Винодел - Алан Джекобсон

— Я сбегаю в туалет, потом схожу на тренажеры.

— Я. Буду. Здесь, — выдавила из себя Диксон, делая последний рывок.

Вейл ушла, а Диксон, опустив штангу, переключилась на жим от плеча: добавила диски с обеих сторон, села на лавку… Но ей не хватало напарника. Поскольку ходила она сюда в позднее время, ни с кем из завсегдатаев подружиться не удалось. Но все-таки обычно находились добровольцы, которым она оказывала ответную услугу.

За спиной у нее, возле стеллажа с дисками, стоял подтянутый, спортивного телосложения мужчина с внушительными гантелями в руках. Он поднял их одним легким движением и начал качаться.

Очевидно, поймав на себе взгляд Диксон, он улыбнулся.

Диксон улыбнулась в ответ. Слишком, пожалуй, широко улыбнулась — эта улыбка значилась в ее репертуаре как кокетливая. Она подошла к незнакомцу.

— Извините, что отрываю…

Мужчина с грохотом опустил гантели на пол и, мельком глянув на лавку, спросил:

— Вам помочь?

Она снова улыбнулась и игриво повела бедрами.

— Если вас не затруднит.

— Ерунда, — отмахнулся он.

Чем ближе он стоял, тем шире распахивались ее глаза. Диксон определенно нравилось то, что она видела. Ее влекло к нему, а они ведь еще даже не познакомились.

— Вы сюда часто приходите? — спросила она.

— Последние пять лет каждый день. А вы?

— Стараюсь заглядывать по вечерам после работы, но далеко не всегда это удается. — Она протянула ему руку. — Роксана Диксон.

— Джордж. — Он снял перчатку и бережно сжал ее ладонь в своей. — Джордж Панда.

«Кожа нежная, рукопожатие — настоящее мужское».

— Спасибо, что вызвались помочь.

— Может, и вы сделаете для меня то же самое.

— Вряд ли у меня хватит сил. — Это еще мягко сказано. С другой стороны, он, скорее всего, просто флиртовал с нею, как и она с ним. — Но я попробую.

Диксон натянула перчатки, уселась на лавку и заложила руки за перекладину. Крепко ухватившись и сделав глубокий вдох, она вдруг поняла, что на ней спортивный топик с глубоким вырезом и, если она поднимет штангу, ее грудь можно будет рассмотреть во всей красе. Впрочем, как пелось в фильме «Продюсеры», «когда есть что показать, не надо прятать».

Диксон вынула штангу из гнезда и принялась мерно поднимать и опускать ее. Панда страховал ее, но его помощь понадобилась только на двенадцатом, уже замедленном рывке, который сопровождался жалобным стоном.

— Давай еще разок, — сказал Панда. — Я помогу.

Она постепенно опустила штангу и попробовала было поднять еще раз. Из горла ее вырвался крик, спина выгнулась.

— Ну же, Роксана, — сказал Панда, — я знаю, ты можешь. Чуть-чуть повыше.

Он держал руки наготове, прямо перед перекладиной, чтобы в случае чего перехватить.

Она подняла штангу, выпрямив руки, но они так дрожали, что он понял: пора вмешаться.

— Забирай, — простонала она.

Панда уложил штангу в гнездо. Диксон расслабленно вытянула руки и для пущего эффекта еще и высунула язык.

— Молодец!

Встряхнув руками и ногами, она встала и поблагодарила своего помощника.

— Не за что. — Он оглянулся и смущенно потер руки. — А давай так: ты меня в ответ страховать не будешь, зато разрешишь пригласить тебя на ужин.

Диксон изумленно вскинула брови.

— Ого… Ну, я с удовольствием.

Она даже не сразу поняла, что сказала это вслух.

— В субботу тебя устроит?

— В субботу? Я… Знаешь, давай как-нибудь в другой раз. У меня сейчас очень много работы, и я еще не знаю, что будет на выходные.

— Эй, Медведь, как поживаешь?

К ним приближался крупный, высокий мужчина, чуть стройнее Панды, со стрижкой ежиком и походкой военного. В руках у него была почти пустая двухлитровая бутылка из-под воды.

— Медведь? — недоверчиво переспросила Диксон.

— Роксана, знакомься, это мой приятель Джеймс Кэннон. Медведь — мое прозвище.

— А-а, — кивнула, прищурившись, Диксон. — Поняла. Панда. Медведь.

Кэннон шутливо толкнул Панду в бок.

— Джорджу не нравилось, когда я так его называл в качалке. Бодибилдеры его потом дразнили — думали, это такое ласковое прозвище.

— Дайте-ка я угадаю. Вас, наверное, все называют Кэнноном.

— Нет, Бобом, как режиссера. — Он расхохотался. — Да шучу я. Джимми.

— А я думала, ты тут спортом занимаешься.

Диксон обернулась: это Вейл подошла сзади и теперь удивленно рассматривала Панду и Кэннона.

— А мы и занимались спортом. Вернее, я. Карен, это Джордж, а это Джимми.

Панда протянул руку, на этот раз не потрудившись снять перчатку.

— Джордж Панда.

Кэннон просто переложил бутылку в другую руку и крепко пожал руку Вейл.

— Карен Вейл, очень приятно. У нас совсем мало времени, — напомнила она, легонько подталкивая Диксон. — Давай в душ и на работу.

— Вы вместе работаете? — спросил Панда.

Диксон вытерла лоб полотенцем.

— Я следователь в окружной прокуратуре.

— Я знал одного человека из ОП. — Панда покачал головой. — Давно это было…

Кэннон окинул Вейл оценивающим взглядом.

— Давайте я угадаю. Вы юрист, да?

— Упаси боже! — фыркнула Вейл. — Я работаю в ФБР. В Вирджинии.

— ФБР? Здорово!

— Проводите отпуск в винной столице? — спросил Панда.

— Приехала в отпуск, — поправила его Вейл. — Но работа меня и тут настигла.

— Неприятности? — сочувственно поинтересовался Панда, переводя взгляд с Вейл на Диксон.

— Это секретная информация, — сказала Вейл. — И поверьте: лучше вам этого не знать.

— У меня такое чувство, что мы с вами уже где-то встречались, — сказал Кэннон.

Вейл покачала головой.

— Я совсем недавно сюда приехала.

— А вы кем работаете? — спросила Диксон.

Джордж застегнул липучку на перчатке.

— Финансовым консультантом.

— В какой-то фирме или самостоятельно?

— Нет, я солист. — Он поправил застежку на второй перчатке. — Когда-то работал на корпорацию и поклялся, что больше никогда не буду ни перед кем отчитываться.

— О нет, — простонал Кэннон, — только не это! Сейчас опять начнется лекция о корпоративных ужасах.

— Не волнуйся, Джимми, лекцию я читать не стану. — Панда обернулся к Диксон и Вейл и пояснил: — Просто некоторым людям кажется, что они умнее других, а так нельзя. Я устал от этого.