Немая девочка - Микаэль Юрт

– Да, никогда.

Ложь вырвалась автоматически. Он никогда не рассказывал о Сабине и Лили. Женщины были склонны цепляться за это. Хотели узнать больше. А когда узнавали, с сочувствием восклицали: «Боже, какой ужас!». Правда, с Марией Себастиан не испытывал такого эмоционального зажима. Пожалуй, он даже смог бы рассказать ей правду. Однако время еще не пришло.

– У меня еще есть мороженое и все для вафель, если вам захочется, – сменил он тему разговора.

– Мы обожаем вафли, не правда ли, дорогая?

– Тогда мне остается только найти вафельницу, – сказал Себастиан и повернулся к кухонным шкафчикам, чтобы начать поиски.

Ему казалось, что когда-то давно он видел там вафельницу. Он не помнил, чтобы когда-нибудь ею пользовался, но определенно видел ее. Присев на корточки, он принялся искать в нижнем шкафчике, справа от плиты. Ведь, наверное, там люди обычно хранят крупные хозяйственные предметы – так, по крайней мере, поступала его мать, и если он убирал вафельницу, то подсознание, скорее всего, позаботилось о том, чтобы он поместил ее именно туда. На трех полках ему попались кухонный комбайн, большие кастрюли и сковородки. Как вся эта утварь попала к нему в шкафчик? Часть, возможно, приобрела Эллинор, но точно не все. Может, Лили? Но они не жили в квартире особенно долго, а в основном находились в Кельне. Он слышал, как у него за спиной Мария продолжает распаковывать продукты. Она сделала замечание Николь, которая запрыгнула на один из стульев у стола, прямо на мороженое, сладости и фрукты. Николь, похоже, получала удовольствие, она активно участвовала глазами в празднике исследования. Себастиан почувствовал себя уютно и принялся копать дальше. Переместился к другому шкафчику. Позади фондюшницы, которой он тоже не помнил, показался черный электрический провод, настолько старый, что был обмотан каким-то жгутом. Вытащив фондюшницу, он наконец увидел вафельницу. Основательная, в бакелитовом корпусе, она казалась очень древней. Теперь он, по крайней мере, вспомнил, откуда она взялась. Из наследства дяди. Тогда Себастиан забрал несколько коробок – в основном, чтобы позлить отца, который был явно настроен присвоить все себе. Вот только работает ли эта вафельница? Себастиан ею никогда не пользовался. Он повернулся к Марии и уже собирался сказать что-нибудь по поводу древности этой штуки, когда кухню пронзил сердитый звонок мобильного телефона.

– Это мой. Я включила его, чтобы проверить сообщения, – объяснила Мария, доставая из кармана телефон с сенсорным дисплеем. – Номер мне не знаком.

Себастиан ощутил укол беспокойства.

– Ответить? – неуверенно спросила она, подходя к нему поближе с телефоном в руке. Себастиан секунду поколебался.

– Только не говорите, где вы. Это важно.

Она провела большим пальцем по дисплею, чтобы ответить, и поднесла телефон к уху.

– Алло?… Да, это я.

Себастиан подошел на несколько шагов ближе. Он улавливал голос мужчины на другом конце, но совсем не слышал, что тот говорит. А Мария слышала.

– Да, верно.

Она казалась удивленной. Но не испуганной или встревоженной, что успокоило Себастиана, – ей, во всяком случае, не угрожают. Однако его любопытство возрастало. Внезапно Мария возмутилась:

– В данный момент я не могу об этом думать. – Возмущение перешло в злость. Это произошло быстро. – Нет, я не понимаю, зачем вы мне звоните.

Она резко закончила разговор. Посмотрела на Себастиана. Возмущенная до предела.

– Звонили из какой-нибудь газеты? Они могут быть довольно беспощадными, – сказал он, подходя ближе. Ему хотелось успокоить ее, обняв за плечи.

– Это был какой-то адвокат. Он интересовался, не хочу ли я продать хутор.

– Какой хутор?

– Тот, где жила сестра.

Себастиан как будто не совсем понял ее.

– Кто-то хочет купить у вас хутор? Через неделю после убийства?

– Да, какая-то компания. Называется «Филбо что-то там». Циничные мерзавцы!

Себастиан протянул руку. Он не сомневался в том, что это что-то означает. Ему надо было установить, что именно.

– Можно ваш телефон?

Мария неловким движением передала ему мобильный. Себастиан сразу понял, что этот аппарат слишком продвинутый для него.

– Как я могу посмотреть последний входящий разговор? – спросил он, возвращая телефон.

Пара касаний и несколько простых движений по дисплею – и он получил телефон обратно.

08.

Стокгольмский номер.

После двух гудков ему ответил мужчина.

– Адвокатская контора «Лекс Легали», Рикард Хегер.

Себастиан узнал тон и тембр низкого голоса.

С Марией действительно разговаривал этот мужчина.

Себастиан ушел в кабинет и закрыл за собой дверь. Он пытался не слишком волновать Марию, хотя подозревал, что его суровый разговор с Рикардом Хегером ее едва ли успокоил. Он старался держать нейтральный профессиональный тон, но Хегер изворачивался и отказывался отвечать. Тогда Себастиан отдал телефон Марии, чтобы та разрешила Рикарду раскрывать частную информацию. Когда и это не подействовало, Себастиан пригрозил полноценным полицейским расследованием. Тогда он, по крайней мере, добился ответа.

Хегер представлял «Filbo Sweden AB» – дочернюю фирму горнодобывающей компании «FilboCorp Ltd», зарегистрированной на бирже в Торонто. Рикард попросил прощения, если его вопрос так скоро после трагедии был воспринят как неподобающий, но его клиент хотел пораньше заявить о своем интересе к этой недвижимости. Если они правильно поняли, Мария теперь является единственным владельцем. Обратиться с запросом к тому, кто контролирует сто процентов недвижимости, не представлялось ему странным.

Это просто бизнес.

Себастиан попытался выдавить дополнительные сведения. Обсуждали ли они раньше возможность сделки с теперь уже покойной сестрой?

Хегер отвечать отказался.

Себастиан еще немного погрозил своими коллегами и прессой, но больше никакой информации не получил. Рикард Хегер совершенно очевидно был компетентным адвокатом.

Впрочем, теперь ему предстояло столкнуться с компетентной Госкомиссией. Вопрос был только в том, как Себастиану заставить Торкеля заинтересоваться этим следом, а не остановиться на простом «нет».

Лучше всего, вероятно, сказать, как есть. Торкель, наверное, раздосадован отсутствием мотивов, и звонок из адвокатской конторы представлялся лучшим, что появилось за долгое время.

Возможно, есть и другие, кто заинтересован в хуторе.

Возможно, о компании «FilboCorp» можно найти больше информации.

Он решил позвонить Торкелю.

Маленькая комната, которую им выделили в отделении полиции Турсбю, не имела проектора, поэтому Билли поворачивал свой компьютер так, чтобы все присутствующие могли видеть изображение на экране. Три кирки, которые Торкелю напомнили золотую лихорадку в Америке, располагались так, что образовывали треугольник. Внутри него имелись буквы «F» и «C» зеленого цвета – вероятно, подчеркивая интерес к вопросам окружающей среды, а над всем этим лежало зубчатое колесо или, по крайней мере, нечто его напоминающее.