Музыка ножей - Дэвид Карной

* * *

Минут через десять Мэдден, сидя на корточках, изучает пиццу. Рядом стоит Билл Кройтер, приехавший чуть раньше. Его Саманта тоже вызвала. Мэдден приподнимает крышку шариковой ручкой и заглядывает внутрь. Он много всякого в жизни повидал, но эта штука бьет все рекорды. Действительно пицца, сыр и помидоры, тут спору нет. Только вместо колбасы, грибов или чего там еще кладут поверху, на ней набор предметов из скобяной лавки. Два перочинных ножа, один напротив другого, плоские свечки с воткнутыми в них скрепками, пять осколков стекла разных размеров, розовые лепестки, несколько кучек белого порошка, — скорее всего, моющего средства — и какие-то запчасти компьютера, похоже чипы памяти. Чипы эти взломаны, и содержимое высыпано на пиццу. На коробке название: «Круглый стол». Большая сеть пиццерий.

Идея понятна и ему, и Биллу: забудь.

— Она не сказала, пицца теплая была, когда ее открыли?

— Да нет, ничего такого, — отвечает Билл. — Спорим, ее купили несколько часов назад.

Мэдден кивает. Смотрит на пиццу и снова на Кройтера. Вид у мужика взвинченный и одновременно измученный. Под темными глазами огромные мешки. До того как Когана арестовали, он названивал Мэддену каждый день. Все спрашивал, как продвигается дело. После ареста звонить перестал, и Мэдден его уже недели три не видел, если не больше. Ожидание развязки, по всей видимости, тяжело на нем сказалось. Наверное, Билл почти не спит, да и брак его тоже разваливается. Когда брак крепкий, трагедия не разрушает, а только укрепляет семью. Но если в цепочке есть слабые звенья, а похоже, что они есть, брак развалится, и года не пройдет. Тем более все оставшиеся дети уже разъехались из дома. Мэддену его жаль.

— Я это заберу, — говорит Хэнк, — и пошлю парней по окрестным пиццериям. Может, мы найдем того, кто ее доставил.

— Что-то мне подсказывает, что он платил не кредиткой, — говорит Билл.

В дверях появляется Саманта, рядом с нею Керри. Взбудораженная, и глаза припухли от слез.

— Привет! — говорит Мэдден. — Перепугалась, да? Ты как вообще?

— Ничего, — тихо отвечает она.

— Не знаешь, кто бы мог такое сделать?

Она качает головой.

— Тебя в школе не обижали? Ничего такого не было?

Она по-прежнему молчит и качает головой.

— Ладно. Мы попробуем найти того, кто ее заказал и доставил.

— Я его видела, — внезапно говорит Керри.

Все смотрят на нее.

— Кого?

— Доктора Когана. Несколько дней назад. В книжном возле университета.

— Ты его видела? — удивленно повторяет Мэдден. — И он тебе что-нибудь сказал?

— Да, мы поговорили.

— Поговорили? — у Мэддена глаза на лоб лезут. А он почему ничего не знает?

— Ну да, просто побеседовали.

— О чем?

— Ну, много о чем. О Кристен. О фильме «Афера Томаса Крауна». О том, почему он развелся. И все такое.

Она говорит равнодушно, но прекрасно знает, какое впечатление производят ее слова.

— Он угрожал тебе?

— Нет.

— Точно?

— Да. Мы совершенно случайно там столкнулись. Он даже сказал, что ему не положено со мной говорить.

— Вы считаете, это он? — Кройтер озвучивает то, о чем думают все в комнате.

Мэдден отвечает не сразу. Он устал и совсем запутался. Странная какая-то ситуация. Конечно, люди, когда крепко прижмет, еще и не на такое способны. То есть Коган вполне мог бы послать эту пиццу. Только с тем же успехом это могут оказаться школьные приятели Кристен, решившие вот так по-дурацки пошутить. Или, что вероятнее всего, кто-то хотел заставить их думать, будто Коган прислал эту пиццу.

— Не знаю, Билл. Но у кого-то мозги набекрень, и это мне жутко не нравится.

— Согласен, — отвечает Билл.