Янтарные цветы - Джулия Хиберлин

– М-да, неприятно. – Я закрываю крышку. – Ничего, я потом запущу вторую партию стирки.

– Да у тебя там почти пусто! – восклицает Чарли. – Подожди, я мигом сбегаю. Мне завтра ничего нельзя забывать, команда просто не выдержит очередной пробежки!

Она уже стянула с себя одежду и стоит в одном лифчике, трусах и гольфах – моя веселая, мелодраматичная юная американка до мозга костей. Четырнадцать лет назад она была очаровательным розовым свертком, который послали юной Тесси, чтобы та еще пожила на белом свете.

– Ничего страшного. Я все постираю. Не хочу, чтобы вещи полиняли.

Я вру – и одновременно нет.

Я уже надела пижаму – и тут вспоминаю, что надо позвонить Джо. Она сразу берет трубку.

– Тесса! – восклицает она.

– Простите, что так поздно звоню.

– Ничего. Билл рассказал про вашу поездку. Лед, горе и ни грамма текилы. Звучит ужасно. Можете заскочить завтра ко мне в офис?

– Да, конечно, – быстро отвечаю я, хотя самой больше всего на свете хочется запереть дверь и больше никогда не выползать из дома.

– Надо немного ввести вас в курс дела перед встречей, потому что это будет частью презентации, – тараторит Джо. – Я кое-что от вас утаила… боялась переборщить с информацией. Полторы недели назад один из моих практикантов заканчивал каталогизировать останки Сюзанн из двух гробов. Как вы понимаете, там было полно мусора: пыли, грязи, глины, осколков костей. Я хотела удостовериться, что мы отфильтровали абсолютно все. Умудрился же первый следователь упустить из виду третью правую бедренную кость. Кстати, мы подняли несколько его других дел – и тоже нашли ошибки.

– Не томите, Джо, – говорю я.

– Мой студент нашел подозрительный хрящик. Я подтвердила его догадки: хрящ принадлежал плоду. Одна из неопознанных жертв оказалась беременна девочкой. Мы только что сверили ДНК ребенка с ДНК Террела и можем с уверенностью сказать, что он – не отец. Мы добавим образцы ее ДНК в криминалистические базы данных – возможно, найдем еще одно совпадение. Новую зацепку.

Ну конечно, Террел – не отец!

Я мысленно начинаю считать. В могиле лежали шесть девочек: мы с Мерри, Ханна, две неопознанные жертвы и один ребенок. Кто-то из них вновь начинает зудеть у меня в голове – на всякий случай, вдруг я забыла?

Все ответы – у меня.

Сентябрь, 1995

Мистер Вега: Тесси, можешь нам немного рассказать про «пыльцу Чернооких Сюзанн»?

Мисс Картрайт: Это трудно объяснить. Термин придумала моя подруга Лидия.

Мистер Вега: Все же постарайся. Расскажи, например, про тот случай, когда ты вышла под проливной дождь – и отец не мог увести тебя обратно в дом.

Мисс Картрайт: Я думала, если постою под дождем подольше, он смоет с меня всю пыльцу.

Мистер Вега: Ее видно?

Мисс Картрайт: Нет.

Мистер Вега: А когда ты впервые ее заметила?

Мисс Картрайт: В день выписки из больницы. Еще раз: я ее не вижу. Какое-то время мне казалось, что дело в кондиционере для белья. В мыле. В стиральном порошке. Поэтому мне и не удается от нее избавиться, думала я.

Мистер Вега: Сейчас пыльца тоже есть?

Мисс Картрайт: Немного. Самое ужасное было, когда она попала в спагетти с тертым пармезаном. Я потом всю ночь блевала.

17 дней до казни

На огромном столе в конференц-зале нет никаких костей. Только одинокая коробка с салфетками «Клинекс». У меня такое чувство, что кто-то вбил гвоздь в мое сердце.

По всей видимости, на встречу, устроенную Джо, я пришла первой. В комнате никого, только стол и стулья – да остаточные флюиды боли после встречи с мамой и братом Ханны. Если бы существовал какой-нибудь УФ-фонарь для поиска следов горя и гнева, здесь все стены оказались бы испещрены жутким граффити в духе Дали. Сколько семей сидело за этим столом, ожидая, пока их любимых загонят в упрямые рамки криминалистической науки?

Дверь за моей спиной со щелчком закрывается. Флуоресцентный свет так палит с потолка, что почти останавливает ток крови в жилах. Я сажусь на стул, в котором совсем недавно сидел брат Ханны, и пытаюсь выключить мысли.

Дверь открывается, и в зал заходят сразу все участники встречи. Билл, лейтенант Майрон, Джо и ее русский друг Игорь Аристов, тот самый гений из Галвестона.

– Игорь – как Игорь Стравинский, – сказала мне Джо по телефону в тот вечер, зная, конечно, что я сразу представила себе горбуна из «Франкенштейна», а вовсе не автора «Весны священной».

Этот Игорь, однако, не горбун. У него нет черной накидки с капюшоном и жутких вытаращенных глаз. Он высокий и подтянутый, одет в штаны цвета хаки и красное «поло». Глаза теплые, карие. Из уголков глаз бегут морщинки – но почти сразу останавливаются. Едва заметная проседь на висках.

Игорь подходит ко мне и крепко пожимает мою руку.

– Вы, как я понимаю, Тесса. Очень рад знакомству.

У него сильный акцент, и большинство женщин на моем месте уже воображали бы, как он снова и снова произносит их имя в любовном пылу. Это не про меня. Я пришла сюда только потому, что хочу помириться с Джо. Все эти «если бы» да «кабы», которыми будет пестрить речь Игоря, мне неинтересны. Или этот гений сейчас сотворит чудо на моих изумленных глазах, или мне надо прислушаться к совету Билла: смириться с участью Террела.

Лейтенант Майрон садится первой. Интересно, я выгляжу такой же убитой, как она?

– Давайте все присядем, – говорит Джо. – Не будем тянуть время, у Эллен была тяжелая ночь.

– Полицейский застрелил свою молодую жену. По одной пуле за каждый месяц совместной жизни – всего шесть. Начинай, Джо.

Джо кивает. От волнения она никак не может унять свои руки: первый раз вижу ее в таком состоянии.

– Обычно я посылаю Игорю образцы стертых в порошок костей, а он изучает их и высылает мне готовые результаты исследований. Но это бумажки, переписка между двумя учеными. Я хочу, чтобы вы трое услышали все из первых уст: вдруг какая-нибудь мелочь поможет что-то вспомнить. – Она старательно прячет глаза от меня. Ясно, кому здесь больше всего требуется такая помощь.

Игорь устроился во главе стола.

– Я – геохимик. И геолог-криминалист. Основы изотопного анализа кто-нибудь изучал? – Игорь обводит нас взглядом. – Хорошо, тогда я попробую объяснить на пальцах. Жертв я буду называть «Сюзанна номер один» и «Сюзанна номер два». Я получил образцы бедренной кости Сюзанны номер один и образцы черепа и зубов Сюзанны номер два. Кроме того, Джо прислала мне образцы плода, принадлежавшего Сюзанне номер два. Я сумел установить, что одна женщина прожила большую часть жизни в Теннесси, а вторая – почти наверняка из Мексики.

– Что? – Билл своим удивлением взрывает напряженную обстановку в комнате. – Откуда вы можете это знать?