Дьявольская рулетка - Себастьян Фитцек

Пограничник уже во второй раз изучал ее новенький американский паспорт с помощью своего считывающего устройства. У всех остальных, прошедших контроль до нее, это не продолжалось так долго. Сьюзен поменяла руку, на которой несла маленькую Майю, и улыбнулась молодому парню. Вообще-то он выглядел вполне милым, если закрыть глаза на крупный прыщ между бровей и красные точки на шее, которые свидетельствовали о неумелом обращении с дешевыми одноразовыми бритвами.

Никакой реакции. Вместо того, чтобы ответить ей улыбкой, служащий впился глазами в поддельный паспорт, словно это было уведомление об удержании из его маленькой зарплаты. Потом схватился за телефонную трубку.

Что случилось? До сих пор не было никаких проблем с документами. Они были безупречными. Кроме того, она ведь собиралась всего лишь в Швейцарию, а не в Багдад.

Пока человек дозванивался в какой-то офис аэропорта Эль Прат, он поочередно сравнивал фото Сьюзен с ней самой. Она могла представить, какой сумбур царит в его голове. Что-то в ней бросилось ему в глаза, и он, казалось, не мог это правильно оценить. Пограничник пожал плечами. Очевидно, к телефону никто не подходил.

С коротким вздохом он протолкнул ей паспорт под щитком прозрачного стекла и мрачно кивнул следующему в очереди.

«Что бы это значило»? — удивленно спросила себя Сьюзен и пошла дальше. Табличка с объявлением обращала внимание пассажиров на ужесточившиеся требования к безопасности. Если они имеют при себе ноутбук, то его надо вынуть из сумки. Женщинам и мужчинам в сапогах рекомендуется поставить их на ленту для просвечивания. Сьюзен не пришлось делать ничего подобного. На ней были легкие сандалии из ремешков, которые подчеркивали изящные щиколотки. А ее ручная кладь состояла из Майи на руках, сумки с детскими вещами, мобильника и ключа в правом кармане брюк. Он должен был подойти к ячейке камеры хранения на центральном вокзале Цюриха, в которой лежало описание маршрута к убежищу и имя нового контактного лица. Квартира на Плайя де Каталунья и ее прежний доверенный в Барселоне уже отслужили свой срок.

Женщина, стоявшая перед ней, тоже летела с ребенком. Маленький мальчик в футболке с динозавром был примерно лет пяти. Его мать крепко сжимала его руку, словно они стояли у кассы супермаркета и ей приходилось следить, чтобы он не положил без спроса сладости на ленту кассы. Малыш обернулся и улыбнулся Майе. Сьюзен поцеловала своего младенца и погладила нежный пушок на его головке. При этом стоящий перед ней мальчик увидел ее лицо, и его взгляд мгновенно изменился. Его улыбка погасла и сменилась открытым удивлением. Сьюзен быстро обернулась. Оглянулась на паспортный контроль. Потом снова на мальчика в футболке с динозавром, которого мать уже увлекала дальше.

«Что здесь происходит? — снова спросила она себя. Малыш смотрел на нее с таким же выражением, как до этого служащий на паспортном контроле. — Что-то с моим лицом? Что-то со шрамами?»

Ей срочно нужно было зеркало.

Подошла очередь Сьюзен, она положила сумку на ленту, а ключ — в зеленый пластиковый лоток.

— Нет, — кратко ответила она на вопрос толстой испанки за аппаратом для просвечивания багажа. — Ничего другого нет.

Теперь она могла идти, но вдруг поняла, почему тот пограничник так долго изучал ее паспорт. И почему мальчик в футболке с динозавром все еще показывал на нее пальцем, пока мать, не обращая на него внимания, вела его к выходу на вылет.

Сьюзен видела собственное лицо без всякого зеркала: на экране телевизора. Он висел над кассой в магазине дьюти-фри, прямо напротив контроля. Текст под кадром гласил: «Donde esta Leoni Gregor?»^[37]

Сьюзен как в трансе прошла процедуру личного контроля. Следуя указаниям скучающей блондинки с рыжими перышками в волосах, она ставила ноги поочередно на маленький серый табурет, при этом ни на мгновение не отводя взгляда от беззвучного экрана.

«Где находится Леони Грегор? Кто знает эту женщину?»

Вспыхнул номер. А потом в правом углу экрана появилось то, чего Сьюзен больше никогда не желала видеть. Фотография человека, о котором она грезила, еще будучи Феодорой Шуваловой. Которого любила больше, чем себя, уже нося имя Леони Грегор. И из-за которого ей сейчас приходилось скрываться под американским именем Сьюзен Хендерсон, чтобы не умереть из-за его предательства. Она увидела фотографию своей самой большой любви и одновременно злейшего врага. Отца девочки, лежавшей у нее на руках. Яна Мая.

— Кажется, бэби, тут кто-то жаждет с тобой поговорить, — сказал шалопайского вида юнец, джинсы которого без ремня держались на бедрах.

Он ухмыльнулся ей, проходя мимо со своими смеющимися друзьями. Только теперь она заметила, что уже прошла контроль и направлялась к магазину дьюти-фри. Действительно, мобильник в ее руке звонил.