Убежище - Бренда Новак

Их невежество настолько ужасало Хоуп, что она даже не могла на него отвечать, тем более пока Фейт страдает. Но вместо нее ответил Паркер. Она увидела, что его руки сжались в кулаки, когда он посмотрел на них, а в голосе слышалось презрение.

— Если вы думаете, что это воля Божья, то ничего о Нем не знаете, — сказал он. — Если Фейт или ее ребенок погибнут, вы все сядете в тюрьму.

— Мы не причиняли ей боль! — воскликнул отец Боннера.

— Но и не помогали, — ответил Паркер.

Фейт скрутила новая схватка, и Хоуп стала руководить ее дыханием. Когда ее отпустило, Фейт откинулась назад, слабая и измученная. Хоуп ничего так не желала, как отвезти сестру в больничную палату. Работая в «Вейли Вью», она несколько раз принимала роды, но была не одна, внизу всегда находился врач, у нее был полный набор оборудования на все случаи жизни, донорская кровь и стерильная обстановка. А здесь не было ничего, кроме грязного стойла и пары пальто.

Она подумала о фермерском доме и стоящих в нем кроватях.

— А где Черити? Почему ее нет с вами?

— Боннер увез ее и детей к Мэрианн, как только понял, что у нас могут быть неприятности, — сказал отец Хоуп.

— Но дом-то не заперт, я думаю, — предположила Хоуп. — Здесь ведь по-прежнему не запирают двери, верно? — Если ничего кардинально не изменилось, у членов общины красть было просто нечего. — Наверное, мы можем перенести ее в… — Ее слова прервал рвущий душу крик Фейт. — Нет. Слишком поздно. Ребенок уже выходит.

— Скажи, что мне сделать, — сказал Паркер, его лицо напряглось. — Унести ее отсюда? Найти телефон и вызвать скорую помощь?

Хоуп засучила рукава свитера, сражаясь с грозящей перехлестнуть через край паникой.

— Скорая сюда не ездит, а ближайший медцентр в Ричфилде. Так что, раз уж она рожает, нам придется самим принимать ребенка.

— Раз уж она рожает? — повторил Паркер.

Хоуп кивнула.

— Просто держи ее за руку и говори, что все будет хорошо. А я осмотрю ее, чтобы знать, с чем имею дело.

— А потом что? — спросил Паркер.

— Молись, чтобы ребенок не шел ножками.

Паркер ни разу в жизни не видел, как рожают, что было удивительно, ведь он работал в родильном центре уже почти двенадцать лет. Но этим он никогда не занимался, со всем справлялись акушерки. У Ванессы была пара выкидышей, но тогда он просто отвозил ее в больницу, и всем занимались врачи. Это были печальные, безутешные дни, особенно для его бедной жены. Но сейчас все было совершенно по-другому. Гнев, страх и надежда переполняли его до такой степени, что он сам себя не понимал.

— Тужься, — сказала Хоуп. — Давай, Фейт, ты можешь это сделать.

— Я не могу, — простонала та. Несмотря на холод, волосы у нее на лбу склеились от пота, по контрасту с багровыми синяками, оставленными Эрвином, ее лицо казалось очень бледным, почти прозрачным. Фейт выглядела до предела измотанной.

Джед просунул в дверь голову:

— С ней все в порядке?

По просьбе Хоуп он послал мужчин в дом за кое-какими вещами, а потом прогнал всех, кроме них с Паркером. Хоуп видела, что ему трудно ждать, но у нее не было ни сил, ни времени ему отвечать.

— Во время последней схватки я видела головку, — сказала она Фейт. — Еще один хороший толчок, и все.

Фейт скрутила новая схватка, но она даже не попыталась тужиться. Она корчилась и стонала. Хоуп посмотрела на Паркера, в ее глазах стоял страх.

— Не знаю, что мы будем делать, если ребенок в ближайшее время не выйдет.

— Он выйдет, — сказал Паркер и сжал руку Фейт. — Тужься, Фейт. Ты можешь это сделать. Ты сильная девочка. Покажи мне, какая ты сильная.

Паркер услышал, что дверь амбара снова закрылась, но не сомневался, что Джед с остальными околачивается где-то поблизости.

— Приближается новая схватка, — предупредила Хоуп.

— Давай, Фейт, — сказал Паркер, и она наконец собралась с силами. Он чувствовал, как она дрожит, сжимая его руку, и жалел, что не может передать ей свои силы. «Давай же, — молился он. — Давай выталкивай ребенка. Ну же».

— Вот и умничка, — сказала Хоуп. — Вот… вот она. Паркер увидел показавшуюся головку и испытал огромное облегчение. Но схватка закончилась, и головка снова исчезла.

По лицу Хоуп потекли слезы.

— Паркер, если она потеряет ребенка…

— Она не потеряет, — сказал он.

— Давай, Фейт. — В голосе Хоуп теперь звучала злость и нетерпение. — Эрвин не будет стоить нам жизни малыша, черт возьми. Ты можешь это сделать. Давай же!

— Что-то не так? — крикнул от двери отец Хоуп.

— Закройте дверь! — крикнул в ответ Паркер. Он боялся, что Хоуп может поддаться панике. Ее спокойствие уже дало трещину, а Паркер нуждался в ней. И Фейт нуждалась. — Хоуп, все в порядке, — тихо сказал он. — Только не подведи ее.

Хоуп сжала зубы и вздернула подбородок, ее глаза загорелись вызовом.

— Я никогда ее не подведу, — сказала она. — Она моя сестра. И с ней и с малышом все будет хорошо.

Паркер кивнул.

— Так и есть. И ты не должна в этом сомневаться, — с абсолютной убежденностью сказал он.

Подоспела еще одна схватка, и Фейт застонала.

— Вот сейчас, — сказала Хоуп. — Давай, Фейт. Сестра собрала остатки сил и стала тужиться. Сначала слабо, но с поддержкой Хоуп она удвоила усилия.

— Ты хочешь этого ребенка? — спросила Хоуп.

— Я хочу, — с трудом выговорила Фейт.

— Тогда покажи мне это. Ты сильно хочешь этого ребенка? Сильно?

— Я… хочу… этого… ребенка! — Казалось, слова толчками вырываются у нее из горла, но их сила сработала. Головка вылезла как раз перед окончанием схватки, и Хоуп тут же прочистила ребенку дыхательные пути чистым полотном, которое Элтон принес из дома. Следующая схватка вытолкнула ребенка целиком.

Чувствуя в голове странную легкость, Паркер глубоко вздохнул и посмотрел на красное крошечное тельце.

Это был мальчик.