Убийственно красиво - Питер Джеймс

Теперь Грейс точно знал, что это за запах. В голове у него мелькнул тошнотворный стишок, который заставлял всех зубрить учитель химии в школе.

Лежит и не дышит бедняга Джо

В своей одинокой квартире.

То, что он принял за H 2 O,

Было H 2 SO 4 .

У Грейса горело лицо и щипало в глазах. В помещении было опасно оставаться больше нескольких секунд, но их оказалось достаточно, чтобы увидеть все необходимое.

Реджи д'Эт лежал в ванне, погруженный по шею в жидкость, которая выглядела как вода. Но в действительности это была серная кислота. Она уже разъела большую часть его кожи, мышц и внутренних органов ниже шеи, оставив чистый, частично разложившийся скелет, с которого еще кое-где свисали остатки мускульной ткани.

Металлический обод вокруг шеи был прикреплен к полке для полотенец сверху. Лицо д'Эта покрывали волдыри.

Грейс вышел из ванной, пятясь задом, и столкнулся с Николлом. Двое мужчин уставились друг на друга.

— Мне нужен воздух, — задыхаясь, вымолвил Грейс, нетвердым шагом направившись к входной двери в сад.

Николл последовал за ним.

— Все в порядке? — спросил Норман Поттинг, прислонившись к машине и попыхивая трубкой.

— Не совсем, — ответил Грейс.

Он несколько раз глубоко вдохнул свежий воздух. Мысли и зрение постепенно прояснялись. Невдалеке на улице какой-то мужчина мыл автомобиль. Где-то урчала газонокосилка. Николл снова закашлялся.

Грейс достал из кармана мобильник новой модели и посмотрел на кнопки — он практиковался с ним несколько раз, но еще не использовал функцию фотокамеры. Прижав к носу платок, он вернулся в дом, подошел к ванной, набрал за дверью воздух в легкие, шагнул внутрь, быстро сделал несколько снимков и вышел.

В коридоре стоял Ник Николл.

— Все о'кей, шеф?

— Лучше не бывает. — Грейс шумно выдохнул и спрятал мобильник.

Снова сделав глубокий вдох, он нырнул в ванную, сорвал с вешалки полотенце, обмотал им голову Реджи д'Эта и с силой дернул на себя.

После нескольких рывков голова вместе с частью спинного хребта выскользнула из ошейника. Удивляясь ее тяжести и все еще задерживая дыхание, Грейс вынес ее в коридор и положил на пол.

Молодой детектив-констебль, бросив взгляд на голову, согнулся пополам, ударившись о стену. Его тут же вырвало.

Припомнив кое-что из тренировок по оказанию первой помощи, Грейс побежал в кухню, нашел в шкафу миску, наполнил ее холодной водой, вернулся в коридор и вылил воду на лицо д'Эта, пытаясь смыть кислоту. Если там оставались какие-то улики, их нужно было сохранить, да и в любом случае это помогло бы идентификации. От запаха рвоты детектива-констебля его тоже затошнило, и, поспешив назад в кухню вновь наполнить миску, он едва не последовал примеру подчиненного.

Снова вернувшись в кухню, Грейс затребовал по рации подкрепление для охраны места происшествия и опроса соседей. Разговаривая, он заметил телефон без проводов, лежащий под журналом, который д'Эт, очевидно, читал за едой.

Закончив разговор, Грейс подобрал телефон, используя носовой платок, потом поднес его к уху и нажал кнопку повторного набора. На дисплее появился местный номер, потом телефон зазвонил. После двух звонков послышался почти подобострастно вежливый мужской голос:

— Доброе утро. Агентство Добсона слушает. Чем можем вам помочь?

— Это детектив-суперинтендент Грейс из брайтонской уголовной полиции. Кажется, некий мистер Реджиналд д'Эт звонил вам недавно. Можете сообщить, по какому поводу?

— Очень сожалею, — отозвался вежливый голос, — но имя мне незнакомо. Возможно, с ним говорил кто-то из моих коллег.

— А что у вас за заведение?

— Похоронное бюро.

Поблагодарив, Грейс отключил связь и набрал 1471. Вскоре послышался голос автоответчика:

— К сожалению, звонивший не указал свой номер.

Итак, последний звонок д'Эта был в похоронное бюро, где его не зафиксировали. Может быть, телефонный номер оставил убийца в качестве злой шутки?

Погруженный в раздумье, Грейс вышел и позвал в дом Нормана Поттинга. Казалось несправедливым оставлять его на солнце, с наслаждением попыхивающего трубкой.

Прошел почти час, прежде чем прибыли первые полицейские, включая весьма недовольного Джо Тиндалла, который все больше разочаровывался в Рое Грейсе.

— Это становится твоей регулярной воскресной привычкой, Рой?

— Мне, между прочим, тоже полагается выходной, — огрызнулся в ответ Грейс, испытывая недостаток чувства юмора.

Тиндалл покачал головой.

— До моей отставки остается всего пятнадцать лет, восемь месяцев и семь дней, и я считаю каждую секунду.