Парижский вариант - Роберт Ладлэм

Джон почти физически ощутил, как буравят его глаза Айзекса, как тот пытается оценить увиденное, проверить услышанное. Паранойя была профессиональной болезнью ЦРУ.

Захрипело радио.

— "Субару" остановился перед отелем «Сен-Сюльпис», близ «Каррефур де л'Одеон». Выходят двое, зашли в отель. Машина отъезжает. Какие будут указания?

Рэнди перегнулась через спинку сиденья, и Аарон передал микрофон ей.

— Следуй за «субару», Макс.

— Понял, малышка.

— Пошел к чертям!

Аарон оглянулся.

— Мы — в отель?

— Читаешь мысли, — отозвалась Рэнди.

Три минуты спустя «Краун-Виктория» остановилась в полуквартале от отеля «Сен-Сюльпис».

— Расскажи мне об отеле, Аарон, — потребовала Рэнди, с сомнением изучая фасад.

— Дешевка. Восемь этажей. Поначалу здесь селилась местная богема, потом — североафриканцы, теперь — в основном туристы, что победней. Никаких выходов, кроме парадного. Даже пожарной лестницы нет.

Снова затрещал приемник.

— "Субару" — прокатный, с шофером, — сообщил невидимый Макс. — Заказан по телефону. Никакой информации о заказчике или клиенте.

— Тогда возвращайся к отелю и забери Аарона. Его «Краун-Викторию» мы присвоим.

— Значит, на свиданку можно не рассчитывать? — мгновенно отреагировал Макс.

— Веди себя прилично, — Рэнди начинала терять терпение, — пока я не настучала твоей жене.

— Ой, да, черт, я ведь женат...

Динамик умолк. Рэнди только покачала головой. Покуда цээрушники обсуждали распределение обязанностей, Джон думал о своем друге.

— Марти уже, наверное, очнулся, — прервал он их диалог, — и нам бы очень пригодилась помощь Питера.

— Доктор Сулейман может выйти в любой момент, — возразила Рэнди.

— Да, но если Макс меня подбросит к госпиталю, я могу обернуться довольно быстро. На всякий случай вы с Максом можете держать связь по радио, а я возьму переговорник, чтобы он мог меня вызвать в больнице.

— И кто меня предупреждал, что от радиосвязи надо отказаться?

Джон покачал головой.

— Даже если ДНК-компьютер сейчас работает, вряд ли его хозяева прослушивают переговоры на частотах парижской полиции — они ведь не идут через спутник. Уже хотя бы потому, что пока не знают о бегстве Сулеймана. Нет, нас вряд ли прослушают или выследят. На случай, если Сулейман двинется с места до моего возвращения, — сообщи, и мы с Питером и Максом с вами встретимся.

Рэнди согласилась, и Аарон Айзекс объявил, что подежурит вместе со своей подчиненной, покуда не вернутся Джон и Макс. Двое агентов Лэнгли продолжили свой оживленный спор, а Джон пересел в подкативший «крайслер» Макса и устроился на сиденье рядом с водительским местом.

— Аптечка у тебя есть? — процедил он, когда машина нырнула в сплошной поток автомобилей, направляющийся на юго-запад, в направлении госпиталя.

— А как же. В бардачке. Что-то не так?

— Да ничего... царапина.

Джон аккуратно прочистил рану на боку, смазал ее антибиотиком и наклеил пластырь. К тому времени, когда агент вернул аптечку на место, они уже подъезжали к больнице.

Смит почти пробежал по пустынным галереям гигантского госпиталя Помпиду, мимо пальм в кадках и сувенирного киоска, по эскалатору, к палате интенсивной терапии. Ему не терпелось увидеть Марти. Конечно, тот уже очнулся, упрямец этакий, — в этом у Джона почему-то не возникало сомнений.

На сестринском посту у палаты Джон предъявил документы какой-то незнакомой сестричке.

— Ваше имя есть в списке, доктор, — ответила та рассеянно, — но доктора Зеллербаха уже перевели в отдельную палату на четвертом этаже. Вам не передали?

— Я выезжал из города. Доктор Дюбо еще на месте?

— Извините, он уже ушел. Или у вас что-то срочное?

— Нет, нет. Только скажите, где сейчас доктор Зеллербах.

Когда Джон поднялся на четвертый этаж, ему хватило одного взгляда на дверь палаты Марти, чтобы сердце агента ухнуло в пятки. Часовых не было. Он оглянулся — нет, никаких признаков наружного наблюдения. Куда подевалась Сюртэ? Или МИ-6? Запустив руку в карман, агент под плащом вытянул из кобуры «вальтер». Взгляд его отсеивал врачей, медсестер, санитаров, больных — внимание агента притягивала только закрытая дверь палаты. Он опасался худшего.

Джон осторожно надавил на дверь — закрыто. Повернул ручку до щелчка и, торопливо перехватив «вальтер» обеими руками, проскользнул в отворившуюся щель, чтобы одним мгновенным взглядом окинуть палату.

Дыхание его перехватило. Палата была пуста. Покрывало на кровати — отброшено, простыни — смяты, словно больной бился в бреду. Ни Марти. Ни Питера. Ни охраны. Ни сыщиков, ни переодетых шпионов. Нервы Джона уже звенели от напряжения. Он сделал еще шаг — и замер. По другую сторону койки на полу были свалены два трупа. Опытному врачу не понадобилось даже нагибаться к телам, чтобы понять — в его помощи они уже не нуждаются. Вокруг растеклась густеющая по краям кровавая лужа. Оба мертвеца были одеты как хирурги, вплоть до гамаш... и масок. Но уже по телосложению Джон сразу определил, что ни Марти, ни Питера среди них нет.

Тяжело выдохнув, он все же опустился на колени. Каждый был убит одним ударом кинжала — чувствовалась рука профессионала, вполне возможно, тут поработал Питер Но где тогда он сам и Марти? Куда подевалась охрана? Агент неторопливо поднялся, раздумывая. Очевидно, в госпитале еще никому не известно о случившемся — нет ни паники, ни тревоги, ни намека на то, что Марти Зеллербах покинул отведенное ему место. Охрана исчезла, двое неизвестных убиты, Питер и Марти тоже исчезли, и все это без следа и без звука.

Пискнул переговорник.

— Смит слушает, — проговорил агент, вдавив клавишу. — Что случилось, Макс?

— Рэнди передает, что наша птичка полетела, да не одна. Они с Аароном двинулись в погоню. И нам пора. Рэнди подскажет, куда двигаться.

— Уже иду.

Он еще раз окинул взглядом палату. Питер молодец. Он смог избавиться от двоих убийц, не привлекая внимания, хотя Джон не имел представления, как ему удалось выбраться из госпиталя с коматозным пациентом на плечах. Но куда подевались двое легионеров у двери? И все агенты в штатском, которыми больнице следовало просто кишеть?

С тем же успехом подобную операцию могли провернуть и террористы. Выманить куда-нибудь охрану, снять часовых, тела — спрятать, похитить Марти и Питера, допросить и убить.

Несколько секунд Джон стоял в раздумье. Но он не имел права бросать след, способный вывести его к ДНК-компьютеру. Он сообщит парижской полиции, ЦРУ и лично Фреду Клейну, что обнаружил в палате, и будет надеяться, что они найдут Марти и Питера.