Наследие души - Е. Е. Холмс

– Да, но ты так и не объяснила, что, черт возьми, она делает! Что с ней там случилось? – Пирс перешел на крик, но понизил голос, когда вдруг вспомнил, что находится в больничном коридоре.

– Она притягивает их, Дэвид! – воскликнула Аннабель. – Я не знаю, как ей это удается, но их к ней влечет! Их энергия повсюду, они вытесняют друг друга, пытаясь приблизиться к ней. Те, кого она видела, – это только начало!

У меня мурашки побежали по коже, а головная боль усилилась, когда я попыталась переварить эту информацию.

– Она нужна им по какой-то причине; может, они ждут от нее помощи. Я слышала, что такое возможно только в одном случае. И ты тоже это знаешь, Дэвид. Видимо, это то, что ты так долго пытаешься найти. – Аннабель медленно кивала головой в такт какому-то беззвучному ритму.

И, словно это было заразительно и он тоже уловил ритм, Пирс начал покачивать головой вместе с Аннабель.

– Дурупинен, – прошептал он.

Аннабель вздрогнула при этом слове, и ее взгляд нервно метнулся ко мне. Я крепко зажмурилась, полностью теряя обзор, но надеясь сойти за спящую. Дурупинен. Я прокрутила слово в голове, запоминая его странное звучание. «О чем, черт возьми, они толкуют? И к чему вся эта загадочность?»

– Ты же не всерьез, Анна. – Теперь голос Пирса звучал взволнованно. – Выходит, половину своей профессиональной жизни я потратил на поиски хоть каких-то достоверных доказательств их существования, а ты говоришь мне, что одна из них просто явилась ко мне в кабинет и записалась на мой курс? Ты понимаешь, как абсурдно это звучит?

– Да, понимаю! Как и то, насколько нелепо даже рассуждать о дурупиненах – ну, не знаю – как о чем-то всем известном. Истории о них столь же необоснованны, как и легенды о вампирах, но не менее популярны, особенно в субкультуре медиумов.

– Необоснованны? Да их как будто никогда и не было! Все зацепки исчерпаны, все подлинные документы утеряны, никто из свидетелей не в состоянии вспомнить, что с ним произошло! По сути, их не существует! Это кошмар ученого! Чертова Атлантида! – Пирс уже кричал шепотом.

Аннабель отмахнулась от его слов.

– Дэвид, всё, с чем мы сталкиваемся, необоснованно! И ты должен признать, что это единственное объяснение, которое имеет смысл.

Я рискнула чуть приоткрыть глаза. Пирс теперь расхаживал по коридору, как зверь в клетке, рассеянно теребя бороду, словно выдергивая волоски один за другим.

– Если это правда, Аннабель, если она на самом деле… – Он замолчал, подавляя невысказанную мысль своими шагами.

– Я знаю. Ей нужно с кем-нибудь поговорить, и, судя по всему, как можно скорее. Кто у нее из родных? Мать? Бабушка? Из того, что я знаю о дурупиненах, это должны быть женщины.

Голос Аннабель звучал по-настоящему испуганно, отчего мое сердце забилось неровно. Моя мать? Какое отношение к этому может иметь моя мать?

– Кажется, только тетя, – сказал Пирс.

– По материнской линии?

– Думаю, да.

– Ей уже кто-нибудь звонил? Она знает, что произошло?

– Ей позвонили из больницы, – ответил Пирс. – Она уже едет из Бостона. Должна быть здесь с минуты на минуту. Разумеется, мы опустили отвратительные подробности, по крайней мере пока.

Настала очередь Аннабель расхаживать туда-сюда.

– Думаю, нам лучше сделать вид, будто мы ничего не знаем о дурупиненах. Секретность в этом деле… ну, давай просто скажем: я понятия не имею о том, что могло произойти.

– Хорошо, тогда что нам делать? Мы должны что-то сделать! Боже мой, если они снова попытаются использовать ее подобным образом, Аннабель…

– Я знаю.

– Судя по немногим известным мифам и преданиям, ничего подобного не должно происходить. Тут что-то не так. Совсем не так.

– Я собираюсь с ней поговорить, – сказала Аннабель.

– Как считаешь, нам стоит ее разбудить?

– Ты серьезно думаешь, что это может подождать, Дэвид? Не будь идиотом!

Очевидно, Пирс не думал, что это может подождать, потому что в следующее мгновение я услышала торопливые шаги Аннабель, приближающиеся к моей кровати.

Я попыталась притвориться спящей.

После короткой паузы прозвучало:

– Ты ведь не спишь, не так ли?

Притворяться больше не было смысла, так что я открыла глаза и уставилась на Аннабель; ее лицо то появлялось в фокусе, то исчезало, вызывая у меня тошноту.

– Да.

Аннабель вздохнула с глубоким облегчением, отчего ее волосы взъерошились.

– Много чего услышала?

– Достаточно, чтобы окончательно запутаться. Вы знаете, что со мной случилось? Потому что если знаете, вы должны мне сказать.

– Джессика, я хочу, чтобы ты выслушала меня. Я знаю, что мы не очень хорошо ладили и ты считала меня какой-то мошенницей. После того, что случилось, можешь ли ты теперь поверить мне, если я скажу, что это неправда? – спросила Аннабель.

– Да.

– Ты веришь, что я много чего понимаю в вещах такого рода?

– Да.

– Тогда мне нужно, чтобы ты поверила всему, что я собираюсь сказать. – Она подалась вперед на стуле. – Твоя тетя очень скоро будет здесь, и я уверена, ты задавалась вопросом, что именно тебе следует ей сказать. Очень важно, чтобы ты рассказала ей правду.

Я попыталась сесть, но не смогла.

– Но я не могу! Она подумает, что я…

Аннабель положила нежную, но твердую руку мне на плечо, удерживая меня на месте.

– Ты не знаешь, что она подумает. И не узнаешь, пока не расскажешь ей. Но ты должна рассказать.

– Но…

– Джессика, послушай! Я не могу точно сказать, что с тобой случилось, но, думаю, понимаю достаточно, чтобы знать: ты должна рассказать обо всем своей тете! Сейчас! Сегодня!

– Вы думаете, моя тетя сможет объяснить мне, что происходит?

Аннабель на мгновение замолчала.

– Да. А если она этого не сделает, то должна отвезти тебя к тому, кто сможет объяснить.

Я закрыла глаза и снова попыталась выровнять дыхание. Казалось, меня вот-вот стошнит. Все выглядело бессмыслицей, попахивало бредом.

– Но она знает про Эвана. Знает, что случилось в первом семестре, ей рассказала декан. Если она догадывалась о том, что происходит, почему не сказала мне тогда?

– Не знаю. Я уверена, у нее найдутся на то причины, – сказала Аннабель.

– Почему вы не можете просто…

Аннабель резко встала.

– Это не мое дело. Я и Дэвид – мы не должны вмешиваться, тем более в это. Я знаю, ты в замешательстве, но сейчас ты должна нам доверять. Хотя бы это ты можешь? Пообещай рассказать своей тете о том, что происходит. Мы бы сделали это вместо тебя, но…

– …вы не можете, – закончила я за нее.

– Это единственный выход.