Готикана - RuNyx

Но она не хотела, чтобы это видел кто-то еще.

Корвина отмахнулась, потерла пятно на коже и пожала плечами.

– А, это? Да просто недавно ударилась о полку.

Джейд ответила ей взглядом, который так и вопрошал: «да неужели?».

– Дорогуша, уж я-то всегда узнаю засос. А это, Кор, всем засосам засос. Если бы существовал такой вид спорта, этот мог бы претендовать на участие в Олимпийских играх. Ты с кем-то встречаешься?

Корвина прикусила губу, не желая врать подруге, но и желания рассказывать правду она тоже не испытывала.

– Слушай, – продолжила Джейд. – Я знаю, что была не в лучшем расположении духа, и ты, наверное, посчитала, что не можешь поделиться со мной, но я рядом, слышишь? И если у тебя завязались настолько серьезные отношения с парнем, что он оставляет на твоем теле такие отметины, то я хочу об этом знать.

Боже, она почувствовала себя ужасной подругой, когда Джейд так поставила вопрос. Но она знала, что не может рассказать ей о Ваде, учитывая сложность всей ситуации. А потому решила сказать полуправду.

– Мы недавно вместе, – подтвердила Корвина. – Но держим все в тайне, пока не будем уверены, что у нас все серьезно.

Что было ложью, ведь она уже знала, насколько у них все серьезно.

– О боже, он старшекурсник, да? – Джейд расплылась в улыбке, глаза загорелись. – Тогда хотя бы скажи, что секс с ним что надо.

Корвина лишь улыбнулась в ответ, и Джейд присвистнула.

– Да он, видать, настоящий бог, раз сумел вызвать у тебя такую улыбку. Черт возьми, подруга. Очень рада за тебя.

Она взяла Джейд за руку и сжала ее ладонь.

– Спасибо, Джейд.

Джейд глянула на ее сумку.

– Ты взяла с собой карты?

Корвина озадаченно посмотрела на нее.

– Да, а что?

– Не могу решить, стоит ли идти с Итаном. – Она сорвала несколько травинок. – Сделай мне расклад, пожалуйста.

Корвина усмехнулась, открыла сумку и достала оттуда колоду. Отодвинулась, чтобы освободить между ними место, затем налила в ладонь воды из бутылки и разбрызгала вокруг колоды, как учила ее мама. Достав карты, Корвина принялась тасовать их и ощутила знакомую тяжесть в руках, которая успокаивала ее разум.

– Стоит ли тебе идти с Итаном на бал? – спросила она, когда выпала карта.

Корвина перестала тасовать, перевернула карту и улыбнулась. Туз Кубков.

– Безусловно да.

– Эй, подружка, ты умеешь гадать на таро? – К ним подошла Эрика и плюхнулась возле Джейд с взволнованным видом. – Вытащишь мне карту?

Корвина рассмеялась.

– Конечно. Задай вопрос.

– Мистер Деверелл ответит на мои подкаты?

У Корвины свело желудок от сильного желания врезать Эрике и стереть ее улыбку. Тщательно контролируя выражение своего лица, она удивилась собственной бурной реакции на заигрывания другой девушки, на силу своих собственнических чувств.

Джейд ахнула.

– Он же преподаватель! – прошипела она.

– И что? – Эрика пошевелила бровями. – Всего разок. Никто не узнает. Он секси, ясно тебе?

Корвина принялась сурово тасовать карты и прикусила внутреннюю сторону щеки, чтобы сдержаться и ничего не натворить. Выпала карта. Тройка Мечей. Она испытала удовлетворение.

– Боюсь, Эрика, что ответ отрицательный.

Ликование. Она ликовала. Вселенная была на ее стороне.

К ним подошли еще несколько студентов и попросили Корвину вытянуть карту. И она была рада отвлечься, особенно за любимым занятием, которого ей так не хватало. В течение часа вокруг нее собралась небольшая толпа, а небо затянули облака. Все хотели получить ответ на свой вопрос или просто наблюдали, как она гадает другим, в том числе нескольким преподавателям.

Это был крайне странный момент для нее – странной девочки из леса со странными глазами и странной матерью, – когда люди принимали ее такой, какая она есть. Корвина осознала, что в последнее время в самом деле перестала так сильно беспокоиться о том, принимают ли ее окружающие. Стала чувствовать себя не такой одинокой и более полноценной, и, возможно, это было связано с тем, как ее принял Вад. Он придавал ей сил через их связь, давал понять, что она была достойна любви такая, какая есть. Что она не была изгоем, а была частью чего-то заветного. Благодаря ему она начала принимать себя, понимать, что отличается от других и достойна всего.

Та Корвина, которая несколько месяцев назад стеснялась даже рассказать соседке о своей любви к таро, разительно отличалась от Корвины, которой она стала сейчас. Той, что сидела в саду в окружении людей и занималась любимым делом, не испытывая ни капли неловкости.

Оттого тепло в ее сердце усилилось десятикратно, а на губах расцвела улыбка.

Словно в ответ на ее зов, толпа расступилась, и Вад вошел в круг, глядя на нее серебристыми глазами, и стал наблюдать, как она делает свое дело. От гордости, которая появилась в его глазах, когда он увидел ее в своей стихии, Корвина ощутила вспышку радости внутри. Выпрямила спину, подняла подбородок повыше и заулыбалась еще ярче.

Корвина хотела, чтобы он гордился ей так же, как она гордилась им. Хотела, чтобы, глядя на нее, он видел талантливую, увлеченную своим делом девушку, а не девицу в раздрае, какой она была большую часть времени. Она тасовала с особой элегантностью, явно немного красуясь перед ним, и, судя по тому, как дрогнули его губы, он это понял.

Карта выпала, и Корвина посмотрела на доктора Кари, который с беспокойством ждал ее ответа. Было даже немного забавно. Она перевернула его карту. Девятка Кубков.

– Думаю, вам точно стоит подать заявку на покупку дома, доктор Кари, – сказала она, и на его лице отразилось облегчение.

– Я рад. Моя жена очень на это надеется. Спасибо, мисс Клемм.

– Была рада помочь, профессор.

Доктор Кари пошел своей дорогой, и Корвина продолжила тасовать карты под стремительно темнеющим небом.

– У меня есть вопрос, мисс Клемм, – произнес низкий, хриплый голос, от которого все свело внутри, и, подняв голову, она встретилась взглядом с его обладателем. – Будьте любезны вытянуть для меня карту.

– Конечно, мистер Деверелл, – она одарила его осторожной улыбкой, которая была хорошо ему знакома и которую он множество раз видел на ее лице, когда они были в постели. – О чем ваш вопрос?

Он сунул руки в карманы и склонил голову набок.

– О женщине, в которую я влюблен.

Сердце замерло у нее в груди.

Замерли и ее руки, тасовавшие карты.

Она услышала удивленные вздохи собравшихся вокруг нее студентов, которые были потрясены тем, что именно он задал такой вопрос и вообще испытывал подобные чувства.

Корвина почувствовала, как