Гнетущий страх - Карин Слотер

— А я думаю, что вам следует заниматься собственными делами и выяснить, кто убил моего сына! — выкрикнул он с искаженным яростью лицом. — Вы, копы проклятые, думаете, что управляете этим городом, а мы тут живем как в недоразвитой стране «третьего мира»! Вы все насквозь коррумпированы! Только Алберта Гейнса и слушаетесь!

Джеффри решил, что с него вполне достаточно, и твердо сказал:

— Доктор Келлер, мы поговорим об этом как-нибудь в другой раз. Когда вы все это переварите.

Теперь Келлер уставил свой палец в лицо Джеффри:

— Вы совершенно правы, черт бы вас побрал, мы еще поговорим об этом!

— Мне очень жаль, — немедленно извинилась за мужа Джил Розен.

— Нет никакой нужды извиняться, — ответил Джеффри, стараясь сдержать собственный гнев. Он хотел пойти за Келлером в его лабораторию, но им обоим требовалось, видимо, некоторое время, чтобы успокоиться.

Хорошо представляя, в каком отчаянном состоянии сейчас пребывает доктор Розен, Джеффри сказал:

— Извините, но я не могу пока сообщить вам ничего другого.

Она снова стянула воротник на горле.

— Насчет вашего гипотетического вопроса…

— Да?

— Он имеет отношение к Энди?

— Да, мэм. — Джеффри старался говорить как можно спокойнее.

Розен устремила взгляд на лужайку, где рассевшиеся на траве студенты наслаждались теплой погодой.

— Чисто гипотетически могу сказать, что у нее могли быть причины знать мою фамилию.

— Благодарю вас. — Джеффри вдруг ощутил огромное облегчение — хоть одной загадке нашлось объяснение.

— Теперь о другом, — вдруг сказала она. — О том парне, с которым она встречается.

— Так вы его знаете? Гипотетически?

— Ох, ну конечно, я его знаю. Или по крайней мере этот тип людей. И даже лучше, чем самое себя.

— Не уверен, что понимаю, о чем вы…

Она оттянула вниз воротник, дернув «молнию», и продемонстрировала огромный синяк у себя на ключице. На шее сбоку чернели четкие следы пальцев. Ее кто-то пытался задушить.

— Кто?.. — начат было Джеффри и замолк, тупо глядя на синяки. Ответ был и так понятен.

Розен застегнула «молнию».

— Мне пора.

— Может, вас отвезти в какое-нибудь безопасное место?

— Я к маме поеду, — сказала она с грустной улыбкой. — Я всегда уезжаю к маме.

— Доктор Розен, — начал он. — Джил…

— Я ценю вашу заботу, — перебила она. — Но мне действительно пора.

Джеффри стоял и смотрел ей вслед. Вот она остановилась ненадолго, поговорила с одним из студентов, словно ничего и не случилось. Как хотелось ее утешить! Но еще больше хотелось догнать Брайана Келлера и показать ему, что такое пятый угол.

Повинуясь импульсу, он выбрал последнее и быстро направился в сторону лабораторного корпуса. Еще мальчишкой он не раз разнимал дерущихся родителей и знал, что ответом на ярость всегда будет только ярость, поэтому постарайся успокоиться, прежде чем открыть дверь в лабораторию доктора Келлера.

В помещении, кроме Ричарда Картера, никого не было. Тот стоял возле письменного стола, постукивая ручкой по подбородку, и, видимо, кого-то ждал. Ожидание на его лице быстро сменилось разочарованием, когда опознал Джеффри.

— Ах это вы…

— Где Келлер?

— Я и сам хотел бы это знать! — раздраженно бросил в ответ Ричард. — Мы договорились встретиться еще полчаса назад.

— Я только что беседовал с его женой насчет так называемого романа, который он якобы завел.

Ричард выпрямился, и его губы растянулись в улыбке.

— Ну да? И что она сказала?

— Что это все неправда. Так что в следующий раз будьте поосторожнее со словами.

На лице Ричарда появилась гримаса обиды.

— Так я ж говорил, что это слухи.

— Вы постоянно вмешиваетесь в чью-то жизнь. Не говоря уж о том, что я теряю из-за вас время.

Ричард вздохнул и, приняв вид обиженного ребенка, пробормотал:

— Извините.

Но Джеффри не собирался его так просто отпускать.

— Из-за вас я гонялся за собственным хвостом, отслеживая источник этой сплетни, тогда как мог бы заняться отработкой версий. — Не услышав ответа, Джеффри решил добавить еще: — Люди погибли, Ричард.

— Мне прекрасно это известно, шеф Толливер, только какое, черт возьми, отношение все это имеет ко мне? — И, не дав Джеффри ответить, продолжал: — Можно быть с вами откровенным? Я понимаю, что все случившееся просто ужасно, но из-за этого не должно страдать дело. Важное дело. В Калифорнии группа ученых работает над этой же проблемой. И они вовсе не снизойдут до того, чтобы сказать: «Да, у Брайана Келлера сейчас тяжелый период, давайте подождем, пока он придет в себя». Нет, сэр! Они будут работать над этим день и ночь — день и ночь! — чтобы обогнать нас и снять все сливки. В науке по джентльменским правилам не играют. На кон поставлены миллионы, может, даже миллиарды.

Все это звучало прямо как реклама, нацеленная на то, чтобы убедить какого-нибудь лоха прямо сейчас прикупить набор кухонных ножей.

— Я не знал, что вы с Брайаном работаете вместе. — заметил Джеффри.

— Только тогда, когда он соизволит здесь появиться. — Ричард швырнул ручку на стол, взял свой портфель и пошел к двери.

— Вы куда?

— В аудиторию, — ответил Ричард, словно Джеффри задал ему совсем глупый вопрос. — Не все преподаватели игнорируют собственные лекции.

И вышел, театрально хлопнув дверью, как герой какой-нибудь трагикомедии. Вместо того чтобы последовать за ним, Джеффри подошел к столу и прочитал оставленную им записку.

«Дорогой Брайан, надо полагать, вы все еще заняты делами, связанными с Энди, но нас с вами ждет документация. Если хотите, чтобы я занимался этим сам, сообщите».

Рядом с подписью Ричард нарисовал смеющуюся рожицу.

Джеффри дважды перечитал послание, сочувственный тон которого никак не соответствовал явному раздражению Ричарда. Впрочем, вряд ли этого типа можно назвать уравновешенным и благоразумным.

Бросив взгляд в сторону двери, он уселся за стол и принялся смотреть бумаги Келлера. Телефонный звонок застал его сидящим на корточках и внимательно изучающим содержимое нижнего ящика письменного стола.

— Толливер.

— Шеф, — услышал он голос Фрэнка, тон которого не предвещал ничего хорошего. — У нас еще один труп.

Джеффри припарковал машину возле мужского общежития, думая о том, что был бы счастлив никогда больше не видеть кампус Грантского технологического. Он не мог забыть выражение полной опустошенности на лице Джил Розен и гадал, как выглядел сам, когда она продемонстрировала ему свои синяки. Никогда бы не подумал, что Келлер — домашний тиран, но сегодня на Джеффри свалилось столько открытий, заставших его врасплох, что он, вполне возможно, кое-что и упустил из виду.