Точка кипения - Али Найт

По моей просьбе приходит адвокат. Это худощавый мужчина в очках с длинными бакенбардами, которые издают странные звуки, когда он их почесывает. Его предложили мне в полиции, и я приняла его с восторгом гостя на свадьбе, выбирающего между цыпленком и лососем. Приходил Джон и предлагал свои услуги, но я отказалась. Он общается с Полом, а значит, он такой же, как и его брат. Итак, Тео и я против остального мира.

— У них достаточно доказательств, чтобы обвинить меня?

— Они будут стремиться к тому, чтобы в этом деле было достаточно улик. Пока собранных против вас доказательств недостаточно. На ноже нет вашей ДНК, а шарф могли надевать и вы, и ваш муж. Сейчас они проверяют вашу машину, и если ничего не найдут, то против вас у них ничего нет.

— Вы не находите, что неожиданное алиби Пола выглядит подозрительным?

Тео откидывается назад, и я вижу его потертые черные туфли.

— Моя работа заключается в том, чтобы представлять ваши интересы, миссис Форман. Не думаю, что мне следует вникать в дела других.

— Меня зовут Кейт. Перестаньте называть меня Форман.

Тео кивает и набирает побольше воздуха, его щеки горят.

— Я только что слышал разговор в коридоре…

Он молчит до тех пор, пока я не отрываю взгляд от пола и не перевожу на него.

— Похоже, в их рядах раскол. О’Шиа не уверена на сто процентов, что они восстановили реальную картину…

— Она не уверена!

— …но у нее только один голос. Все будет сделано для того, чтобы обвинить вас.

— И где она видит проколы?

— Я не знаю. Они обратились с просьбой задержать вас на ночь, пока ее куда-то вызывают. Увидимся утром.

Я сажусь на кровать в камере. Мне не хочется, чтобы первым человеком, которого я увижу завтра, был Тео. Я хочу видеть своих детей.

— Можете принести мне чашку чая и «Сникерс»?

Тео задумывается, почесывая бакенбарды.

— Ну же, я видела аппарат в коридоре.

Он кивает и через несколько минут выполняет мою просьбу. Ночью я не смыкаю глаз. Я смотрю на стрелу на потолке, указывающую на Мекку. На курсах по правильному ведению переговоров нам рассказывали, что первое, что должен сделать следователь, — это заставить подозреваемого прекратить повторять, что он невиновен. Чем больше он это говорит, тем больше убеждает себя в этом и тем труднее потом признаться. Я повторяю это себе так часто, что это превращается в молитву. Я уже сама начала было сомневаться, потому что обвинения в мой адрес похожи на снежинки на горных выступах и такое чувство, что меня может накрыть снежная лавина. Порша обеспечила алиби Полу. Это ты все придумал, Пол! Я помню, как ты однажды сказал: «Чтобы сделать что-то небольшое, нужно приложить столько же усилий, сколько и для чего-то большого. Поэтому всегда добивайся большего».

Ты нацелился на самое крупное. Я думаю о фотографии, на которой я в шарфе. Ты, должно быть, спланировал все очень давно. Я прикасаюсь к бетонной стене и чувствую ее шершавую поверхность под своей ладонью. Кто-то выцарапал на ней ругательство. Я не понимаю, зачем Полу нужно было меня подставлять. Дополнительные деньги — недостаточный мотив. Я хорошо знаю Пола, чтобы это утверждать, но я не понимаю, что я упустила. Мне нужно поговорить с Лексом. Мне нужно задать ему точные вопросы и получить точные ответы. Я должна выбраться отсюда!

Я потираю нос и сонно опускаю руку. Если я когда-либо выберусь, то это как раз и будет «я или ты», Пол. Я или ты.