Запомни меня навсегда - Сабин Дюран

Лиззи

В четверг солнце так и не показалось. Небо низкое, будто закрыто занавесом.

Отругала одиннадцатиклассников за то, что дурачились за компьютером. Выставила двух двенадцатиклассников, жевавших жвачку. Каждый раз, когда открывается дверь библиотеки, я вздрагиваю.

Сколько можно мучить себя этими «если бы»?! Не следовало мне писать то дурацкое письмо! Надо было поговорить в открытую. Так взрослые люди и поступают. Тогда разразился бы ужасный скандал. Зак все отрицал бы или повернул против меня, но мы бы через это прошли. Возможно, у него были свои причины, связанные с Шарлоттой. Его ли ребенка она носила? Не лежала ли в основе его решения именно эта трагедия? Или дело в интрижке с Онни? Или с Ханной? Или во всем виноваты трудное детство и страх боли, которую причиняют друг другу близкие люди? Я не знала, потому что не потрудилась спросить. Я затаилась. Вела себя как прежняя Лиззи – ради спокойной жизни готовая смириться даже с убийством.

Увидев ее у своего дома, замираю на месте. Я едва не бросилась туда, откуда пришла.

Она меня заметила. В руках цветы – букет хрупких синих анемонов, один цвет.

– Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста! – твердит она, бросаясь ко мне с цветами. – Мне ужасно жаль! Зря я так сделала. Прошу, выслушайте меня!

Молча прохожу мимо, вставляю ключ в замок.

– Цветы мне не нужны. Ноутбук отдай.

– Да. Простите! – Она снимает с плеча рюкзак, ставит на землю и роется в нем так поспешно, что на дорожку вываливается одежда – шарф, черный топик.

Наконец достает ноутбук и протягивает мне, не вставая с корточек.

– Благодарю.

Беру ноутбук и собираюсь закрыть дверь у нее перед носом. Если бы она стояла, мне было бы куда проще. Мне крайне неудобно, что она у моих ног.

Она поднимает взгляд. Накрашенные черной подводкой глаза кажутся огромными, она смахивает на причудливую лесную зверушку.

– Пожалуйста! – снова просит она, запихивая вещи обратно в рюкзак. Анемоны лежат на земле. – Я знаю куда больше, чем вы думаете! Я могу помочь. Мы должны сделать это вместе!

– Что именно?

Она встает.

– Найти Зака, разумеется!

Десять минут спустя Онни снова сидит на диване у меня в гостиной. Она поплакала (довольно некрасиво, так что, похоже, искренне) и объяснила, как глубоко раскаивается. Взять ноутбук она решила внезапно: увидела его на столе и подумала, что будь у нее время – непременно подобрала бы пароль. Не вышло, как и у меня, значит, надо попытаться вместе.

– Две головы лучше, чем одна, – заявляет она. – Мы ведь не враги! Нам нужно дружить, сделаем это вместе! Тогда мы поймем, что он выбрал, что было ему важнее всего!

Я почти ничего не говорю. Стою возле камина, прижав ноутбук к груди.

– Я слышала, что вы сказали, когда уходили из Сэнд-Мартина после ланча.

– Я не была на ланче.

– Ладно, в тот раз, когда вы не были на ланче. Я ушла из гостиной и направилась к лестнице. Вы что-то прошептали и выбежали из дому. Я почти ничего не поняла – вы сказали, что нужно найти Зака. Зато теперь мне все ясно!

– В смысле?

– Ведь он жив, верно?

Отвечаю не сразу:

– Разве такое возможно?

– Я думала об этом. Вчера весь день голову ломала. Похоже, он сымитировал свою смерть.

– Маловероятно, – осторожно замечаю я голосом школьной учительницы. – Слишком много людей причастны: фермер, который вызвал пожарных, водитель фургона доставки фирмы «Асда», остановивший движение на шоссе. Плюс трое с эвакуатора, вывозившие обломки автомобиля. Еще свидетели, коронеры, два разных полицейских подразделения. Это большое дело, Онни.

– Вы слышали про Джолиона Харрисона? Знаете, кто он такой?

– Знакомое имя.

– Он исчез. Пропал в Корнуолле. На той же неделе, когда с Заком случилась авария. Вам это не кажется странным?

Сердце забилось быстрее, дыхание перехватило.

– Совпадение!

– Последний раз его видели в Бьюде. Кулон сказал, что он сидел в баре, когда пришел Зак.

– Зак был в ту ночь в баре?

– Да. Там я его и нашла.

Смотрю мимо нее в окно. Новое стекло выглядит иначе. Не такое тусклое. Более ровное. Я думала, той ночью он был в Эксетере. Почему он приехал в Корнуолл так рано? Я разглядываю стекло, пытаясь держать себя в руках.

– Заку вполне хватило бы ума, чтобы все устроить! Вдруг Джолион тоже был в машине? Зак выскочил вовремя – открыл дверь, скатился в кювет, а когда машина загорелась, решил просто уйти. Или его там вовсе не было! За рулем сидел Джолион. Он и погиб. С тех пор Зак держится тише воды ниже травы. Ждет, пока все забудется, и тогда он вернется!

Я решаю ее проверить:

– Нельзя притвориться умершим и жить нормальной жизнью! Нужны документы – водительские права, паспорт, номер социального страхования. Без легального статуса невозможно ни жилье снять, ни на работу устроиться. Раньше лазейки были: находишь умершего младенца, родившегося с тобой в один год, делаешь дубликат свидетельства о рождении и выдаешь себя за другого. Однако теперь все их перекрыли. Начать новую жизнь без документов невозможно!

Я невольно повышаю голос.

Онни поднимается и идет ко мне навстречу. Глаза блестят.

– А если ты не хочешь начинать новую жизнь? – выдает она. – А если ты решил напакостить в старой?

Зак

Февраль 2012

Ей лучше. Температура спала. Говорит, что подала заявление, но я ей не верю. Лжет, как обычно. Снова все изменилось. Я чувствую. Понятия не имею, чем она там занимается в своей школе целыми днями. Изворотливая как рыба – не удержать. Приходится давить на нее изо всех сил. Теперь понимаю: любить меня ее заставил грипп, а не сердце.

Когда она задерживается, я теряю над собой контроль. Зря! Ничего не могу поделать. Пить начал рано, метался по комнатам, играл со штепселями. Проверял снова и снова. Руки болят от мытья. Все идет не так. Думаю, дело в таблетках. Она за мной наблюдает. Чувствую, как она меня оценивает. Я так сильно ее люблю, что шквал эмоций захлестывает и хочется плюнуть ей в лицо.