Приманка для моего убийцы - Лорет Энн Уайт

Она выскочила из-за стола и бросилась в кухню, толкнув дверь обеими ладонями.

Крамбл с черникой был разложен по тарелкам, которые стояли рядами на столе, готовые к подаче. Темно-фиолетовый сок черники стекал, словно кровь, на белоснежное мороженое. Оливия как будто налетела на стену. Ягоды. Кровь. День благодарения. Надвигающийся буран.

«Он наклонился ниже, и у меня пересохло во рту. И он сказал мне о дикой чернике. На берегу реки.

Я заглотнула наживку.

Я пошла за ягодами.

Домой я не вернулась».

Она попыталась выдохнуть, перечислить окружающие предметы, чтобы не провалиться в прошлое.

Нелла загружала посуду в посудомоечную машину. В кухне было тепло. Джейсон, сидя на подоконнике, потягивал вино из бокала. Следом за Оливией вошла Ким, взяла четыре тарелки с десертом и направилась обратно к двери.

По радио негромко играла музыка.

Оливия заставила себя отвести глаза от «окровавленного» мороженого и откашлялась.

– Джейсон, ты сегодня превзошел себя.

– Подожди до завтрашнего праздничного ужина, – с улыбкой ответил Джейсон.

Она посмотрела в окно. На черном небе было хорошо видно зеленое сияние, и это значило, что погода пока еще была ясной.

– Если буран начнется завтра, то нам, возможно, придется все отменить.

– Там видно будет. – Джейсон отпил еще глоток вина. – То, что я приготовлю, можно будет отправить в морозильник, если мы отменим ужин. Будешь всю зиму есть пирог с индейкой.

– Помочь вам с уборкой?

– Все под контролем.

– Вам, ребята, наверное, не терпится уехать? – обратилась она к Нелле и ее отцу. – Вы уже все собрали?

Мать Неллы планировала увезти ее на неделю в Мексику, а Джейсон после выходных должен был улететь в Новую Зеландию, на работу в зимний период. Едва ли он оттуда вернется. Оливия задумалась о том, будет ли это ранчо существовать в следующем году.

– Я почти собралась, – ответила Нелла. – Но мне еще нужно купить крем от загара.

– Мы будем скучать по Броукен-Бар. – Джейсон посмотрел в глаза Оливии, как будто читая ее мысли. В теплой атмосфере кухни что-то изменилось.

– Я знаю, – ответила Оливия. – Я тоже. Что ж, как только последний гость уйдет, я скажу, удался ли вечер.

Оливия задержалась у двери.

– Ах да, Нелла, спасибо тебе за корзинку с ягодами.

– Какую корзинку?

– Ту самую, которую ты оставила на крыльце моего домика.

– Не оставляла я никакие ягоды, – улыбнулась Нелла. – А зря. Мы набрали тонны для десерта, и у нас еще много осталось про запас. Ягоды были по всему лесу. Созрели как раз для крамбла ко Дню благодарения.

– Вот как… Ладно, спасибо. – Оливия попятилась, развернулась и деревянным жестом толкнула дверь.

Должно было существовать простое объяснение, но мозг внезапно отказался ей служить. В голове вертелись слова Коула.

«Будь осторожна, Лив… Я не верю в совпадения…»

Предупреждение неожиданно показалось зловещим. Но он не успел объяснить свои слова. Оливии захотелось спросить, что он имел в виду.

* * *

На крыльце сгустились тени. Юджин взялся за дверную ручку, удивившись до крайности, когда дверь оказалась не запертой. Его дичь по-прежнему вела себя слишком смело. Ему стало не по себе. Неужели она все еще не получила посланную им приманку? Газету? Почему она не стала боязливой? Ничего, у нее еще будет время испугаться.

Ветер усиливался, деревья гнулись и стонали. Он вошел в дом, привыкая к темноте комнаты. Тревога вернулась, когда он вспомнил, что Сара рыбачила в лодке с девочкой и ее отцом. Все было не совсем таким, каким казалось на первый взгляд. Ребенок вызывал тревожные мысли о собственной матери. И хотя Юджин не узнал в отце копа из Уотт-Лейк, ему надо было обдумать ситуацию.

Кто был добычей и кто охотником?

Кровь забурлила от настойчивого желания.

Юджин нашел спальню Сары, вошел туда, слегка приоткрыв рот, вдыхая ее запах. Пробуя на вкус. Заново знакомясь с ней. Он подошел к кровати. За окном скрипели на ветру ветки. Юджин замер, прислушиваясь, не раздадутся ли приближающиеся шаги. Никто не пришел.

Он взялся за покрывало.

* * *

Ким поставила одну тарелку с черничным крамблом перед Коулом, другую – перед его отцом.

– Какая муха тебя укусила? – проворчал Майрон, когда Ким отошла.

– Я не доверяю Бертону. – Коул взял ложку и зачерпнул мороженое.

– Не похоже, чтобы он собирался сбежать с нашим фамильным серебром.

– Есть что-то странное в том, как он смотрит на Оливию. – Коул взглянул на отца.

Тот внимательно посмотрел на сына, потом нахмурился, кустистые брови низко нависли над глазами.

– Что в этом странного?

– Именно Бертон оставил в офисе газету с именем Оливии и с приманкой внутри, которая ее так напугала. Приманка рассчитана на крупного стальноголового лосося. Для местной форели она не годится.

– Ну и? – В затуманенных выпивкой глазах старика засверкали искры интереса.

– Совпадение странное, только и всего. Бертон приезжает в Броукен-Бар именно в тот момент, когда становится известно о женщине, найденной повешенной в лесу. Это пугает Оливию, у которой тоже есть шрам на шее. Потом он оставляет газету с ее именем, написанным над заголовком этой истории.

Большего Коул сказать не мог, не раскрывая прошлого Оливии. Только она сама могла рассказать об этом.

– Мне это не кажется особенно опасным.

– Ты видел, как отреагировала девочка на слова отца о том, что он занимался системами безопасности. У нее и глаза вытаращились, и нож упал. Потом она заговорила о притворстве. Думаю, этот тип лжет.

– Думаю, это ничего не значит, – пробормотал себе под нос Майрон. – Всего лишь совпадение.

– В том-то и дело. – Коул вздохнул. – Я не верю в совпадения.

– Тогда что ему нужно, по-твоему? Что тебе подсказывают интуиция журналиста и умение наблюдать и делать выводы?

Коул поднял бровь.

– Я не знаю, – тихо ответил он.

Отец узловатой рукой покрутил виски в стакане, несколько капель упали на льняную салфетку, словно кровь.

– Ты что-то выяснил о ее прошлом, верно? – сказал отец слегка заплетающимся языком. – Что-то такое, о чем ты мне не говоришь.

Коул не ответил. Он потянулся за своим стаканом, отпил глоток.

Майрон долго смотрел ему в глаза.

– Что-то изменилось. Что ты узнал? Ты собираешься мне рассказать?