Стены молчания - Филип Джолович

— Конечно же, ты хочешь вернуться, — отрезал Мэндип. — Я побуду в Нью-Йорке еще пару дней, чтобы закончить все со слиянием, и затем поеду в Лондон. Оставайся в отеле, оставайся с матерью, мне все равно. Но только выберись из Бомбея и дождись меня в Англии. Я попытаюсь помочь тебе.

Чарльз повесил трубку.

«Америка Дейли» появилась только в девять.

Фотография Кэрол была ужасной. Наверное, ей стоило быть благодарной: вряд ли кто-нибудь мог узнать ее по этому фото. В статье ее представили как самую настоящую вавилонскую блудницу.

Было несколько слов и обо мне. Фотографии не было. Рассказ был похож на артиллерийский обстрел моего доброго имени. Опасная биржевая авантюра в Нью-Йорке. Владелец «F1», который запустил обкурившегося Джей Джея в поток движения на шоссе Рузвельта. Любовник пассии Джей Джея, презренной Кэрол Амен.

Далее следовали цитаты: опрометчивые заявления людей, вытянутые из них этим ротвейлером Бредом Эмерсоном. Мнения президента «Джефферсон Траст» и уличного торговца. Отговорки Мэндипа и Макинтайра. И рассказ Миранды. Она ничего не утаивала. Статья была четкой и ядовитой.

Я кинул газету в мусорную корзину.

Потом подошел к сейфу. Соглашение все еще было там. Оно было свернуто в трубку и лежало между моим билетом, деньгами и паспортом. Даже если я и собирался вернуть его, кто-то явно заметит, что оно какое-то время находилось за пределами информационного зала.

Я взял авиабилет, паспорт, деньги и положил их в карман пиджака. Все это могло мне пригодиться, если я собирался послушаться совета Мэндипа, поджать хвост и вернуться домой.

Но у меня уже созрел план действий. Сначала Пола и затем те маленькие свастики.

Я позвонил Поле домой. Было занято. Я спустился к консьержу. Как обычно, вокруг его стойки царила суматоха, и мне пришлось подождать, прежде чем на меня обратили внимание.

— Где в Бомбее есть хорошие книжные магазины? — наконец спросил я у портье.

— У нас есть превосходный магазин в отеле, сэр. «Наланда».

У них точно не было того, что я искал. Я не хотел покупать книжку в бумажной обложке по завышенной цене или фотоальбом о храмах Индии.

— Есть какие-нибудь еще?

Портье достал карту и развернул ее передо мной. Затем он взял ручку и нарисовал на карте три креста.

— Здесь есть магазинчик на Ферозшах Марг. Очень хороший. Или вы можете поехать еще в Баллард Эстейт.

— Это все?

— Ну, еще можно у доктора Дадабхоя.

— Кто такой доктор Дадабхой? — спросил я. Мне показалось, что это было место, где я мог найти какой-нибудь путеводитель для хиппи или пару дисков «Роллинг Стоунз».

Портье засмеялся.

— Доктор Дадабхой — название улицы, не человек. Там много книжных лавок.

— Вы не могли бы отметить и ее на карте?

Портье отметил улицу на карте, затем свернул ее и отдал мне:

— Удачных поисков, сэр.

В этих поисках явно не будет ничего удачного.

— Спасибо, — сказал я. Повернувшись, я увидел окаменевшее лицо Раджа.

Если бы бородка могла говорить за владельца, то Радж свободно владел бы, наверное, ста языками. Жесткие волоски были печальными и спутанными. Он весь промок. Должно быть, шел сильный дождь, а у него не было зонта.

— Нам надо поговорить, сэр, — он нервно оглянулся, — но не здесь. — Радж быстро пошел к главному выходу. Его изношенный Пьер Карден выглядел мешковатым.

Я последовал за ним.

Радж вышел из отеля и направился к базару, расположенному вокруг Индийских Ворот.

Я остановился под навесом, который защищал главный вход отеля от природной стихии. Дождь барабанил по нему, и весь мир вокруг был в воде.

Осмотревшись, я увидел стойку с зонтами поблизости и взял один из них.

— Я верну его через минуту, — сказал я огромному сикху в белом тюрбане, который уже собирался пригвоздить меня к полу.

Перебежав через дорогу, я догнал Раджа.

Мы обошли Ворота и подошли к ним со стороны моря. Конечно, вероятность того, что нас заметят, была мала, но вероятность того, что в любой момент нас может смыть волной, была очень даже высока.

Я открыл зонт. Ветер сразу же вырвал его у меня из рук и унес в море.

— О вас пишут в газетах, — прокричал Радж.

— Я знаю.

Радж взял меня за руку:

— Мистер Аскари очень зол. Он говорит, что вы дьявол.

— Да, мне тоже показалось, что я не понравился ему, — сказал я.

— Он очень зол и на меня, — даже сквозь пелену дождя я видел, как расширились глаза Раджа.

— Почему? Ты не сделал ничего плохого.

Только отвел меня в бордель, где я мог заразиться чем-нибудь. Ну и еще говорил со мной о моем отце.

— Мистер Аскари говорит, что выбросит меня на улицу. Он говорит, что заберет мою сестру Приити из Америки и тоже выбросит ее на улицу. Он говорит, что я неблагодарный.

— Почему он так говорит?

— Из информационного зала исчез документ.

Я притворился, что не услышал.

Радж дернул меня за руку и перетащил к подветренной стороне Ворот, в убежище от ветра. Теперь я его точно услышу.

— Пропал документ, Фин. И мистер Аскари обвиняет меня. Он думает, что ты взял его, но я не должен спрашивать тебя об этом. Ты дьявол, и мне следует держаться от тебя подальше.

— Почему он думает, что документ исчез? Почему он думает, что я взял его?

Радж затрясся:

— Аскари знает все.

Аскари знает, что исчез документ. Мэндип наорал на меня за визит к Бабе Маме. Баба Мама знала, что я из Нью-Йорка. Все они пили из одного и того же источника. Но где же сам исток?

— Что за документ пропал?

— Какой-то договор, соглашение, возможно, это связано с акциями. Аскари говорит, что это не очень важный документ, но он очень зол и суров. — Радж выглядел, как замызганный коврик, который было пора выбрасывать на помойку. — Фин, ты взял его?

Я не мог врать ему.

— Если документ незначительный, почему же Аскари так злится?

— Я не знаю.

— Может быть, потому что в этом документе скрыта какая-то информация, и если человек знает, что искать, то может всплыть что-то плохое?

— Я не знаю, — скулил Радж. — Я всего лишь клерк. Тебе надо спросить самого Аскари.

— А у тебя есть какие-либо предположения, почему «Кетан Секьюритиз» такая дешевая компания?

Радж был удивлен:

— Пятьдесят миллионов долларов, Фин? Да это же невиданные деньги.