Десять ударов в гонг - Наталья Андреева

– Ты сделала это, чтобы меня подставить! – опять вскочил Никита.

Тут уж не выдержал его адвокат:

– Сядь, ты только все усложняешь.

После чего Веру довольно быстро оставили в покое. Настал черед Тихомировых, мужа и жены.

Первым выступил Николай Степанович. Он сказал:

– Откровенно говоря, к Лозовскому я всегда относился с неприязнью. Я знал, что рано или поздно он нарвется.

– Что вы имеете в виду? – обрадовался государственный обвинитель.

– Пока он имел дело с незамужними дамочками, ему все сходило с рук. Но как только Марк связался с женщиной несвободной, начались проблемы. Как говорится, любовь зла. Видать, Лозовского зацепило. Я его новую любовницу не видел, но жена сказала, что девица очень смазливая.

При слове «любовница» подсудимый взвился, а выражение «смазливая девица» привело его в бешенство.

– Выбирай выражения, когда говоришь о моей жене! – нервно выкрикнул он.

– Молчите, подсудимый! Вам слова не давали! – вновь осадила его судья и гневно стукнула молотком.

– Первый раз госпожа Алмазова пришла к вам с Лозовским, ведь так? – продолжил допрос обвинитель.

– Да, но мне уже тогда показалось, что отношения между ними прохладные…

«Молодец! – мысленно похвалила Тихомирова Вера. – Честно отрабатывает свой кредит на льготных условиях».

Она поняла, что выбрала верную тактику. Когда-то Никита убирал свидетелей, но покупать их оказалось гораздо надежнее. Даже не покупать, а оказывать дружескую услугу, отчего ответная услуга, то есть нужные показания звучали в суде очень убедительно. Николай Степанович искренне симпатизировал Вере, а он был человеком с харизмой, который умел к себе расположить. Вот и судья, миловидная седеющая дама, явно подобрела и расслабилась. Но к Никите это отношения не имело.

– …Поэтому я не удивился, когда Вера Александровна его бросила. Он для нее был слишком мелок.

– А новый любовник что, по размеру? – сострил адвокат. – Совсем ведь мальчишка, если принять во внимание возраст госпожи Алмазовой.

– Вера Александровна далеко не старуха! – осадил его Тихомиров. – Это ее дело, с кем встречаться.

– Скажите, она выходила из комнаты во время застолья?

– Я не помню, – честно ответил Николай Степанович.

– Да, один раз, когда ей позвонили, и один раз в дамскую комнату, – четко ответила его жена.

– Как мы уже выяснили, ей звонил подсудимый, – мягко сказал обвинитель. – А вот что касается второго случая… Как долго она отсутствовала?

– О! Совсем недолго! – с энтузиазмом сказала Инна Васильевна. – Если учесть, что на Вере был костюм… – она потупилась. – Мы же женщины… Вы должны понимать.

– Да, – кивнула судья.

– И потом: как она могла попасть с соседний дом? Все это время я стояла у окна! – отрапортовала Тихомирова. – Да и муж то и дело к нему подходил. Из нашей гостиной крыльцо как на ладони. Верочка из дома не выходила. Это все могут подтвердить.

– Вам тоже показалось, что они с Лозовским были в натянутых отношениях? – задал коварный вопрос адвокат.

– С кем? С Мариком? – рассмеялась Инна Васильевна. – Марик был просто душка! Ни с одной из женщин он был не в состоянии конфликтовать! Он обожал их всех! О! Они друг друга готовы были из-за него поубивать, эти его бесконечные любовницы, но убить его самого? Нет, это немыслимо! Если кто и ненавидел Марика, то только мужчины! Потому что он был лучшим!

– Вы, похоже, тоже пали жертвой его чар, – съязвил адвокат.

– Разве это не доказывает, что Марик был само очарование? – нашлась Инна Васильевна.

– Как же тогда госпожа Алмазова его бросила? Если он был лучшим?

– Но ведь это же ради Гриши! Он такой молоденький! И тоже – само очарование!

Настал черед Гриши.

– Да, я знал о Лозовском. Честно скажу: волновался. Отбить у него женщину не так-то просто. Но Вера предпочла меня! – с гордостью заявил он.

Судья невольно улыбнулась.

Вера же своего помощника мысленно похвалила: Григорий играл свою роль очень убедительно.

И вдруг ее прошиб холодный пот: а что, если Таша все-таки явится в суд? Тогда ей конец. Во-первых, Наталья Сергеевна увидит оживший «труп» Григория и всерьез разозлится на Веру. Поймет, что та ее развела. Во-вторых, Таша прекрасно помнит уродливую сумочку, с которой приезжала гостья. И когда она уходила, в этой сумочке лежало что-то похожее на кирпич. Или на гриф от гантели. Так что исход судебного заседания зависит только от этого: появится госпожа Намина или нет?

Видимо, и Никита это понимал, потому что его взгляд был прикован к входной двери. Намин видел, что среди присутствующих его жены нет, равно как и ее родни. Марианна Константиновна не сочла нужным присутствовать на публичном избиении зятя-уголовника. Бывшего зятя, потому что Таша подала на развод. Тесть и подавно не жаловал всякого рода собрания и заседания за исключением ученого совета. Дашу-старшую отправили за границу, к сестре. Таким образом, поддержки родни Никита не имел.

Но он не переставал надеяться. Наступил ключевой момент: орудие убийства. Если он не виновен, откуда тогда у преступника оказалась вещь, принадлежащая господину Намину, да еще с его отпечатками пальцев?

Ввиду важности момента заседание суда перенесли на следующий день.

* * *

Суд продолжился на другой день.

Первый день ничего хорошего Никите не принес, да он этого и не ждал. Допрашивали свидетелей обвинения.

«Откуда они взялись, эти Тихомировы? – напряженно думал он. – И как лихо их обработала Вера!»

Даже их горничная врала без запинки. Если бы Никита не был на сто процентов уверен, что Лозовского убила его бывшая жена, он бы тоже в этом засомневался.

– …Выходила в туалет. Да, я лично ее туда проводила. Потом выглянула в коридор: вдруг гостье что-нибудь понадобится? Вера Александровна сказала, что ничего не надо, и прошла в гостиную, к хозяевам. А я понесла туда горячее…

«Как странно, – думал Никита. – Когда я и в самом деле был виновен, мне это легко сошло с рук. А теперь, когда я ни в чем не виноват, я сижу на скамье подсудимых. И дело мое, похоже, труба. Как так вышло? Почему невиновность труднее доказать, чем вину? В прошлый раз я был абсолютно спокоен, а Вера нервничала. Теперь, когда она убила, на ее лице нет никаких эмоций, а вот я психую. Потому что Таша не пришла. Единственный человек, который может меня спасти…»

От второго дня он ожидал гораздо больше. Теперь настала очередь защиты.

– Допросите охрану на въезде в коттеджный поселок, где я живу, – хрипло сказал Намин. – Они вам скажут, что Вера приезжала к моей жене.

– И что это доказывает? – пожал плечами государственный обвинитель. – Ну, зашла в гости. Как выяснилось, женщины познакомились в фитнес-клубе. Да, стали общаться. Это не криминал.