Пророк смерти - Крис Карлден

Бен вошел, закрыл за собой дверь и, обогнув лестницу, направился в салон. Виктор сидел в вольтеровском кресле, держа в руке коньячную рюмку. Увидев Бена, он приподнял ее в знак приветствия. В воздухе стоял дым сигары, которая покоилась в пепельнице на столике рядом с креслом. Со вкусом подобранные настенные бра излучали теплый приглушенный свет. Тяжелые кремовые портьеры, обрамлявшие стеклянные распашные двери на террасу, старая дубовая мебель, открытый камин и книжные полки во всю стену создавали в комнате атмосферу уюта.

– Вся берлинская полиция сбилась с ног, гоняясь за тобой. Но, как видишь, мой дом по-прежнему открыт для тебя, – произнес Виктор с ноткой разочарования. К тому же он был навеселе, что на него не похоже.

Бен не ответил на слова Виктора, а сразу перешел к делу:

– Ты знаешь Михаэля Рубиша? Он похитил Николь и Лизу. И менее чем через час сделает с ними то же, что с двумя другими женщинами и их детьми, если я его не найду.

Виктор жестом пригласил друга присесть. На его лице читалось недоумение.

– Я не знаю никого с таким именем, – произнес он. – Как ты вообще мог подумать, что я имею какое-то отношение к преступнику, который похитил Николь и Лизу? – Голос Виктора зазвучал резче. – После смерти Тамары я позаботился о том, чтобы тебя выпустили на свободу. Затем умирает вторая женщина, и снова все улики указывают на тебя. Не знаю, стоит ли и дальше верить тебе. Бен, что с тобой не так?

Бен выдержал укоризненный взгляд Виктора.

– Полиция больше не подозревает меня. Следы ведут к монастырскому интернату. Михаэль Рубиш – убийца обеих женщин.

– Насколько я знаю, все улики по-прежнему против тебя, – сухо возразил Виктор.

Тут Бен не выдержал:

– Сумасшедший похитил Лизу и Николь и выдвинул мне ультиматум. Если я не успею найти его, он убьет Николь, а Лизу заставит смотреть на это. – Бен повысил голос.

Виктор же невозмутимо и явно с наслаждением сделал глоток коньяка.

– Твоя семья бросила тебя. После того случая в Эфиопии твоя психика неустойчива. Кто знает, что творится в твоей голове?

– Я знаю, что у тебя связь с Николь, – повысил голос Бен. На глаза ему навернулись слезы.

– Еще одна причина, почему ты хочешь убить ее, – возразил Виктор. Потом прошипел: – Думаешь, я не знаю, что у тебя тогда была интрижка с Вероникой?

Бен лишился дара речи. Он всегда пресекал заигрывания Вероники. Но все равно удивился, что Виктор знал о влюбленности своей жены в Бена. Неужели столько лет спустя Виктор хочет отомстить и увести у него жену? Бен вдруг почувствовал глубочайшую ненависть, которая исходила от Виктора. Но все равно решил не углубляться сейчас в эту тему.

– Ты ошибаешься, – сказал он.

Виктор лишь презрительно фыркнул. Тогда Бен попытался по-другому вытянуть что-нибудь из Виктора. Он чувствовал: тот что-то скрывает.

– Мне кажется, ты знаешь о Михаэле Рубише нечто такое, что может привести меня к нему. Возможно, ты даже в курсе, где он прячется.

Виктор встал и с вызовом посмотрел на Бена:

– Да ты совсем рехнулся!

– Михаэль Рубиш до недавнего времени учился в монастырском интернате.

– Я повторяю, ты спятил.

Бен постепенно терял терпение. У него уже не было времени на какие-то игры. Он был готов на все. И накопившаяся злость сочилась из каждого слова, которые, как стрелы, летели в Виктора:

– Эту информацию я получил от Бертольда Эрленбаха и его экономки Марлен Рубиш. Еще полчаса назад я вместе с комиссаром Сарой Винтер и восемнадцатилетней девушкой, чью сестру похитил Михаэль Рубиш, находился в том пыточном подвале, который тебе отлично знаком. Меня они отпустили, чтобы я попытался спасти семью. И я это сделаю.

Улыбка Виктора исчезла.

– Я также знаю о твоей тайной страсти, этих фильмах со сценами насилия, в которых убивают людей. Это наверняка заинтересует и полицию.

Лицо Виктора превратилось в застывшую маску. Он залпом выпил коньяк, подошел с пустой рюмкой к бару и налил еще.

И тут Бена посетила догадка. А может, Виктор сам имеет какое-то отношение к убийствам и похищению? Благородные манеры и доброжелательный характер оказались лишь фасадом, за которым скрывался человек, получающий наслаждение от сцен, где людей мучают и убивают. Чем дольше Бен об этом размышлял, тем отчетливее вырисовывалась картина. Вероника ушла от него, забрав их общего сына Йоханнеса. Неужели Виктор все эти годы винил в этом Бена?

– Эрленбах дал мне видеокассету. Он сказал, на ней записано то, чего ты боишься.

Виктор снова ничего не ответил. Его взгляд скользнул мимо Бена к двери. Обернувшись, Бен тут же понял, что уже не сумеет спасти Николь и Лизу. В дверном проеме гостиной стоял мужчина. Его голова была перевязана, в руке он держал пистолет и целился в Бена.

– Наконец-то вы здесь. Можете арестовать его, – сказал Виктор главному комиссару Лутцу Хартману.