Из жизни кукол - Эрик Аксл Сунд

Судмедэксперт Эмилия Свенссон курила под густым снегопадом, стоя у гаража полицейского управления в Кунгхольмене. Справа тянулись к безрадостному небу голые деревья, слева угадывался светлый фасад здания. Делая затяжки, Эмилия рассматривала сине-желтые полицейские “вольво”, и ей подумалось, что шведские полицейские машины и английский марципановый торт объединяет баттенбергская разметка. Коллега как-то рассказывал, что после долгих испытаний на борта машин экстренных служб решили наносить разметку, похожую на квадратики баттенбергского торта. Шахматный рисунок видно лучше всего.

Так полицейские машины оказались разрисованы сине-желтыми прямоугольниками.

Главное — сделать что-либо заметным, подумала Эмилия и отбросила окурок. Увидеть неожиданное в ожидаемом.

Ларс Миккельсен, занимавший в угрозыске одну из начальственных должностей, попросил ее о помощи. Он объяснил, что собирается — не сказать, чтобы общепринятым способом — установить личности нескольких человек, распространителей детской порнографии в интернете. Эмилия с готовностью согласилась: то, о чем просил Миккельсен, входило в ее компетенцию, к тому же ей хотелось понаблюдать работу уголовного розыска изнутри.

Лассе упомянул, что им поможет “серая шляпа”. В ответ Эмилии пришлось признаться, что она незнакома с этим понятием.

Возвращаясь в тепло полицейского управления, она уже знала: “серая шляпа” — это хакер. Как в классических вестернах хорошие парни носят белые шляпы, а плохие — черные, так в мире хакеров существую те, кого называют “серые шляпы”. Они занимаются всем понемногу и по обе стороны закона. И не так уж отличаются от прочих граждан, подумала Эмилия. Она поднялась на лифте туда, где ждали ее у кофейного автомата Лассе и “серая шляпа”.

Эмилия представилась мужчине, который в ответ нервно кивнул, не пожав протянутую руку.

— Себастьян Дагерман, — сказал он, не отрывая взгляда от кофемашины. — Моя мать здесь служила, руководила отделом.

Они унесли свои дымящиеся стаканчики в кабинет для совещаний, где на столе ждал ноутбук.

Миккельсен объяснил, что компьютер принадлежал бывшему служащему стокгольмской полиции, который скончался больше месяца назад.

— Ноутбук обнаружил сын того человека, — добавил Миккельсен. — Кевин Юнсон, тоже наш коллега. Нашел компьютер в отцовском доме.

Компьютер покойного полицейского оказался битком набит детской порнографией.

— Около шести тысяч фотографий и девятьсот пятьдесят семь видеороликов. Большинство имеют тэг “PTHC”, — добавил Миккельсен.

— Preteen hardcore^[55], — расшифровал Себастьян.

Миккельсен отпил кофе и повернулся к Эмилии:

— Часть вашей задачи — проанализировать записи с технической точки зрения. Другая часть — сам компьютер.

Эмилия узнала, что ноутбук куплен несколько лет назад в крупном сетевом магазине электроники на южной окраине Стокгольма, платили за него кредитной картой, принадлежавшей владельцу.

Не считая отпечатков Себастьяна и Кевина Юнсона, компьютер был чистым, как из операционной.

— Это само по себе примечательно, — заметила Эмилия. — Должны же на нем остаться отпечатки отца Кевина? А если их нет, возникает вопрос, зачем он их стер.

Миккельсен кивнул.

— Да. Но давайте сосредоточимся на том, что у нас уже есть. На содержимом компьютера.

Он повернулся к Себастьяну и жестом дал понять, что теперь его очередь говорить.

— Я обнаружил сто шестьдесят три IP-адреса, с которых поступил содержащийся в компьютере материал. — Себастьян нагнулся к ноутбуку. — Общего у них то, что их все использует Asus — роутер с громадной брешью в системе защиты. Роутер навороченный, там есть USB-порт, куда можно подключить, например, внешний жесткий диск. Проблема одна: пока роутер не выключен, содержимое твоего компьютера видно всему миру. И хоть сколько-нибудь опытный хакер может творить с ним все, что захочет.

Эмилия поняла, что именно этим и занимается Себастьян. Как хорошо, что шляпа у него не черная, подумала она.

— Субъект, известный нам как Повелитель кукол — не один человек, — продолжил Себастьян. — Там где-то двадцать три человека, и все они выступают под общим псевдонимом. Их наверняка больше, но пользователей Asus, во всяком случае, двадцать три. В разных чатах и на страницах контактов они выступают под этим общим именем. — Себастьян откашлялся. — Ваш бывший коллега, владелец компьютера, был одним из них. У них одна на всех аватарка, одинаковые обновления статуса, одна и та же тактика. Армия сетевых педофилов… Люди терпеливые и усердные. Множество мужчин обрабатывают одну девушку… Могут этим заниматься круглые сутки. Девушка думает, что у нее тайный обожатель, а на самом деле ее атакуют десятка два мужиков, которые работают в связке.

Голос Себастьяна был монотонным, лицо ничего не выражало, но Эмилия чувствовала, что под личиной деловитости клокочет гнев.

— К тому же на компьютере есть и оригинальные записи, — продолжил он. — Ролики не скачаны откуда-то, а записаны конкретно на этот жесткий диск. Запись велась на камеру марки Canon, дата — девятнадцатое августа 2007 года.

— Чуть больше пяти лет назад, — заметила Эмилия. — Я проверила звук, проанализировала частоту электросетей. В прошлом году у нас было семьдесят два случая, из которых двадцать девять связаны с анализом речи. В этом насчитаем еще больше.

— А как происходит анализ, чисто практически? — спросил Лассе.

— В электросети поддерживается напряжение тока в пятьдесят герц, оно создает тихий, но слышимый гул. Но частота в пятьдесят герц не вполне постоянна. В зависимости от нагрузки на сеть она варьируется в пределах нескольких тысячных герца. Эти колебания со временем создают уникальный рисунок, и если его зарегистрировать, то можно получить некоторую базу данных и благодаря ей установить, когда был записан звук.

— И для чего нужна эта информация? — Себастьян достал телефон — видимо, решила Эмилия, чтобы записывать ее объяснения.

— Мы можем вычленить этот гул и сравнить его с теми, что есть в базе данных. Так мы определим время записи и даже поймем, была ли запись подделана или, например, смонтирована из фрагментов других записей.

— В тех трех роликах звучит мужской голос. — Миккельсен серьезно взглянул на нее. — Он совпадает с голосом владельца компьютера?