Безрассудство - Линн Эриксон

– В первый раз я увидела Скотта Тейлора на предвыборном митинге в Филадельфии осенью, я думаю, где-то в сентябре. Он произвел на меня огромное впечатление, и на следующий день я обратилась в офис его предвыборной кампании и предложила безвозмездную помощь. В тот же день я познакомилась с ним лично, и сказала ему... – Сара на секунду замолкла. – ...сказала ему, что верю в его платформу. Потом я встречалась и разговаривала с ним еще на нескольких митингах и приемах. Он всегда вел себя необыкновенно корректно, подчеркивая, что чрезвычайно ценит работу таких добровольцев, как я. – Чтобы унять дрожь, Сара прижала руки к коленям. Потом она кратко рассказала о том, как вместе со штабом кампании поехала в Денвер, как однажды Тейлор вдруг вспомнил ее имя, как раз в этот злосчастный вечер, как она пришла в восторг, когда он захотел поговорить с ней по поводу ее участия в работе штаба. Для чего пригласил к себе в гостиничный номер.

– Я знаю, вы считаете это глупым и наивным с моей стороны, но я пошла. Сенатор Тейлор вызывал у людей доверие. Мне очень хотелось помочь ему стать президентом. Я искренне надеялась, что он сможет изменить жизнь страны к лучшему. Так что я согласилась пойти к нему в номер. Мы немного выпили, и тут зазвонил телефон. Я помню, что он был страшно раздражен.

– Хотите попить? – спросил окружной прокурор.

– Да.

Она сделала глоток из бокала, который протянул ей Херд, затем заставила себя продолжить. Сейчас следовало перейти к той части истории, которую она переживала все это время, снова и снова, каждый день, начиная с того рокового вечера. В момент рассказа сцена опять ожила в ее сознании. Она видела все, каждую деталь.

– Я вошла в его спальню и стала за дверью. Раздался стук, затем вошли двое. Вначале они говорили тихо, я почти ничего не слышала, но вскоре начали ссориться. По поводу политики. Скотт угрожал своему посетителю.

Она почувствовала, как Джейк и Херд одновременно сделали стойку, как охотничьи собаки. Кто?! Им очень хотелось знать, кто это был.

– Затем Скотт сказал что-то язвительное, и тот человек тоже что-то сказал. Точно не помню, но тоже что-то злое, а затем... – Она приложила ладонь ко лбу. – Дело в том, что я могла видеть только то, что попадало в щель между стеной и дверью. Второй – я так и не увидела его лица – все время стоял ко мне спиной. Это он стрелял в Скотта. Я услышала два хлопка, не очень громкие, а потом услышала, как упал Скотт. О Боже. – Сара замолкла, на мгновение зажмурившись. Перед ее глазами зарябили вертикальные полосы, она ощутила кислый запах вина, почувствовала, как ремешок сумочки впился в ладонь, услышала гулкое биение своего сердца.

– Не волнуйтесь, Сара, – подал голос Джейк.

– Все в порядке, – выдохнула она. – Затем человек, тот, который стрелял, вошел в спальню. Но он не посмотрел за дверью, не оглянулся и потому не заметил меня. Затем я услышала, как они возятся в гостиной, переворачивая все вверх дном. Когда я наконец вышла, там все было разбросано. Но я оставалась за дверью долгое время. Несколько часов. Только затем встала и была вынуждена пройти мимо тела Скотта. И я ушла из отеля. Просто ушла.

Они ждали продолжения, но Сара закончила. Впрочем, так и не сказав главного.

– Лицо стрелявшего мне ни разу увидеть не удалось, – произнесла она, переводя взгляд с Джейка на Херда. – Могу только сказать, что он был высокий и худой, волосы каштановые, редкие, в спортивном твидовом пиджаке.

– А другой? – мягко нажал Херд.

– Лицо этого я разглядела отчетливо. Оно сразу показалось мне знакомым, и через некоторое время, стоя там за дверью, я вспомнила, что видела его по телевизору. Он отдал приказ убить Скотта. – Сара на мгновение остановилась, в последний раз уцепившись за свой секрет. – Это был директор ЦРУ Вон Ридли.

Наступила оглушительная тишина, нарушаемая только прерывистым дыханием Херда и Савиля.

– Неужели Ридли? – недоверчиво прошептал окружной прокурор.

Сара кивнула, но он, похоже, этого не заметил. Некоторое время все молчали. Юристы пытались свыкнуться с ее признанием. Сара почувствовала странный прилив удовлетворения.

«Теперь они знают... знают, почему я тогда убежала из отеля. – Она посмотрела на Джейка. – Интересно, о чем он думает?»

Он наконец перевел дыхание.

– Надо же, Ридли. Вон Ридли. Неудивительно...

– Вы в этом уверены, мисс Джеймисон?

– Да, уверена. Потом я много раз видела его по телевизору, видела фотографии в газетах и журналах. Я никогда не забуду его лицо, никогда в жизни. Это был он.

– Боже правый. – Херд повернулся к Джейку. – Вы говорили, что я легко смогу предъявить виновному обвинение, что никто не сможет помешать мне. Джейк, это же не кто-нибудь, а сам директор ЦРУ. – Херд саркастически усмехнулся. – Ну конечно. Вы ведь тоже этого не знали. Не знали до сего момента. Верно? Она и вам ничего не сказала.

Внезапно Сара поднялась со стула.

– Извините меня... Мне что-то нехорошо. Могу я... Где здесь...

– Шарон, проводите Сару в дамскую комнату, – быстро проговорил Херд.

Она ощущала ужасную слабость, бунтовал желудок, по телу струился холодный пот. Нетвердой походкой Сара последовала за стенографисткой по коридору.

Полицейский успел воскликнуть:

– В чем дело? Куда... – И поспешил за ними. В коридоре собрался, наверное, весь персонал управления. Служащие перешептывались, разглядывали ее. Но ей было безразлично, лишь бы только добраться до такого места, где можно остаться наедине с собой.

Они вошли в дамскую комнату. Слава Богу, там больше никого не было.

– Вы... Могу я... – заикаясь, проговорила стенографистка.

– Пожалуйста, оставьте меня одну.

Ее вырвало в туалете, все нутро вывернуло наизнанку. Видимо, таким образом организм реагировал на освобождение от ноши, которую она терпела так долго. Затем Сара прополоскала над раковиной рот и вымыла лицо холодной водой.

В зеркале ее отражение показалось мертвенным, каким-то зеленовато-белым. На лице с каплями воды смешивались слезы.

«Кого я оплакиваю? Скотта Тейлора? Себя?

Однако пора возвращаться. Теперь все кончено – я это сделала. Скоро Дэвид перевезет меня на спецквартиру, и, может быть, там я смогу немного поспать».

Джейк ждал ее у двери. Ходил взад-вперед, весь бурля энергией.

– Вы в порядке? – В глазах тревога и сочувствие.

Сара слабо улыбнулась:

– Мне легче.

Он взял ее руку, нежно сжал и, погладив, отпустил. Она почувствовала тепло его пальцев, их силу, уверенность. Затем он посмотрел ей в глаза.

– Теперь я понял.

И Сара вдруг тоже поняла, что, несмотря ни на что, тот факт, что он понял, оказывается, для нее что-то значит.