Нет места лучше дома - Мэри Хиггинс Кларк

В час дня Тэд Картрайт свернул за угол здания Клуба верховой езды Вашингтонской долины и направился к конюшне.

— Зак здесь? — спросил он Мэнни Пейгана, одного из конюхов.

Мэнни расчесывал норовистого мерина, которого слишком усердно выгулял бесчувственный хозяин.

— Полегче, полегче, детка, — успокаивающе бормотал он.

— Ты что, глухой? Я спросил, здесь ли Зак? — крикнул Картрайт.

Раздраженный Мэнни хотел огрызнуться: «Сам его ищи», но, подняв глаза, понял, что Картрайт, которого он видел прежде, дрожит от бешенства. Поэтому он сказал:

— Я почти уверен, что он там. Поглощает обед за столом для пикника. — Пейган указал на рощу в сотне ярдов от них.

Тэд Картрайт быстрыми шагами преодолел это расстояние за несколько секунд. Зак ел вторую половину сэндвича с копченой болонской колбасой, когда появился Тэд. Тэд сел напротив него.

— Что ты, черт возьми, о себе возомнил? — спросил он угрожающим шепотом.

Зак опять откусил от сэндвича и сделал большой глоток содовой, прежде чем ответить.

— Так друзья не разговаривают между собой, — сказал он мягко.

— С чего ты взял, что ты можешь приезжать в мой таунхаус и рассказывать моему менеджеру по продажам, что я отдаю тебе секцию-образец?

— Она сказала тебе, что я заезжал и хочу переехать в эти выходные? — спросил Зак. — Ты знаешь, Тэд, дом, в котором я живу, превратился в сущий ад. Дети хозяйки устраивают вечеринки каждый вечер, стучат в барабаны так, что мои перепонки того и гляди лопнут, а у тебя там прекрасное местечко среди всего этого великолепия, и я знаю, что ты не будешь против, если я воспользуюсь им.

— Я позвоню в полицию, если ты переступишь порог.

— Почему ты считаешь, что этого не будет? — промолвил Зак, задумчиво глядя мимо Картрайта.

— Зак, ты уже более двадцати лет пьешь мою кровь. Пора остановиться, или тебе придется перестать меня мучить.

— Тэд, это звучит как угроза, но я уверен, ты не это имел в виду. Возможно, мне и стоило бы пойти в полицию. С моей точки зрения, все эти годы я оберегал тебя от тюрьмы. Ведь если бы я тогда заговорил, ты сейчас уже отсидел бы полный срок, и пришлось бы все начинать с самого начала, — но в этом случае у тебя не было бы сейчас строительной компании, возводящей современные таунхаусы, деловые комплексы, тренажерные залы, ты бы не строил дороги и мосты. Ты мог бы выступать перед школьниками в рамках программы по предотвращению преступности.

— Шантаж — также уголовное преступление, — выдавил Картрайт.

— Тэд, этот особняк — капля в море для тебя, а для меня — большая радость. Мои старые кости начинают побаливать. А я так люблю заниматься лошадьми, которые требуют больших усилий. Ну и, конечно, тут вопрос моей совести. Предположим, я зайду в полицейский участок Мендхема и скажу, что я знал о несчастном случае, который отнюдь не был несчастным случаем; скажу, что у меня есть доказательства, но прежде, чем произнесу еще одно слово, мне должны гарантировать иммунитет от судебного преследования. Кажется, я уже говорил об этом раньше.

Тэд Картрайт встал. Вены вздулись на его висках. Он вцепился руками в край столика для пикника, готовый наброситься с кулаками на человека, который сидел напротив.

— Будь осторожен, Зак. Очень осторожен, — предупредил он, чеканя каждое слово.

— Я и так осторожен, — бойко заверил его Зак. — Если со мной что-то случится, найти доказательство моим словам будет делом техники. Ладно, мне пора возвращаться. Я должен дать урок верховой езды одной милой даме. Она живет в твоем старом доме, — ну, ты знаешь, там, где в тебя стреляли? Она что-то замышляет. Говорит, что каталась на пони только изредка, но я ей не верю. Она достаточно хорошо держится в седле. А главное, почему-то сильно интересуется тем несчастным случаем, о котором нам с тобой известно.