Готикана - RuNyx

Пожалуй, это был самый странный их разговор, какой она только могла вообразить. Но в то же время, в его словах был смысл.

– Хочешь, чтобы я спросила сейчас? – Она вскинула брови.

Вад повел плечами.

– Я бы предпочел, чтобы ты сделала это, когда я рядом. На всякий случай.

На случай, если у нее приключится нервный срыв.

Корвина вздохнула и закрыла глаза. Почувствовала, как Вад положил ее ноги себе на колени и принялся разминать свод стопы. Она не сомневалась, что он тем самым старался ее успокоить, но прикосновения, напротив, слегка возбуждали ее – особенно притом, в какой момент им пришлось остановиться.

Корвина сосредоточилась на его прикосновениях, позволив им направлять ее, и мысленно произнесла:

«Мо? Ты здесь? Мне нужна твоя помощь. Помоги мне. Скажи, что я должна найти».

Она ждала. Ждала. И ждала. И шиш.

Поникла, приняв поражение, открыла глаза и помотала головой.

– Я не знаю, как с ним разговаривать. Обычно все наоборот.

Вад постукивал пальцами по ее ступням, отбивая ритм беззвучной мелодии.

– Поверь в себя, маленькая ведьма. Я верю.

Она вздохнула, обвела комнату взглядом, и моргнула, когда внезапно ее посетила мысль. Воспоминание из детства, старый ритуал, который они с матерью проводили несколько раз в ее жизни.

– Луна, – ахнула она и повернулась посмотреть на Вада. – Черный бал. Он всегда проходит в один и тот же день?

Вад нахмурился.

– Нет. Даты меняются.

– Но всегда в полнолуние? – спросила она с колотящимся сердцем.

Чувствовала, что он не понимал, к чему она клонит.

– Да. По крайней мере, насколько мне известно. А что?

Корвина откинула волосы назад.

– Каждые пять лет случается особенное полнолуние. Название ему Чернильная луна. Немногим об этом известно, – сообщила она, и взгляд Вада стал пронзительным. – Мама говорила, что это самое мощное полнолуние на земле, обладающее сверхъестественной силой нескольких затмений. Я родилась под Чернильной луной.

– Так, ладно, – он обдумывал ее слова. – Итак, Черный бал каждый раз выпадает на ночь Чернильной луны. Что это значит?

Она стиснула зубы от огорчения. Хотелось бы ей знать.

– Я не знаю. Но мама говорила, что в эту ночь царит необычно мощная энергия. Если в такую ночь на этих землях было убито так много людей, среди которых была настоящая ведьма, проклявшая убийц, то здесь и впрямь должна быть мощная энергия.

Корвина почувствовала, как от ее же слов по рукам побежали мурашки.

– Думаешь, эти исчезновения в самом деле имеют сверхъестественную природу? – спросил он.

Его пальцы замерли на ее ступнях.

Корвина поразмыслила над его вопросом.

– Честно говоря, в этом замке я начинаю верить, что все возможно.

Глава 25

Корвина

До Черного бала оставалась неделя, и в Веренморе царила упоительная суматоха.

И хотя отчасти Корвина была до смерти напугана из-за того, что сказал ей голос, и повторяющейся истории (в особенности со знакомыми ей людьми), другая ее часть с нетерпением ждала нового для нее события. Тем более, что экзамены остались позади, итоговые работы были сданы, а в учебе настал перерыв длиною в месяц перед началом следующего семестра. В течение этого месяца студенты могли повидаться с родными, если таковые у них были, или же остаться в замке. Судя по тому, что выяснила Корвина, большинство ребят оставались, что было отчасти печально.

Самое замечательное в этом балу заключалось в том, что на кампусе появилось много новых лиц. Совет выложился на полную. Первый этаж башни Главного зала, который был прежде заперт, по этому случаю открыли. На неделю наняли дополнительный персонал: от шеф-поваров до обслуги, электриков и музыкантов. Из подсобок достали инструменты, мебель, столовые приборы и расставили все по местам.

Обитателей всех башен в разное время вызывали в административное крыло на встречу с сотрудниками магазинов и портными, которые снимали мерки и подбирали всем наряды, что будут готовы за день до бала.

Единственным недостатком воцарившейся суматохи было то, что у Корвины не оставалось времени на встречи с Вадом. Занятия больше не проводились, по всему кампусу бродили толпы людей, а потому не было ни возможности, ни места, куда можно улизнуть, чтобы повидаться с ним. Даже в его крыле невозможно было встретиться, не попавшись никому на глаза. А притом, что бал был уже близко, им совсем не хотелось рисковать.

Четыре дня разлуки заставили Корвину осознать, как же сильно она по нему скучала. Ей нравилось проводить время с друзьями или за чтением книг, нравилась и царящая в замке атмосфера, но все равно она предпочла бы быть рядом с ним. Вад был важен для нее, и она успокаивала себя, бросая на него мимолетные взгляды через двор. Его высокая темная фигура пробуждала в ее сердце мучительное желание прикоснуться к нему.

Корвина в равной степени любила и ненавидела такие моменты.

Стоя в административном крыле на примерке вместе с девчонками из своей башни, она чувствовала приятное головокружение, ведь еще никогда в ее жизни не случалось ничего подобного. Корвина удивилась, когда парень в очках позвал ее в подсобку.

– Чего он хочет? – спросила Джейд, с любопытством глядя в конец помещения.

Корвина пожала плечами. Она понятия не имела. Подойдя к подсобке, она удивленно посмотрела на парня, который никогда не отличался услужливостью.

– Там твое платье, – сказал он и ушел.

Корвина нахмурилась, вошла в подсобку, сбитая с толку его словами, и застыла на месте.

На вешалке, подвешенной к открытой оконной раме, висело темно-бордовое, почти уходящее в фиолетовый цвет платье. Цвет его был настолько насыщенным, что сиял фиолетовыми и черными переливами. Объемные рукава платья были сшиты из кружева, треугольный вырез на груди доходил почти до талии, а боковой разрез на юбке тянулся до самого бедра.

Она никогда не видела ничего более изысканного.

Это платье было настоящим ее отражением.

И только один человек мог выбрать для нее это поистине безупречное платье.

Ее взгляд привлекла записка, приколотая к манжете. Подойдя на ослабших ногах, Корвина опасливо протянула руку к записке, отчасти боясь ее брать, чтобы не испортить платье. К счастью, не испортила. Она развернула листок и увидела его уверенный небрежный почерк. Сердце затрепетало в груди, словно крылья колибри, даже от такого незначительного контакта с ним.

«Моя маленькая ведьма,

В выходные я ездил в