Голубые огни Йокогамы - Николас Обрегон

НАГАСАКИ/ОСТРОВ ГОТО

Ивата не дыша открыл альбом. С оборотной стороны каждого снимка было указано место съемки.

• Парк мира в Нагасаки

• Голландский склон

• Музей атомной бомбы

• Окулярный мост

• Музей изобразительного искусства префектуры

• Нагасаки

• Католическая церковь Оура

• Католическая церковь Куросаки

• Храм Митимори

На этом альбом заканчивался.

Однако между последними страницами обнаружился конверт коричневого цвета. А в нем — еще фотографии. И на них ни одной надписи.

Супруги Оба поднимаются на борт маленького самолета.

Госпожа Оба смотрит на фотографа через окно, подняв вверх большие пальцы.

Господин Оба спит с приоткрытым ртом.

Какой-то национальный парк с высокими скалами и вулканическими образованиями конусообразной формы.

Супруги Оба садятся в кабинку фуникулера.

Супруги Оба перед самой кабинкой, оба с легким загаром.

А следующее фото почти идентично тому, что он взял из комнаты Дженнифер. Только на нем крупным планом господин Оба и лишь часть волос Дженнифер.

Теперь Ивата понял, что они находились не в помещении, а в кабине фуникулера — где-то в префектуре Нагасаки. Следующая фотография… У Иваты перехватило дыхание.

— О господи.

На ней были все. Супруги Оба. Дженнифер с отцом. Молодой Цунемаса Канесиро. Хидео Акаси, которому нет и тридцати. Все мертвецы вместе.

— Попался, — прошептал Ивата снова. — Сукин ты сын. Я тебя нашел!

Ивата рассматривал тех, кого не видел прежде. Акаси с девушкой, возможно с женой. Маленькая девочка лет десяти.

И какая-то женщина с безучастным лицом — сидит на полу, в грязной, не по сезону теплой одежде. Последняя фотография — прекрасная панорама островов и океана, сияющего в лучах заката.

Ивата сложил фотографии вместе и ринулся к выходу.

Шторм словно собрался с мыслями и наконец обрушился на берег.

Ивата бросил коричневый конверт на пассажирское сиденье, снял мигалку с базы и прикрепил на крышу. Включив сирену, он понесся с бешеной скоростью, на ходу набирая номер:

— Давай же, давай!

Наконец Синдо ответил:

— Ивата?

— Хидео Акаси был женат?

— Что?

— Нет времени, Синдо. Был или нет?

— Да. Один раз. То есть жена его бросила, но…

— У нее были веснушки? Рост примерно метр шестьдесят?

— Да, но какого черта…

— Синдо, прошу, просто отвечайте на мои вопросы. Откажетесь, будут новые жертвы. Итак, жена Акаси жива?

— Юми? Жива. Но тебе не мешало бы мне рассказать, что все это значит.

— Синдо, я понял, по какому принципу он их выбирает. И знаю, где он нанесет следующий удар.

Ивата промчался на красный, в направлении автострады, стараясь четко формулировать свои мысли.

— Объясни!

— Почему-то это связано с поездкой на фуникулере в 1996 году где-то в префектуре Нагасаки. Причины пока не знаю, но вы должны приставить к этой женщине круглосуточную полицейскую охрану, и немедленно. Если вы этого не сделаете, он зарежет и ее, и всех, кто окажется рядом. В опасности еще двое, но их личности я пока не установил.

Синдо вздохнул. Голос его дрожал.

— Ивата…

— Я знаю, что вы хотите сказать, но я уверен в своей правоте.

— А если ты ошибаешься?

— Заявление об отставке будет у вас на столе на следующий день.

Долгая пауза.

— Если я соглашусь, тебе придется мне все объяснить.

— Сестру Мины Фонг убил этот урод, Черное Солнце. Ее смерть была самой первой. Более того, я уверен, что он убил и саму Мину.

— Мину Фонг?!

— Для отвлечения внимания, Синдо. Дымовая завеса.

— Слушай, парень, ты больше не ведешь дело. Ты не имеешь права вмешиваться…

— Вообще-то, веду. — Ивата с силой нажал на гудок, обгоняя джип. — Уже десять минут как.

— Что ты несешь?

— Если Мина Фонг — очередная жертва Черного Солнца, значит, расследование дела о ее убийстве ведется не по тому следу, что доказывает невиновность Масахару Идзавы. Посмотрите видеозапись из ее квартиры. Все станет очевидно.

— Мать твою, Ивата…

— Вы сами сказали, что вопросы вызвало мое поведение, а не то, как я вел расследование. Значит, по протоколу, до заседания дисциплинарной комиссии дело должно быть возвращено на доследование, а мне должны вернуть полномочия следователя. По протоколу, Синдо.

Ивата так и видел, как старый служака невидяще уставился в окно и обдумывает услышанное.

— Заседание комиссии 11 марта. Ты понимаешь, что осталась всего неделя?

— Понимаю.

Синдо рассмеялся:

— В Джеронимо Стилтона играешь, да?

— Синдо, сейчас не время хохмить.

— Ладно, ладно. Я приставлю охрану к бывшей жене Акаси. Сейчас пришлю тебе адрес. Но я не могу дать тебе людей — твоя репутация подмочена. Никто не станет с тобой работать. В оставшееся время тебе придется справляться самому — это все, что у тебя есть.

— На большее я и не рассчитывал, шеф.

— Ладно, ты снова в деле.

Ивата отключился и прибавил скорости.

Краем глаза он взглянул на папку с делом Икуо Уно, которую раздобыл Хатанака. На обложке — полустертая наклейка: