Мертвые не лгут - Саймон Бекетт

– Удар ладонью.

Ланди высморкался. День клонился к вечеру, и солнце судорожно выглянуло из-за темных облаков. Инспектор сидел в пассажирском кресле моей машины еще немного сонный после эндоскопии. Забыв, что у Ланди в этот день медицинская процедура, я позвонил ему, чтобы рассказать о том, что удалось выяснить. Но только начал, как он извинился и сообщил, что до сих пор находится в больнице и не может свободно говорить. Ему дали успокоительное и велели не садиться в этот день за руль. Предполагалось, что за ним приедет жена, но она задержалась, забирая внучку из школы с продленного дня.

Больница находилась неподалеку от морга, и я выполнил все, что планировал на этот день. Отмытые кости жертвы с колючей проволоки, очищены и оставлены сушиться. Самые главные и особенно те, что были с повреждениями, я предварительно осмотрел, а с реконструкцией решил повременить до утра. Недосып и события вчерашнего вечера давали себя знать, поэтому лучше отложить все на завтра и отдохнуть, чтобы не пропустить что-то важное из-за усталости и невнимательности.

Я сказал, что отвезу Ланди домой, и обрадовался его компании и возможности развеяться. Рэйчел не давала о себе знать. Я снова пытался ей звонить, но она не отвечала. А я не хотел докучать – после смерти Стейси Кокер у нее и без меня прибавилось забот. Но ее молчание действовало на нервы.

Когда я подхватил Ланди у входа в больницу, он выглядел усталым. А на вопрос, как прошла процедура, ответил:

– Нормально, – но с видом человека, который не хочет обсуждать свои проблемы. И в свою очередь спросил, что удалось выяснить, изучая останки. И заметно оживился после того, как я упомянул о сошнике, и объяснил мне, что только очень умелый или случайный удар мог привести к подобным результатам.

– Удар ладонью? – переспросил я.

– Этот прием изучают на занятиях по рукопашному бою или другим боевым искусствам. Вместо того, чтобы ломать пальцы, тыкая ими в человека, бьют по лицу основанием ладони. – Он поднял руку, выставив вперед ладонь и слегка согнув на манер когтей пальцы. – Подлый удар, но действенный, если требуется остановить кого-нибудь, кто не в меру разыгрался. Ему вместе с другими грязными приемчиками меня научил бывший десантник, когда я был в территориальной армии.

– Вы были в территориальной армии?

Ланди хмыкнул.

– Тогда меня было не так много. На кольцевой развязке третий поворот направо.

Инспектор заверил меня, что навигатор не потребуется. Он жил почти по дороге, но движение было плотным.

– Значит, удар ладонью может нанести подобные повреждения? – спросил я, съезжая с кольца.

– Теоретически да, но мне не приходилось сталкиваться. Может, его огрели дубинкой?

Я не мог утверждать, чем ударили жертву, но сомневался, что воспользовались каким-либо оружием. Твердый предмет, как то: кирпич или молоток, оставил бы отпечатки по своей форме.

– Не думаю.

– Тогда, если предположить, что действовали голыми руками, удар ладонью – самая вероятная версия. Но нанести его требовалось с невероятной силой и под точным углом. Обычно дело кончается расквашенным носом или сломанными передними зубами.

– От этого пострадали не только зубы. Вдавилась челюстная кость под носом. – В мой ряд, не включив указателя поворота, сместился грузовик, и мне пришлось притормозить. – Большая часть кости пропала, а та, что осталась, пористее, чем обычно.

– Пористее?

– В ней много мелких отверстий, как в ириске с воздушной начинкой. Может, генетический дефект, а может, инфекционное заболевание. Что бы там ни было, это серьезно ослабило структуру кости, и удар ладонью или чем-то еще вбил сошник в самый мозг.