Наследники - Фрэнсис Пол Вилсон

Что позволяет забыть о Гекторе и вернуться к дому.

К дому...

Зачем превращать его в место Страшного суда? Это просто постройка из кирпичей и досок. К чему столько шума?

Однако холодная логика не работала. Чем ближе к дому, тем быстрей колотится сердце. Не надо на него смотреть. Алисия неотрывно глядела вперед на фигуру в мешковатом пальто, прислонившуюся к автомобилю охраны.

Она заставляла себя переключиться на другие мысли, сосредоточиться на дневных событиях, но на память приходят лишь телефонные звонки Уилла, желавшего узнать, как у нее дела, как самочувствие, на которые ей было слишком стыдно ответить.

В ушах до сих пор звучит обиженный и растерянный голос, от которого хочется куда-то спрятаться. Как ему объяснить свое поведение вчера вечером? Во всем она одна виновата. Не следовало подпускать его так близко. Пора бы усвоить. Пора смириться с реальностью: абсолютно честные отношения невозможны ни с одним мужчиной. Это и есть реальность... Как только истина выйдет наружу, любой сразу направится к двери. По правде сказать, едва ли ей самой захочется иметь дело с тем, кто поступит иначе.

Одной лучше. Одной легче. Одной не так больно, если это кого-то интересует.

Алисия шла, не сводя с Джека глаз. Услышала, как он насвистывает, узнала мелодию — тему из фильма «Мост через реку Квай».

— Приготовились? — спросил он.

Она наклонилась, заглянула в машину, попятилась при виде двух обмякших тел на передних сиденьях. И без того выскакивавшее сердце заколотилось еще сильнее.

— Неужели... вы... они...

— Мертвы? — улыбнулся он. — Нет. Просто спят. — Джек огляделся вокруг. — Ладно, надо пошевеливаться. Не знаю, надолго ли они отключились.

Наступил самый страшный момент. Алисия не сдвинулась с места. Не могла сдвинуться.

— Алисия, — окликнул ее Джек, — что с вами?

Надо идти. Нельзя сдаваться.

Просто дом... просто кирпичи и доски...

Надо его победить.

Она глубоко вдохнула и повернулась к нему лицом.

Кованые ворота, крошечный дворик, дорожка под шпалерой... как всегда. Но фасад изменился настолько, что дом кажется совсем чужим... принадлежавшим кому-то другому.

С забитыми бельмастыми глазами окнами дом как будто ослеп. Он не видит ее.

Не так плохо. Можно выдержать.

— Все в порядке. Пошли.

— Попробуем через черный ход, — сказал Джек, ведя ее к шпалере. — У меня тут связка ключей, не хочу подбирать, слишком долго торчать у парадного. Вдруг нас кто-нибудь запомнит.

Она шла за ним в темноте, посвечивала фонариком-карандашиком, пока он поочередно пробовал ключи. Подошел пятый. Громкий щелчок замка потряс ее, как удар грома.

Алисия задрожала. Дрожь зародилась в желудке, распространилась на руки и ноги. Хочется повернуться, выбежать на улицу.

Нет, приказала она себе. Никуда не побежишь.

Кирпичи и доски... кирпичи и доски...

Джек включил большой фонарь, шагнул в дверь. Стиснув зубы, обливаясь холодным потом, Алисия шагнула за ним. Дверь за спиной со стуком закрылась, накатил ужас, ужас — попалась в ловушку, в когти, сейчас же выпустите меня... Но она себя переборола.

Фонарь высветил на стене выключатель, Джек щелкнул, комнату залил свет.

— Замечательно, — заметил он. — Свет не отключили.

Алисия стояла, щурилась в неожиданно вспыхнувшем свете. Потом привыкшие глаза увидели разгром.

— О боже. Вы только посмотрите, что они тут натворили!

Когда она здесь жила, задняя дверь вела в узкое подсобное помещение со стиральной машиной, сушилкой, посудными буфетами. Теперь стиральная машина с сушилкой старательно разобраны на запчасти, кучей сваленные на полу. Полки буфетов опустошены, разбитое содержимое валяется среди запчастей.

— Я бы сказал, действительно, торопливо вывернули наизнанку, — заключил Джек. — А ведь им спешить было некуда. Электроэнергию не отключили, света хоть отбавляй. Окна заколочены, никто не догадался бы, что они тут.

Он перешагнул через обломки и пошел к смежной комнате.

— Посмотрим, что у нас тут.

— Должна быть кухня, — сказала Алисия, пока Джек включал свет.

И правда... в каком-то смысле.

Кухня столь же старательно, как подсобка, была «вывернута наизнанку», по выражению Джека. Полки не только пусты, но сорваны со стен, расколочены в щепки. Посудомоечную машину постигла та же судьба, что стиральную и сушильную. Раковина снята, трубы торчат из стены медными сонными артериями. Обломки кучей громоздятся посреди пола.

Потрясенная Алисия ковыляла за Джеком, который шел дальше, обходя груды мусора, до самой столовой. И здесь та же история плюс изодранный в клочья ковер, добавившийся к останкам мебели и фарфора.

Отчасти ее это радовало. Среди разрухи легче себя чувствовала. Дом стал совсем другим по сравнению с сохранившимся в памяти. Но все-таки масштаб разгрома ошеломляющий.

— Знаю, Томас не хочет, чтобы дом мне достался, — тихо проговорила она, — только я никогда не ждала от него такой бешеной злости.

— Это вовсе не злость, — возразил Джек, пошевеливая мусор носком теннисной туфли. — Просто дьявольски методичный обыск. Начинают с середины комнаты, двигаются в стороны, сгребая все на середину после проверки. Ребята хорошо знают, что делают.

— Как же они могли надеяться, что об этом никто не узнает?

Он пожал плечами:

— Наверно, решили, что дом вам никогда не достанется. Поэтому позволительно делать с ним все, что угодно. Думаю, найдя искомое, они просто исчезли бы.

— Что же... что они ищут?

— Нечто, я бы сказал, металлическое.

Джек направился в угол, где стояло какое-то хитроумное приспособление, похожее на трубу пылесоса, приделанную к сковородке.

— Откуда вы знаете?

Он поднял приспособление.

— Металлоискатель.

— Ключ, — припомнила Алисия строчки из завещания, адресованные Гринпису: «В доме находится ключ, который откроет путь к исполнению ваших желаний». — Они ищут ключ.

— Вероятно, — кивнул Джек. — Араб, приятель вашего сводного брата, цитировал вчера те же самые строчки. Очевидно, пока не нашли. — Он огляделся. — У вашего отца была здесь лаборатория?

В доме стоял холод — Алисия видела парок собственного дыхания, — теперь стало еще холоднее.

— Лаборатория?

— Да. Ну, знаете, место, где он занимался каким-нибудь хобби или еще чем-нибудь.