Мёртвый крик - Арно Штробель

Тогда он набрал служебный кабинет — но трубку взял Манфред Хаук. Впрочем, было бы странно, если бы Бёмер уже добрался до Дюссельдорфа.

— Хорст, что у тебя?

— Нет, это я, Макс. Телефон Хорста сейчас у меня.

— Макс! Рад тебя слышать. Так вот почему он звонил с аппарата судмедэкспертизы. Правда, что мобильник у тебя — об этом ни слова. Как ты? Есть новости о Кирстен?

— Нет. И было бы куда легче, если бы за мной не охотился весь полицейский аппарат, — отозвался Макс. — Хорст ещё не вернулся?

— Нет, в пути. Горгес, похоже, отменит твой розыск. У нас на руках детальный анализ записи — совершенно очевидно, что её склеили.

— Я с самого начала это говорил. Но меня вдруг предпочли считать убийцей.

— Ах, Макс, ты должен…

— С этим я разберусь, когда найду Кирстен. И пусть Горгес молится, чтобы к тому времени она была ещё жива.

Он сам слышал горечь в собственном голосе — и ему было всё равно.

— Передай Хорсту: пусть перезвонит, как вернётся. И пусть наконец обзаведётся мобильником.

Эльвира Нойман не открыла и после второго звонка, но Макса это не остановило. Большим пальцем он вдавил кнопку, свободной рукой колотя в дверь. Вскоре отворилась дверь соседнего дома: на пороге появился мужчина в перепачканной майке, туго обтягивавшей шарообразный живот, и с укором уставился на Макса.

— Полиция, — бросил Макс и продолжал барабанить, пока дверь наконец не распахнулась рывком.

— Чёрт возьми, что за цирк? Долго мне ещё всё это от вас, ментов, терпеть?

— Мне нужно ещё раз с вами поговорить, — произнёс Макс настолько спокойно, насколько мог.

— Я уже сказала: мы закончили. И точка. А теперь проваливай, пока я не позвала пару парней — морду тебе начистить.

— Хватит, — оборвал её Макс. — Возьмите себя в руки. Даже если вам это безразлично, скажу прямо: ваш сын мёртв уже давно. Сейчас вы ответите на мои вопросы. Или, клянусь, отправитесь за решётку. Я обрушу на вас столько обвинений — пособничество убийству, препятствие правосудию и ещё пара статей сверху, — что ближайшие годы проведёте в камере. Там и будете браниться сколько душе угодно.

Эльвира умолкла и уставилась на него широко раскрытыми глазами. Максу оставалось только надеяться, что блеф сработает.

— Если думаешь, что меня этим запугаешь, просчитался, сынок, — ответила она, заметно сбавив тон. — Но что значит — этот неудачник давно мёртв? Я думала, это он похитил твою сестру.

— Я и сам так думал. Но, очевидно, это сделал кто-то другой. Фрау Нойман, я знаю: ваша дочь получала письма из тюрьмы.

— Ну да. Её придурок-братец писал ей время от времени.

— Я не о том. Она получала письма и от его сокамерника.

Она покачала головой.

— Понятия не имею. Думаешь, она со мной хоть о чём-нибудь говорила? Забудь.

Любопытно, с чего бы это, мелькнуло у Макса.

— А не могло так случиться, что эти письма ещё сохранились? Вы ведь наверняка где-то храните вещи Лены.

Не в первый раз она посмотрела на него так, словно перед ней стоял пришелец с другой планеты.

— Чего ещё? Что было хоть мало-мальски годное — загнала. Остальное на свалку. На кой мне это барахло?

— Совсем ничего не осталось?

— Сынок, ты, похоже, и впрямь тугодум. Нет! Ничего! Ну что, мы закончили?

— Не совсем. В последний год перед смертью у вашей дочери был друг. Вы его когда-нибудь видели?

Похоже, на мгновение она всё-таки задумалась.

— Понятия не имею. Тут то один заходил, то другой. Откуда мне знать, кто из них был её парнем?

— Может, заметили: в то время её стал чаще навещать кто-то один?

— Может, и так. Но если и было — не запомнила. У меня и своих забот хватает, знаешь ли. Обо мне ведь тоже никто, чёрт возьми, не заботится. Ну что, наконец-то всё?

Это было поистине невыносимо. Макс не сомневался: эта женщина могла бы помочь по-настоящему. Но толку не было. Он лишь напрасно тратил время.

— Да, всё. И чтобы вы и впрямь смогли позвонить, если что-то ещё придёт в голову, оставлю свой номер. Найдётся чем писать?

— Не утруждайся. Я не позвоню.

— Прошу вас. Просто на всякий случай.

Она покачала головой и шипяще выдохнула.

— Я же говорю — тугодум.

С этими словами развернулась и захлопнула за собой дверь.

Все новые книжки тут: Торрент-трекер и форум «NoNaMe Club»

ГЛАВА 38

16:03

Макс брёл по улице, не разбирая дороги, и в который раз прокручивал в голове разговоры с Маркусом Фогтом и Эльвирой Нойман. Ни одно слово не цеплялось.

Это угнетало. Он перебирал имена — кто ещё мог хоть что-то знать о Ноймане? — и в следующий миг хлопнул себя по лбу. Патриция Келлер. Как он мог о ней забыть?

С ней нужно было поговорить ещё раз, пусть даже она и злилась на него до сих пор. Она всё-таки знала Ноймана, пусть и поверхностно, а значит — лучше, чем его собственная мать. Макс снова подумал, какая всё-таки несносная женщина эта мать, — и вдруг замер на полушаге, словно налетел на стену.

То, что он искал всё это время, проступило перед ним с такой ясностью, что было попросту немыслимо, как он не разглядел этого раньше.

— Не может быть, — произнёс он вслух.

Он напряжённо перебирал детали — не упустил ли чего, не ошибся ли? Но мысль упрямо возвращалась к одному и тому же. Теперь он почти не сомневался: он знает, кто за всем этим стоит.

И это знание пугало по-настоящему. Вспомнились слова Бёмера: преступник может попытаться его убить. Похоже, напарник не ошибся. Но в этом и крылся шанс.

Макс выудил смартфон из кармана. Пальцы дрожали. Он нажал на повторный набор. Снова ответил Хаук.

— Манфред, — разочарованно протянул Макс. — Хорст так и не объявился? Мне срочно нужно с ним поговорить.

— Нет, к сожалению. Но он вот-вот должен подойти. Может, я чем-то помогу?

— Передай ему: пусть немедленно перезвонит. Спасибо.

Не дожидаясь ответа, Макс сбросил вызов и тут же набрал следующий номер. Любая помощь