда я так говорю, но со временем из Кимберли выйдет потрясающий агент.

— Она по-прежнему занимается криминологией?

— Готовится получить степень бакалавра по социологии. — Морщины на лбу Куинси моментально разгладились. Младшая дочь была его гордостью, и он этого не скрывал. — А что нового в Бейкерсвилле?

— Полный порядок. После всего, что там было, можно сказать, лучше и не пожелаешь.

— Шеп и Сэнди?

— По-прежнему вместе. — Рейни покачала головой. — Шеп работает на одну охранную фирму в Салеме. Сэнди занялась проблемами подростковой преступности.

— Молодец. А Люк Хейз?

— Из него получился образцовый шериф. По крайней мере так он мне сам сказал. Я была там пять… нет, шесть месяцев назад. Город в хороших руках.

— Странно, что ты туда вернулась.

— У Люка было ко мне небольшое дело. Куинси с любопытством уставился на нее, и Рейни, пожав плечами, поделилась информацией:

— Он наводил справки о моей матери.

— О твоей матери? — удивился Куинси.

Мать Рейни была мертва уже пятнадцать лет, ее убили выстрелом в голову. Большинство обитателей Бейкерсвилла считали, что курок спустила Рейни. Вот что получается, когда УХОДИШЬ из дома с перепачканными кровью волосами.

— В городе появился какой-то парень. Искал мою мать. Люк решил, что мне надо быть в курсе.

— Но откуда он взялся? Столько лет прошло.

Рейни невольно усмехнулась:

— Его только-только выпустили из тюрьмы. Отсидел тридцать лет за убийство при отягчающих. Да, моя мамочка знала, кого выбирать.

— И, несомненно, умела производить впечатление, — шутливо добавил Куинси. — Подумать только, парень не забыл ее даже через тридцать лет.

— Люк проверил его по полной программе. Вроде бы ничего подозрительного. Передал информацию мне, вот и все.

На лице Куинси снова появилось странное выражение, словно он собрался что-то сказать, но потом передумал.

Официант принес счет. Куинси расплатился. И снова, как в старые времена, Рейни притворилась, что ее это не трогает.

Самым разумным было бы на этом и закончить. Куинси прилетел, поручил ей срочное дело и вывел девушку в город. Помаши ручкой, пока все хорошо. Но… На часах всего лишь семь, жара только-только начала спадать, а самолюбие требовало удовлетворения.

Рейни повела гостя по достопримечательностям района Перл. Взглянуть на роскошный антикварный салон, рядом с которым в неположенном месте припарковался шикарный «порше». Вот еще одна кафешка, вот художественная галерея, вот демонстрационный зал с эксклюзивной, ручной работы мебелью. Рейни провела Куинси мимо длинного ряда недавно реконструированных складов с преобразившимися, выкрашенными в кремово-желтые и мягкие оранжевые цвета стенами, за скромными фасадами которых скрывались полумиллионные апартаменты и роскошные пентхаусы. В аккуратных крохотных садиках, прилепившихся к фасадам домов, сидели люди. Закованные в костюмы от Джей Кру парочки прогуливали по чистеньким улицам породистых черных лабрадоров.

«Посмотри вокруг, взгляни на это все, — мысленно призывала своего спутника Рейни. — Посмотри на меня. Неплохо для девчонки из какого-то там Бейкерсвилла».

Потом в поле ее зрения попали рваные, с бахромой шорты и убогий топ, и эйфория моментально испарилась. Ей был нужен этот мир с его распрекрасными штучками. Она ненавидела этот мир с его распрекрасными штучками. Тридцать два года, а до сих пор не определилась с тем, кто она такая и чего хочет от жизни. От этого Рейни злилась, но по большей части на саму себя.

Она резко развернулась и устремилась в противоположную сторону. Слегка сбитый с толку, Куинси последовал за ней.

Ее целью было «Туше» — заведение, не претендовавшее на общегородскую известность. Оно появилось еще в те времена, когда приходивший в упадок район складов привлекал разве что бедных студентов колледжа. И будет стоять на своем месте после того, как уставшие от напоминающих пещеры апартаментов толпы устремятся к зеленеющим лужайкам на склонах холмов. Внизу располагался ресторан. Неплохой. Вверху — бильярдная. Намного лучше.

У барной стойки Рейни обменяла водительское удостоверение и несколько бумажек на бильярдные шары, два кия и два «Будвайзера». Куинси поднял бровь и снял пиджак. В тускло освещаемой комнате, заполненной парой дюжин студентов и полудюжиной байкеров, он был единственным, кто носил пиджак. Чужак, рыба на берегу, бельмо на глазу. Куинси попал не в свою стихию и знал это.

— Восемь шаров, — сказала Рейни. — Выбьешь сразу восьмой — считай себя покойником. Касание…

— Я знаю правила, — ровным голосом отозвался Куинси.

— Кто бы сомневался. — Она положила шары и протянула ему кий.