Тотальный контроль - Дэвид Бальдаччи

— А что, если им окажется плохой человек? — Роу ничего не ответил. — Что, если он одним нажатием клавиши уничтожит все накопленные человечеством знания? — Соер щелкнул пальцами. — Уничтожит все? Или просто навредит. Что, черт возьми, делать в таком случае?

Роу улыбнулся.

— Выгоды от технологии намного превосходят любую потенциальную опасность. Вы вправе не соглашаться со мной, но время покажет, что я не ошибаюсь.

Соер почесал в затылке.

— Вы были слишком молоды, поэтому, наверное, не знаете, как в пятидесятых годах никто не думал, что наркотики со временем станут представлять большую опасность. Поразмышляйте.

Оба продолжили обход.

— Пять из таких предприятий рассредоточены по всей стране, — сказал Роу.

— Должно быть, это стоит больших денег.

— Можно сказать и так. Мы ежегодно тратим десять миллиардов долларов на научно-исследовательские работы.

Соер присвистнул.

— Вы называете цифры, которые я даже представить не могу. Конечно, я всего лишь усердный бюрократ, который сидит на шее налогоплательщика.

Роу улыбнулся.

— Натан Гембл любит ставить людей в неловкое положение. Кажется, вы оказались достойным противником. По понятным причинам я не стал аплодировать вам, но, думаю, вы заслужили бурную овацию.

— Харди говорил, что у вас была своя компания, акции которой высоко котировались. Не возражаете, если я спрошу, как случилось, что вы объединились с Гемблом?

— Деньги. — Роу указал рукой на помещение, в котором они находились. — Все это стоит миллиарды долларов. Дела моей компании шли хорошо, но ведь дела других компаний на фондовой бирже тоже шли неплохо. Кажется, люди не понимают одного — хотя биржевая цена моей фирмы перед тем, как она пошла на продажу, меньше чем за шесть месяцев поднялась с девятнадцати долларов за акцию до ста шестидесяти, мы этой надбавки не видели. Она досталась тем, кто купил акции.

— Вы, должно быть, удержали контрольный пакет акций компании.

— Да, но, с учетом законов о ценных бумагах и требований страховщиков, я не мог продать ни одной акции. На бумаге я стоил огромных денег. Однако моя компания все еще боролась за существование, научно-исследовательские работы съедали все, мы ничего не зарабатывали, — сказал он с горечью в голосе.

— Поэтому вы объединились с Гемблом?

— На самом деле он был одним из первых инвесторов компании, до того как ее выставили на торги. Он дал нам стартовый капитал. Еще он придал нам то, чего у нас не было, но в чем мы отчаянно нуждались — респектабельность на Уолл-Стрит, на рынках капиталов. Прочная база для бизнеса. Гарантия будущих заработков. Когда моя компания пошла на торги, он держался за свои акции. Потом мы с Гемблом обсудили перспективы и решили вернуть компании частный статус.

— Если оглянуться в прошлое, это было хорошее решение?

— Если учесть прибыли, то это было исключительно хорошее решение.

— Но деньги ведь еще не все. Я прав, Квентин?

— Иногда я даже не знаю.

Соер прислонился к стене, сложил могучие руки на груди и посмотрел Роу прямо в лицо.

— Наша экскурсия очень интересна, но, полагаю, вы пригласили меня не ради этого.

— Вы правы. — Роу засунул карточку в считывающее устройство соседней двери и жестом пригласил Соера следовать за ним. Они сели за маленький столик. Роу некоторое время собирался с мыслями, затем сказал:

— Видите ли, если бы вы спросили до того, как все это случилось, кого бы я мог подозревать в краже бумаг, имя Джейсона даже не пришло бы мне в голову. — Роу снял очки, вытащил из кармана носовой платок и протер их.

— Значит, вы доверяли ему?

— Полностью.

— А сейчас?

— Сейчас думаю, что совершил ошибку. Такое ощущение, будто меня предали.

— Ваше чувство мне очень понятно. Как по-вашему, кто-нибудь еще из компании может быть тут замешан?

— О Боже, надеюсь, что нет. — Роу, казалось, сама возможность подобного приводила в ужас. — Я скоре готов поверить, что Джейсон работал самостоятельно или вместе с нашим конкурентом. Это мне кажется более логичным. К тому же Джейсон сам вполне мог проникнуть в компьютерную систему «Бэнк Траст». Это не так уж трудно сделать.

— Кажется, вы это по своему опыту знаете.

Лицо Роу покраснело.

— Скажем, мое любопытство трудно насытить. Путешествовать по базам данных было моим любимым времяпрепровождением в колледже. Я с коллегами получал удовольствие от этого, хотя местные власти не раз предупреждали нас. Однако мы ничего не присваивали. На самом деле я помог некоторым техникам из полиции освоить методы, позволяющие обнаруживать и предотвращать компьютерные преступления.

— Кто-нибудь из них работает в вашей команде безопасности?

— Вы имеете в виду Ричарда Лукаса? Нет, он работал у Гембла, кажется, все время. Что ж, он хорошо справляется с тем, чем занимается, но общаться с ним не очень-то приятно.

— Но Арчер все же обманул его.

— Он обманул нас всех. Я не стану перечислять по пальцам.

— Вы не замечали чего-либо в поведении Джейсона, что теперь кажется подозрительным?

— Многое в ретроспективе кажется подозрительным. Я знаю это лучше, чем другие. Я думал вот над чем — Джейсон проявлял чересчур большой интерес к сделке с «Сайберкомом».

— Он работал над ней.

— Я не имею в виду только это. Он активно интересовался даже теми вопросами, которые не находились в его сфере ведения.

— Например?

— Он спрашивал, считаю ли я условия честными. Полагаю ли я, что сделка состоится. Какая роль отводится ему в случае заключения сделки. Такие вопросы.

— Он когда-либо интересовался конфиденциальными записями, которые вы хранили?

— Нет, прямых вопросов не было.

— По-видимому, он получил все необходимое из компьютерной системы?

— Скорее всего.

Оба некоторое время смотрели в пустоту.

— Как вам кажется, где может находиться Арчер?

Роу покачал головой.

— Я был у его жены, Сидней.

— Мы тоже встречались.

— Трудно поверить, что он просто так бросил их. У него есть дочка. Чудесная маленькая девочка.

— Может быть, он не собирался бросать их.

Роу странно посмотрел на него.

— Что вы имеете в виду?

— Может быть, он вернется ради них.

— Он сейчас скрывается от правосудия. С какой стати он станет возвращаться? К тому же Сидней не останется с ним.