Бумага Мэтлока - Роберт Ладлэм

Слова, записанные на магнитофонную ленту, произвели на него впечатление удара хлыстом по лицу: «Абонент три-ноль отключен».

Как и предупреждал Блэкстоун — лишь одна-единственная фраза, произнесенная один раз. Говорить было не с кем, апеллировать не к кому.

Но кто-то должен же быть! Он не допустит — не может допустить, — чтобы его вот так отрезали. Если Блэкстоун прекратил его обслуживать, то он, Мэтлок, имеет право знать почему! Имеет право знать, что с Пэт!

Потратив несколько монет и прибегнув к помощи угроз, он дозвонился до самого Блэкстоуна.

— Я не обязан говорить с вами. — Сонный голос звучал агрессивно. — Но я не возражаю против этого разговора, потому что я сейчас попрошу выяснить, откуда вы звоните, и, как только вы повесите трубку, сообщу, где вас найти.

— Не угрожайте мне! Вы получили от меня слишком много денег, чтобы мне угрожать... Почему меня отключили? Я имею право знать!

— Потому что от вас смердит! Смердит, как от помойной ямы!

— Это не объяснение!

— В таком случае я вам все перечислю. Выдан ордер на ваш арест.

— В чем меня обвиняют, черт побери? Или это ради моей же безопасности? Или превентивное содержание под стражей?

— Вас обвиняют в убийстве, Мэтлок! В заговоре с целью распространения наркотиков! В пособничестве и укрывательстве известных поставщиков наркотиков!.. Вы продались им! Я же сказал, что вы смердите. Я ненавижу то, чем вы занимаетесь.

Мэтлок был оглушен. Убийство? Заговор? О чем он говорит?

— Я не знаю, что вам сказали, но это ложь. Все — ложь! Я рисковал жизнью, слышите? Рисковал жизнью, чтобы добыть то, что у меня сейчас есть...

— Красиво говорите, — прервал его Блэкстоун. — Но неумело действуете. В поле, недалеко от Карлайла, лежит человек с перерезанным горлом. Правительственным агентам и десяти минут не понадобилось, чтобы установить, кто владелец белого «форда».

— Я не убивал этого человека! Клянусь Богом, не убивал!

— Нет, конечно! И вы в глаза не видели того человека, которому снесли выстрелом голову на восточном склоне ущелья! Вот только вас там видел сторож с автомобильной стоянки и еще пара свидетелей!.. Да, забыл. К тому же вы еще и глупы. Вы оставили талончик об уплате за стоянку под «дворником» на ветровом стекле.

— Подождите! Подождите! Это безумие какое-то! Тот человек сам предложил мне встретиться на восточном склоне ущелья. Он пытался убить меня!

— Расскажите это своему адвокату. Мы все узнали доподлинно от людей из министерства юстиции! Я дорожу своей репутацией... И вот еще что. Продались вы за хорошую цену! У вас больше шестидесяти тысяч долларов на текущем счету. Я же вам сказал, Мэтлок, вы смердите!

Мэтлок ошеломленно молчал. Наконец он еле слышно произнес:

— Выслушайте меня. Вы обязаны меня выслушать. Все, что вы говорите... всему есть объяснение. Кроме того человека в поле. Этого я понять не могу. Но мне наплевать, верите вы мне или нет. Это не важно. Мое оправдание у меня в руках... Но мне важно, чтобы вы охраняли девушку. Ни в коем случае не отключайте мой номер. Охраняйте ее!

— Очевидно, вы плохо понимаете по-английски. Ваш номер отключен! Абонент три-ноль отключен!

— А девушка?

— Мы люди не безответственные, — ехидно сказал Блэкстоун. — Она в полной безопасности. Она под защитой карлайлской полиции.

В баре начался шум и суета. Бармен закрывал заведение, несмотря на протесты посетителей. Над грязной, мокрой от пива стойкой висела ругань, а люди более спокойные или больше выпившие, покачиваясь, медленно направлялись к выходу.

Мэтлок стоял у телефона как громом пораженный. Крики в баре становились все громче, но он не слышал; перед глазами все расплывалось. Его мутило. Он прижал к животу клеенчатый пакет с дневником Лукаса Херрона и подумал, что сейчас его вырвет, как возле трупа на восточном склоне ущелья.

Но... у него нет времени. Пэт в руках личной армии Нимрода. Действовать надо немедленно.

Весь ужас был в том, что он не знал, с чего начать.

— В чем дело, мистер? Это что — от сандвичей?

— Что?

— Похоже, что вас сейчас вырвет.

— А?.. Нет. — Только тут Мэтлок увидел, что бар уже почти пуст.

Дневник! Он откупится с помощью дневника! Нимрод получит дневник! Получит обвинительный акт!

А потом что? Оставит Нимрод ее в живых? Оставит его в живых?.. Как там написал Лукас Херрон: «Новый Нимрод — самый суровый... Он беспощаден. Он отдает приказы о ликвидации».

Нимрод убивал людей за куда меньшие проступки, а ведь он, Мэтлок, знает о существовании дневников Лукаса Херрона.

— Извините, мистер, мне надо закрываться.

— Вызовите мне, пожалуйста, такси.

— Такси? В четвертом часу ночи? Даже если и нашлось бы свободное такси, никто сюда в три часа ночи не поедет.

— А у вас есть машина?

— Послушайте, мистер. Мне нужно здесь убрать и подсчитать выручку. У меня сегодня был хороший день. Так что подсчет займет минут двадцать.

Мэтлок вытащил пачку ассигнаций. Самой маленькой была сотня.

— Мне нужна машина, немедленно. Сколько вы хотите? Я верну вам ее через час, может быть раньше.

Бармен взглянул на деньги Мэтлока. Такое он не часто видел.

— Но это же старая развалина. Как бы она не забарахлила.

— Я могу ехать на чем угодно. Вот! Берите сотню! Если я разобью вашу машину, то отдам вам всю пачку. Вот! Берите же, ну!

— Конечно, конечно, мистер. — Бармен запустил руку под передник и вытащил ключи. — Квадратный — это зажигание. Машина во дворе. «Шевроле» шестьдесят второго года. Можете выйти через заднюю дверь.

— Спасибо. — Мэтлок направился к двери, на которую указал бармен.

— Эй, мистер?

— Что?

— Забыл вашу фамилию... Что-то на «рок»? Даю человеку машину и даже фамилию не знаю.

Мэтлок подумал секунду:

— "Род". Нимрод. Моя фамилия Нимрод.

— Но это же не фамилия, мистер. — Он шагнул к Мэтлоку. — Это блесна для спиннинга на форель. Как ваша фамилия? Вы получаете машину, а я должен знать вашу фамилию.

Мэтлок отсчитал еще три сотни и бросил их на пол. Теперь вроде бы все по справедливости. Он дал Креймеру четыре сотни за его «форд»-универсал. Должна же быть какая-то симметрия. Или, по крайней мере, ничего не значащая логика.

— Вот вам четыреста долларов. Вы никогда не получите четыреста долларов за «шевроле» шестьдесят второго года. — Он бросился к двери и еще услышал, как благодарный, но сбитый с толку хозяин «Гриль-бара Билла» проворчал:

— Нимрод! Ну и шутник!