Лазарь - Ларс Кеплер

– Посмотрим, – пробормотал он. – Да, вот оно… “Причина – полное прекращение артериального кровоснабжения мозга”.

– Можно глянуть?

Сага присела на край стола и стала просматривать материалы. Оказывается, брат Корнелии пролежал в могиле на задах своего жилища на Хёгмаршё не меньше трех месяцев, но умер от обезвоживания через неделю после самоубийства Корнелии.

– Брат с сестрой помогали Вальтеру каждый на свой лад, а теперь оба мертвы, – заметила она и съехала со стола.

На какие соглашения с Вальтером пришлось пойти Корнелии и Эрланду? Вероятно, брата и сестру погубили попытки угодить ему, чтобы спасти себя и друг друга.

Несчастные понятия не имели, насколько он опасен.

Йона предупреждал: пытаясь заключить договор с Вальтером, ты лишь еще больше запутаешься в его сети.

Сага так и видела перед собой старинную рыболовную вершу; она лежала на мелководье, и ее большие деревянные кольца образовывали туннель, из которого не было выхода. Вход устроен так, что рыбы легко заплывают в вершу, но выбраться из сети практически невозможно.

Саге на телефон упало сообщение: полиция объявила тревогу, к расследованию подключился Интерпол.

– Объявили государственный розыск, – вполголоса сказала Сага.

– Я слышал.

– Личность Бобра так и не установили?

– Нет.

Сага подошла к карте Лилль-Янсскугена и промышленной зоны Альбано. Проследила, куда тянутся железнодорожные пути, рассмотрела пометки в местах, где обнаружили жертв. Когда-то Юрек зарывал людей заживо именно там.

Она не сводила глаз с пометок на карте. Как Вальтеру удавалось регулярно навещать могилы, разбросанные на площади примерно в три миллиона квадратных метров?

И это лишь одно из его кладбищ.

Вероятно, у него имелись карты или списки координат.

И несмотря на годы поисков, полицейским так и не удалось их найти.

Полиция даже не знает, где живет Вальтер.

Квартира, в которой он зарегистрирован, судя по всему, не более чем фасад.

В старом гастарбайтерском бараке, где ютился когда-то Игорь, тоже не оказалось никаких следов Вальтера. Техники и кинологи с собаками обыскали весь гравийный карьер, окружающие дома и тайники, но Юрек, похоже, туда даже не заглядывал.

– Натан, а что произошло с братом Вальтера на самом деле? – спросила Сага. – Куда делось тело?

– Понятия не имею. – Натан выложил фотографии на стол.

– Если тело сохранилось, я бы хотела на него взглянуть, – продолжила Сага, убедившись, что голос больше не дрожит. – На раны. Те, старые, на спине.

Натан пожал плечами:

– Есть полный отчет из Каролинской больницы и тысячи фотографий в архиве.

– Знаю. Я только хотела посмотреть на него собственными глазами, хотя какая разница… Кто руководил вскрытием?

– Не помню. Наверное, Нолен.

– Ага.

Натан подкатил кресло к стационарному компьютеру, ввел пароль и некоторое время молча щелкал клавишами.

– Нолен, – подтвердил он.

– Можно взглянуть? – Сага встала у него за спиной.

Натан жестом указал на компьютер и подвинулся. Сага подтащила стул и стала искать упоминание о том, что тело по какой-то причине сохранили, но ничего не нашла. Только таблицы: описание ран, вес и состояние органов.

Надо позвонить Нолену, как только выдастся свободная минута. Может, просто выйти в туалет и позвонить оттуда прямо сейчас?

Сага смотрела, как Натан развешивает на стене фотографии Вальтера, сделанные в больнице.

Анфас, профиль.

Вальтер постарел, потерял левую руку, а шрамов у него прибавилось. Но спокойствие на морщинистом лице и светлые глаза остались прежними.

– Сейчас начнется совещание, – сказал Натан.

Сага выключила компьютер, и тут у нее зазвонил телефон.

– Бауэр.

Женщина-коллега на том конце дышала, словно после бега:

– Мы нашли машину твоего отца.

* * *

Лётный клуб Баркарбю, дорогу и район, где нашли машину Ларса-Эрика, оцепили. Полиция не обнаружила явных следов насилия, но в мерзлой грязи метрах в десяти от машины валялся разбитый телефон.

Техники-криминалисты обследовали постройки, где хранилось оборудование и машины, зеленые ангары с маленькими спортивными самолетами, здание клуба и поросшую травой взлетно-посадочную полосу.

Прочесывание местности в поисках Ларса-Эрика увело поисковую группу за подрагивавшую на ветру ленту ограждения, на грунтовую дорогу.

Зимняя трава была жесткой от холода. За кронами деревьев высились, словно мрачные наблюдатели, желтые и красные кирпичные дома.

Сага еще не связывалась с Ноленом. Он летел из Мельбурна, с конференции, и приземлиться должен был не раньше восьми вечера. Только благодаря мысли о том, что Нолен, возможно, знает что-нибудь о брате Юрека, Сага еще не провалилась в панику.

Полицейские с собаками и добровольцы из “Missing People”^[24] образовали длинные цепочки. Все знали, что надо обращать особое внимание на трубки, которые торчат из земли, и свежевскопанную землю.

Девяносто человек в желтых жилетах начали движение по полянам и через лес, они ворошили палками густой кустарник, осматривали обочины дорог и тропинок.

После перехода через мототрассу с песчаными горками поисковая группа остановилась, Сага отошла в сторону и позвонила Ранди. Он не ответил, и на Сагу навалилось тяжелое чувство одиночества. Включилась голосовая почта, и Сага заговорила:

– Нашли папину машину. Я буду участвовать в поисках до самого конца… прослушаешь сообщение – позвони мне, пожалуйста.

Договорив, Сага вернулась на свое место в цепи. Поисковая группа двинулась дальше, через Ервафельтет.

* * *

В восемь вечера заказ в “Фалафель-баре” был готов. Сага слезла с высокого табурета и забрала пакет.

Прочесывание местности прекратили в половине седьмого, так и не обнаружив следов Ларса-Эрика.

Сага знала: чтобы вернуть отца, она должна установить, где останки Игоря.

Вернувшись к себе, она заперла дверь, поставила пакет с едой на кухонный стол, проверила окна, заглянула в шкафы, под шкафы и за комнатные двери, задернула шторы, потушила весь свет и позвонила Нолену.

– Я только что включил телефон, – гнусаво отозвался Нолен. – Самолет еще выруливает.

– Мне надо кое-что спросить.

– Мы закончим вскрытие завтра или…