Цветы над адом - Илария Тути

— Итак, вы подожгли сарай и ушли.

— Это было моей единственной ошибкой. Я зря понадеялся, что огонь уничтожит все следы. Убегая, я оступился и свалился в овраг. Кое-как доковылял до деревни с тройным переломом. Не один месяц провалялся в постели, а потом пришлось навсегда отказаться от гор. Я больше не поднимался туда, чтобы насладиться видом своего детища.

— Доктор, вы — преступник, такой же, как ваш отец и ему подобные.

— Война закончилась семьдесят лет назад. Странно, что еще находятся недовольные вроде вас.

— Расскажете это в суде.

Вальнер рассмеялся.

— По-вашему, почему я не сбежал? — спросил он. — Ничто не мешало мне исчезнуть, когда вы подобрались ко мне слишком близко. Но мне стукнуло семьдесят пять, к тому же у меня больное сердце. Начинать все заново под чужим именем не так просто, как сорок лет назад. До тюрьмы я не дотяну. На судебные разбирательства уйдет не один год. Как бы там ни было, комиссар Батталья, я выиграл эту партию.

Тереза видела, как за спиной доктора показались Паризи и остальные.

— Я сделаю все, что в моих силах, доктор Вальнер, чтобы убедить вас в обратном, — бросила Тереза.

Проследив за ее взглядом, доктор понял, что они не одни. И сразу сник, растеряв весь апломб. Паризи взял его под руку и потащил прочь. На пороге Вальнер обернулся и сказал:

— В шприце был инсулин. Вы не умрете, комиссар. По крайней мере, не сегодня.

Тереза присела, чтобы снова не упасть в обморок. Ноги подкашивались, не хватало воздуха. Ей нужно было время, чтобы прийти в себя.

— Все хорошо, комиссар?

Подняв голову, она увидела Де Карли.

— Все кончено, — проронила она, словно в этих словах заключался ответ.

Тот кивнул, улыбнувшись.

— Как вы здесь очутились? — спросила она.

— Нас прислал Марини. Он вычислил Вальнера. Он на линии, поговорите с ним?

И протянул ей телефон. Поколебавшись секунду-другую, Тереза взяла трубку:

— Я первая догадалась, — проговорила она.

На другом конце раздался смех.

— Почему вы так решили?

— По статистике, дорогой мой, ты — всегда второй.

Марини снова рассмеялся.

— Как вы? — спросил он.

Тереза задумалась.

— Хорошо, — ответила она. И это было правдой.

Несмотря ни на что и вопреки всем прогнозам, Тереза ощущала такую радость жизни, какой не испытывала уже давно. Она только что вышла победителем в схватке с преступником, и теперь ей предстояло сразиться с собой. Отныне и впредь она сама кузнец своего счастья.

Она всмотрелась в свое отражение в окне.

И увидела растрепанную женщину с морщинистым усталым лицом и горящими глазами.

То было ее лицо. Лицо воительницы.